Ты доиграешься, босс! (СИ)
Макария закатывает глаза и, убегая вприпрыжку, задорно зазывает:
— Ну, давай же, идём скорей!
С опаской следую за ней, сворачиваю на задний двор...
А дальше пиздец подкрался незаметно, что называется...
— Да ну нах, — хриплю я, будто внезапно наступили на горло. — Мы поедем на этом монстре? Ниндзя», мать его, Кавасаки? На мечте миллионов дрочеров, который до сотни разгоняется за семь секунд? Ты шутишь, да?
— Какие-то проблемы? — с претензией смотрит на меня.
Да ты че, маку клюнула, дурында! Огромные! Размером с мою жизнь, которую я не планирую заканчивать, закатавшись в асфальт!
— Да в общем-то никаких, если поведу я.
— Ага, мечтай, мистер дрочер-Неттинг! — ехидно скалится, а у меня внезапно начинается нервный тик на оба глаза.
Я хмыкаю недоверчиво, чувствуя как очко сжалось в микроскопическую точку.
— Хорошо, и как ты себе представляешь нашу поездку? — захожусь истерическим смехом. — Ты, значит, за рулём, а я как изнеженная принцесса-нажопница буду сидеть позади тебя? Это как-то не по-мужски, ты не находишь? Может, ты мне ещё розовый шлем с бантиком выдашь в придачу, чтобы я мог смело оставить своё достоинство прям на этом же самом месте?
— Нет, конечно же! Ты не за ту меня принял! — категорично заявляет, вытаскивая из рюкзака черный шлем. — У меня только один, и он не для тебя! Так что ты едешь без шлема! Радуйся, дрочер!
С каждой секундой округляя всё больше и больше глаза, я задницей чувствовал, как моё нижнее давление в один миг обогнало верхнее.
Это она сейчас серьёзно?
— Прекрати!
— Что прекратить? — возмущается она.
— Хотя бы называть меня дрочером! — зубоскалю.
Макария подавляет смешок, вставляя ключ в зажигание.
— Ты же понимаешь, что спортбайк — это транспорт повышенной опасности? А у меня из защиты при себе, разве что презервативы с усиками. Как считаешь, достаточно ли этого?
Она взбешенно рычит, подлетает ко мне и кладет ладони на мои плечи. Её взгляд полон нежности, а голос мелодичен:
— Даймонд, со мной тебе нечего опасаться. Я достаточно опытный водитель, так что давай без преждевременных бабских воплей обойдемся. Либо едешь со мной, либо сами с усами, — разводит она руками. — Решайся, мы из-за тебя теряем время. Так и на самолёт опоздаем!
Судорожно вздохнув, я киваю. Неуверенно как-то, но тем не менее.
— Ты права. Я остаюсь здесь! — твердо заявляю, чем ввожу Макарию в ступор. Судя по всему, девчонка не ожидала такого итога или вовсе расстроилась моему решению. Она только открывает рот, а я её опережаю: — Купилась! Ты всерьёз подумала, что я откажусь от такой безумной, сумасбродной и опасной затеи? Как же плохо ты меня знаешь!
— Ну тогда не ссыте, проходите! — указывает на место позади себя. — И смотрите не растеряйте свою усатую команду защитников!
Стерва!
Макария надевает мотоциклетные перчатки, следом шлем и, подмигивая мне, опускает визор. Заведя мотор, она усаживается на сиденье, а следом за ней располагаюсь я. Интуиция подсказывает, что смотримся мы в таком положении крайне нелепо.
Класс!
Впрочем, я забываю об этом как только мы трогаемся с места.
А я и не знал, что могу визжать как сучка резаная. Не знал, что мое тело может выделять столько пота. Не знал, что можно стать заикой уже в достаточно зрелом возрасте.
Макария делает несколько рывков газом, в ушах звенит рокочущий движок, а в мыслях проносятся слова молитвы, которой я даже не знал.
Но должен отметить, Дьявол держится весьма уверенно, управляя таким резвым байком и изредка проверяя, не сдох ли я от сердечного приступа.
На въезде в Сан-Диего, мы сворачиваем на заправку. Там-то я наконец могу разжать свои превратившиеся в камень булки и стряхнуть "кирпичи" с заднего сиденья.
— Что-то вы бледный, мистер Неттинг, — иронизирует Макария, вернувшись из магазина с двумя стаканчиками чая.
Вырываю из ее рук один из них и залпом осушаю, невзирая на плавящий рот кипяток и мою нелюбовь к мяте.
— Еще бы я не побледнел! У меня же кровь вся в задницу прилила!
— Не переживай, — наигранно надувает губки и хлопает меня по плечу. — Осталось совсем чуть-чуть.
Макария не солгала. Мои мучения длились недолго. Ровно через двадцать километров мы подъехали к ее простенькому дому.
Я помогаю Макарии открыть гараж, куда она завозит своего монстра.
— Даймонд, можешь пока вызвать такси до аэропорта? Я ненадолго заскочу домой, — вдруг расстраивает меня.
Она даже не пригласит меня к себе? А я уж наделялся...
— Нет проблем, — лезу в карман за смартфоном.
Вызвав такси, я опускаюсь на бордюр. Сижу. Жду. Грущу...
Однако буквально через пару минут Макария предстаёт передо мной. В цветастом сарафане, развевающемся на теплом ветру. С милой улыбочкой на губах, с наивным взглядом, удерживающим меня на привязи. Держа в руке рюкзак.
Ну что за прелесть, ей-богу...
Забираю у нее рюкзак, а он тяжелый, словно она засунула туда свою увесистую гордыню, которую решила прихватить с собой в поездку. На всякий случай. Мало ли, вдруг предстанет случай, когда нужно будет включать невыносимую стервозину?
Мы кое-как успеваем на самолёт. Устроившись поудобней на своих местах, каждый начинает заниматься своим делом: я штудирую документацию, собранную Тео по клубам, а Макария принимается за чтение книги.
— Что читаешь? — интересуюсь, откладывая отчеты подальше.
Последнее, о чём я могу думать, так это о работе. Не могу сконцентрироваться в полной мере, когда рядом находится она .
Макария демонстрирует мне переплёт.
— «Откровения убийцы»? — чешу затылок, поражаясь ее выбору.
— Нашла в твоей библиотеке. Название понравилось, вот и решила взять с собой в дорогу.
— Зачем тебе нужно быть в Джексонвилле? — переключаюсь на суть.
— Я еду повидаться с мамой и братом. Кстати, пока не забыла. Я придумала для тебя легенду, — строит хитрющее лицо, а мне вдруг сразу же поплохело. Жопой чую неладное. — Скажешь маме, что тебя зовут Джейкоб.
— Это ещё для чего? — возмущаюсь.
— Моего бывшего так звали. Не хочу маме говорить, что мы расстались. Она же расстроится, — произносит на полном серьезе.
Мало того, что, как оказалось, я напросился на семейные посиделки, так мне теперь ещё предстоит играть роль другого человека!
Не так я представлял себе эти выходные. Во что я ввязался, чёрт подери?
— А не проще ли представить меня своим новым парнем, а? — вздергиваю бровь, на что та закатывает глаза.
— Чтобы потом мне пришлось объяснять ей причину и нашего расставания? Нет уж! — мотает своей головой так рьяно, что ещё немного и растрясет себе все мозги.— Она же совсем потеряет веру в меня! Джейкоб — и точка! Еще вопросы?
— Да чёрта с два я буду прикидываться каким-то там Джейкобом! — выпаливаю грозно. — Что ещё прикажешь делать? Молчать в тряпочку и голову в песок запрятать?
— Было бы не плохо!
— Стерва редкостная! — цежу я, метнув в нее яростный взгляд.
— Козёл породистый! — прилетает в ответ разъяренно.
— Обманщица! Махинаторша театральная!
— Еще одно оскорбление, — подводит к моему лицу указательный палец, — и я натяну на твою голову усатую защиту! Гондоном будешь еще и внешне!
Оставшееся время полёта я с ней и словом не обмолвился. Я зол на неё. Она погрязла во лжи настолько, что обманывает даже мать родную. Хотя обозлился я на нее не по той причине.
Не хочу я выдавать себя за другого человека. Не хочу и все.
Позднее я все-таки заставляю себя пойти Макарии на уступки.
Так и быть, представлюсь Джейкобом, а дальше — как попрет. Я, знаете ли, выпускник Гарварда, а не член театрального кружка. И вообще, о таком нужно заранее предупреждать!
— Поможешь донести до такси? — протягивает мне свой рюкзак.
Я останавливаюсь, на долю секунды подхватываю ручку рюкзака, и демонстративно вешаю ей на плечо.