Капля яда (ЛП)
Зная, как это работало, я на это не купился. И Ронни тоже. За ним последовала женщина, назначенная ему, а также женщина, которая была назначена мне, и, надеялся, женщина, которая с радостью приняла бы оплату наличными за информацию.
Мой член был чертовски мягким. Эта женщина была не в моем вкусе, но даже если бы и была… в этой обстановке я мог гарантировать, что это не привлекло бы внимания.
Я сел на один из самых больших диванов темного цвета, который выглядел относительно чистым, но можно было гарантировать, что в его недрах находился целый ряд биологических жидкостей. Это заставило меня съежиться, но я проигнорировал эти бесполезные мысли.
Ронни взял единственный деревянный стул из угла, обойдя стороной диваны. Умный парень. Его женщина подошла к нему, пытаясь дотронуться до него, но он выхватил пачку наличных, и между ними завязался разговор. Я не мог расслышать из-за громкости музыки, но она взяла деньги, спрятав в свой крошечный лифчик, прикрывающий массивные сиськи, и повернулась, когда он откинулся назад и наблюдал, как она соблазнительно танцевала на шесте. Она была соблазнительна. Все они здесь такие. Я догадался, что это должно было быть для клиентуры. И все же… это было не для меня.
Женщина, приставленная ко мне, подвинулась ко мне, когда я откинулся на спинку дивана, расставив ноги и положив руки на спинку, выглядя настолько расслабленно, насколько это было возможно. Она сидела у меня на коленях, ее ноги были по обе стороны от моих, и качалась в такт музыке.
Дотронувшись до своего члена, который подергивался в брюках, я поджал губы, злясь на себя за то, что веду себя так. Он хотел проигнорировать мою логику.
Мои ноздри раздулись, когда я сделал глубокий вдох и решил согласиться с этим. Это было то, что я сделал, в любом случае, для этого меня сюда послали. Нет смысла запутываться в анатомии твердеющего члена.
Ронни уставился на женщину, соблазнительно танцующую вокруг шеста, ее тело изгибалось и извивалось так естественно, что можно было гарантировать, что она занималась этим годами или имела профессиональную подготовку. Я приложил усилия, чтобы удержать внимание на рыжей девушке у себя на коленях, которая двигалась надо мной, как будто она могла бы получить солидную премию. Она бы и получила, просто не так, как обычно. Но, черт возьми, с таким же успехом можно использовать то, к чему она привыкла, чтобы разговорить ее.
Держа ее за талию и прижимаясь к ней, она запрокинула голову от удовольствия от трения о свой клитор. Она раскачивалась взад-вперед, напряжение моего члена, прижатого к брюкам, терлось о выставленные напоказ крошечные стринги.
— Я хочу обмен… — я погладил ее обнаженную кожу, вверх и вниз.
— Хорошо, — согласилась она, продолжая тереться об меня, когда я потянул ее вниз, позволяя ей достичь собственного освобождения.
Держу пари, что другие ублюдки кончали первыми до нее или даже не доставляли ей удовольствия.
— Деньги за информацию, — подтвердил я, хватая ее за волосы и заставляя посмотреть мне в глаза.
— Информация и за то, что ты заставишь меня кончить, — выторговала она.
Умная женщина, знающая, что ей было чем торговать.
— Нет, — я стиснул зубы.
Я не хотел вымогать у себя информацию, по крайней мере сейчас. В прошлом у меня не было проблем с этим, но, хотя с Миллой ничего не было официально, я не мог вынести мысли об этом, зная, что она осталась в глубине моего сознания. Я бы почувствовал себя виноватым и был бы вынужден признаться в том, что я сделал.
Было ли ей не все равно, я не был уверен, но предполагал, что было. Однако это нанесло бы ущерб всему, что мы построили, и я не хотел быть тем, кто сделал что-либо, что поставило это под угрозу. Признать, что я трахался с кем-то другим, даже не объяснив ей причины этого — просто нет.
— Да, или я не буду говорить.
Она надулась, и я понял, что она собиралась разыграть меня во что бы то ни стало. Решив пойти на компромисс, я украдкой взглянул на Ронни, который сидел со стаканом чего-то неторопливо потягивая и наблюдая, как его женщина все еще работал шестом.
У него простая задача, ублюдок.
Усилив хватку за ее волосы, притягивая ее к своему лицу, я сказал ей строго, позволяя другой стороне меня просочиться наружу.
— Я сказал тебе "нет", я серьезно. Но я позволю тебе получить от меня удовольствие, прежде чем убежать к своим следующим клиентам, которым будет наплевать на твое удовольствие.
Я снова прижался к ней бедрами, ослабляя хватку, и она смягчилась, приняв меня.
— Тысяча долларов, — подтвердил я.
Она прикусила губу, кивнула в знак согласия и начала тереться об меня, ударяясь о мой теперь уже полностью твердый член, находя хороший угол, чтобы доставить себе удовольствие.
Я решил помочь ей покончить с этим.
— Твоя киска такая влажная от мысли, что я внутри тебя, тащу тебя к гибели, как плохую девчонку, которой ты и являешься. Разве не так, красавица?
Я ухмыльнулся, когда она застонала, прижимаясь ко мне, одновременно пытаясь сохранить некоторое подобие ясности, чтобы говорить.
Грязные разговоры всегда заводят их.
Я был уверен, что это был первый раз, когда я отказался бы от аванса. Ладно, возможно, это не совсем так.
— Теперь расскажи мне все о приобретенных товарах, которые привозят сюда…
Изо рта у нее потекло, а лицо приняло ошеломленное выражение, что было нам на руку. Зная ее, как только мы ушли бы, она впала бы в панику, даже когда деньги тайком перекатывались у нее в руках. Некоторые люди никогда не были счастливы, но я понял это.
Если вы донесли на кого-то, вы должны быть готовы заплатить за это. Давайте просто надеяться, что ради ее же блага она не призналась в этом своему начальству, потому что это было бы откровенной глупостью с ее стороны, когда только мы с Ронни знали, что она поделилась какой-либо информацией. Я бы не стал называть ее имя. В этом не было бы смысла. Ей заплатили за то, что она передала. Сделка была заключена и стерта в моей памяти.
В этом особенность таких элитных заведений, как это, на некоторые из них вы подписываете договор неразглашени, например в Обсидиан, но у Форплей была общая политика "никаких разговоров". Люди старались избегать упоминания своих имен в местах, где это могло подорвать доверие к ним, где это могло оказать негативное влияние на деловые сделки и отношения.
Вот почему все обычно держали рты на замке. Персонал был очень молчалив, но за соответствующую цену они могли поговорить. Естественно, это не афишировалось, но это было разумное предположение. От них отказались как от пригодных к употреблению шлюх, и в некотором смысле они таковыми и были.
Но они также прислушивались к каждому разговору, каждому взаимодействию вокруг них. Если ты хотел выжить там, где для тебя было опасно, именно это ты и делал. Каков был наилучший способ заполучить оружие, если бы за тобой пришел один из более крупных и злобных клиентов? Шантаж. И деньги, потому что они работали здесь не по доброте душевной. Им прилично платили, с дополнительными платежами непосредственно от клиентов для удовлетворения их потребностей.
Может быть, некоторые делали это, потому что им это нравилось. Черт возьми, если бы я знал. Если вам отчаянно нужны были деньги, это было одно из тех мест, где стоило побывать. Вечерняя работа здесь позволяла получать месячную арендную плату за квартиру в Нижнем Ист-Бэй при наличии свободных денег.
Черт возьми, почему мой член такой твердый? Мне захотелось ударить себя за реакцию моего тела. Это просто нормально, это просто нормально…
Она кончила с чрезмерно громким стоном, который заставил Ронни и другую женщину обернуться. Свидетельство ее возбуждения на моих штанах, я встал, вытаскивая обещанную тысячу. Она пересчитала их и улыбнулась. Ронни присоединился ко мне, бросив последний взгляд на женщину, которая теперь, как змея, обвилась вокруг шеста вниз головой. Трахни меня, она хороша.