Ты доиграешься, босс! (СИ)

Я смотрю на неё как завороженный. Не в состоянии даже моргнуть. Я не могу позволить себе пропустить ни одной детали её запредельно горячего, как адское пламя, танца, который, вероятно, и является моим подарком на день рожденья. 
Закончив бесстыдства с пилоном, Ассоль плавной походкой возвращается ко мне. Она смело седлает меня и губами прикасается к ушной раковине. 
— Вам понравилось, мистер Неттинг? — нарочно растянуто проговаривает моё имя, расстегивая на моей рубашке пуговицы. — У вас найдутся ещё какие-нибудь пожелания? 
— Их полно, Дьявол, — отвечаю я заторможенно, поглаживая ее бедра. — Просто тьма тьмущая, но не здесь же. 
— Почему же? Вы меня расстраиваете, босс, — надувает она губки, извиваясь на мне, как бы невзначай задевая попкой стояк. 
— Тут камеры! Я не хочу, чтобы охрана стала свидетелями того, как их босс примеряет на себя свой охуенный подарок, — говорю через силу, пока мой мозг ещё превалирует над собственным членом. 
— Я всё предусмотрела. Камеры выключены, запись не идёт, охрана предупреждена. Так что, мистер Неттинг, вы можете примерять свой подарок как вам вздумается. 
Охренеть! Просто песня! Тут даже святой не в силах не поддаться соблазну и не согрешить, не говоря уже обо мне. 
— Тебя когда-нибудь увозили в реанимацию после секса? — растягиваю губы в пошлой улыбке, а в мыслях прокручиваю всё то, что хотел бы сделать с этим дьявольским греховным искушением, сидящим верхом на мне. 
— Что-то не припомню, — она прикусывает губу, состроив вдумчивый вид. — Секс у меня был только с вами, но до такого уровня мастерства вы ещё не доходили. 
Сколько же чертовщины в этой девушке. Так и не долго продать душу дьяволу. 
— Всё, что было ранее — было лишь подготовительным курсом для новичков. С этого самого дня я планирую воплощать твои сексуальные фантазии в реальность. Что-то мне подсказывает, у тебя их немало скопилось, я прав? 
— О, вы как всегда чертовски правы, мистер Неттинг. 
Я поддаюсь своим внутренним позывам, доставляющим мне внушительный дискомфорт в штанах. Приподнимаюсь из кресла, держа Ассоль верхом на себе, и с жадностью впиваюсь губами в её нежную кожу на шее. Наслаждаюсь от вкуса, кайфую от аромата, не в силах сдерживать себя. 
Стоит опустить Ассоль на мягкий диван, как дурман застилает мой разум. Словно обезумевший я разрываю сначала на ней кружевные трусы, швыряю клочки в сторону, а затем освобождаю идеальную грудь, приспустив вниз лифчик. 
Замираю, пожирая ее взглядом. Облизываюсь и мысленно вою от совершенной красоты. 
И это все мое! Мое! 
Я хочу быть в ней! Немедленно! 
— На вас не напасешься белья, мистер Босс, — кокетничает чертовка, прикасаясь к своему лобку. 
Одергиваю ее руку с резкостью. 
— Не смей! Это все мое! Только я могу прикасаться к тебе сегодня! — шиплю ей в губы, мечтая вгрызться в них. 
— Вы слышите? Моя кисонька сгорает от нетерпения. Она говорит, что ей там мокро, скучно и одиноко. 
Я падаю перед ней на колени и в нетерпении припадаю губами к ее груди, всасываю в рот острые соски. 
— Я слышу, малышка. Твоя кисонька, разве что не мяукает, умоляя меня позаботиться о ней, — рвано говорю между поцелуями. 
— Да, мистер Неттинг! Вот так, — её дыхание на секунду сбивается, она выгибается мне навстречу, прикрывает глаза и запрокидывает голову назад. — Ваши губы творят чудеса. 
— Что ты хочешь, Дьявол? — спрашиваю я и прохожусь языком вдоль плоского живота. 
Ассоль сладко стонет и вонзается своими острыми коготками мне в плечи, отчего я шиплю. 
— Трахайте меня, мистер Неттинг. Как угодно и чем угодно. 
Не сдержав радости от такой щедрости, я оскаливаюсь, пальцами сжимаю ее подбородок и пристально смотрю в дьявольские глаза, стремительно теряя самообладание. 
Где, черт бы ее побрал... Где она раньше пропадала... Почему я не встретил ее раньше? 
Неожиданно Ассоль ртом подхватывает мой большой палец, обхватывает его губами и всасывает в себя. Дьявол сосёт его так жадно, а член на это моментально реагирует, набухая до предела и непроизвольно дёргаясь от охуительных ощущений. 
 
Могу с уверенностью сказать, что прежде никогда такого не было со мной. Никогда от секса я не испытывал ничего помимо разрядки. А быть в Ассоль — самое потрясающее чувство, что мне доводилось ощущать. То, как её тугое влагалище с силой сжимает меня, как пронзительные стоны врезаются в сознание — несравнимо ни с чем. Я бы вечность провёл в ней. Часами готов слушать ее стоны. Они намного лучше тишины. 
А поцелуи... Я стал зависим от ее поцелуев, от губ. Рядом с ней я становлюсь наркоманом. Мне всегда нужно большего. Но это не просто потребность. С Ассоль я наслаждаюсь не самим сексом, а тем, как эта девушка, которая успела стать для меня особенной, реагирует на всё происходящее между нами. 
Это будто происходит не со мной. Всё кажется мне настолько нереальным, что, боюсь, фантазия и действительность смешались в моей голове. 
* * *
— Даймонд, твой телефон... Кажется, он звонит, — молвит Ассоль, прижимаясь всем телом ко мне. 
Я целую её в припухшие губы, нехотя сползаю с дивана и нашариваю в карманах брюк свой телефон. Увидев на экране пропущенный от отца, я поднимаюсь на ноги и перезваниваю ему. 
— Ну наконец-то! — протягивает отец. 
— Вы уже приехали? 
— Нет, мы не успеваем, но твоя мать приглашает тебя к нам. Когда мы в последний раз ужинали по-семейному? Кажется, это было чуть больше трёх лет назад. 
Сомнительное удовольствие... 
— Мама точно не будет против? Просто я буду не один, а с девушкой. 
Мать до сих пор обижена на меня. В своё время с Оливией они поддерживали весьма тёплые отношения. Мать была без ума от нее. 
Да что там? Она и сейчас без ума от нее! Потому где-то в глубине души матушка надеется и верит, что с Оливией мы снова будем вместе. 
— Я с ней поговорю. Она не станет говорить лишнего при гостях, — шёпотом проговаривает отец. 
Он находится на моей стороне и полностью меня поддерживает, но на фоне этого у них с матерью зачастую возникают конфликты. 
Быстро смотрю на наручные часы. Время как ни странно ещё не позднее. 
— Хорошо, тогда ждите! Мы скоро приедем! 
Ассоль приподнимается на локте. В её огромных глазах проглядывается отчетливый знак вопроса. 
— Мы? И куда нам нужно ехать? — взволнованно спрашивает. 
— В гости к моим родителям, — отвечаю, поднимая с пола нашу одежду. Вернее то, что от нее осталось. 
— Ой-ей, — тревожно вздыхает она. 
Ее взгляд падает на лохмотья, которые остались от моей рубашки. Она заливается краской, наверняка вспомнив, как в порыве страсти срывала ее с меня в отместку за разорванное белье. 
— Тогда тебе нужно найти другую рубашку. 
— А тебе не помешали бы целые трусишки, — поиграю бровями, удерживая разорванные стринги на вытянутом указательном пальце. 
— Да как бы и необязательно вовсе, — закусывает губу и нарочно расставляет свои бедра в стороны, отчего я туго сглатываю. — Пощеголяю без трусов! 
— Даже и не знаю, как тот факт, что ты будешь без белья, скажется на нас обоих. 
— Вот и проверим! — подмигивает мне. 
Кое-как заставив себя отвести от неё ненасытный взгляд, я прочищаю горло от образовавшегося кома, напяливаю на себя брюки. 
Пробираться в кабинет Тео мне приходится с обнаженным торсом. В его шкафу я нахожу отпаренную чёрную рубашку, надеваю ее, затем забегаю в кабинет Ассоль за ее вещами, и уже планирую мчаться к ней, однако на пороге я нарываюсь на Трисс. Та перегораживает дорогу и набрасывается на меня с мокрыми поцелуями. 
— Ты че творишь, дура? — отталкиваю от себя, уворачиваясь от ее губ. 
— Я хочу преподнести тебе подарок! — проворковав, она прикладывает ладонь к моему паху. Ноль эмоций, как бы она ни старалась. — Ты сегодня заслужил особенный подарок от меня. 
— Извини, Трисс, но мне от тебя ничего не нужно. Правда. Разве только, чтобы ты оставила меня в покое, — проговариваю с нажимом.