Игра в семью (СИ)

— Что-то долго вы, — подметил Вадим.
— Пятница, везде очереди, — соврала я не краснея. Достала из пакета пару баночек с пивом и конфеты. Артемка тут же потянулся за сладким.
Где-то через час начало темнеть. Мама с Лерочкой ушли в дом, захмелевшего папу отправили спать, а Артема в душевую. Мы остались втроем. Вовочка предложил расжечь костер и посидеть возле него. Я согласилась, Вадим, увы, тоже.
Из сарая вынесли лавочку, из дровника принесли березовые заготовки и мы переместились к старому мангалу. Огонь разгорелся быстро, сухие дрова горели ярко и завораживающее. Я сидела между братьями, попивая пиво и представляя, что у костра сидим только мы с Вовочкой… Он меня обнимает, прижимая к своей груди, а я, уткнувшись в него носом, чувствую себя такой счастливой… Но! Это всего лишь фантазии… Всего лишь…
Столько лет прошло, а я получив таки доступ к этому мужскому телу, все равно не могу осуществить все то, о чем всегда мечтала. Вот о таких, например, романтичных мелочей… Если бы Вадим тоже ушел спать, я бы рискнула. Обнять, хотя бы… Хоть на секунду. Но брат Вовочки упорно сидел с нами. Как нарочно. И все выспрашивал у брата об успеваемости Артема в школе. Ха. Как будто ему это интересно. И как будто Вовочка об этом знает. Ведь родители не делают уроков с Артемом. Уроки с ним делает их домохозяйка, которая получает за это неплохую прибавку к зарплате.
В общем, когда мы расходились спать, я была в растроенных чувствах. Несмотря на сегодняшний приятный интимный момент. Но, на удивление быстро, заснула…
А вот утро было приятным. Меня разбудило нежное поглаживание. Я открыла глаза и увидела улыбающиеся серо-зеленые глаза Вовочки.
— Пора, красавица, проснись… — прошептал он и чмокнул меня в висок. Моих губ коснулась блаженная улыбка и я сладко потянулась на кровати, скидывая на пол одеяло.
— Как приятно, — ответила я. — Вот так бы, да каждое утро…
Тут за стенкой послышались шаги — кто-то громко прошелся по столовой и остановился у моей двери. Вовочка тут же поднялся, подошел к столу и взял с него магнитофон.
— Собственно, меня послали за ним. Барышням радио хочется, — тихо сказал дядюшка и направился с древним агрегатом к двери.
Уже взявшись за ручку, он обернулся и сложил губы трубочкой, посылая мне воздушный поцелуй.
— Вставайте, Кира Викторовна, — сказал он громко и покинул мою комнату.
Когда Вовочка закрывал дверь, я успела заметить, что шагающем по столовой был Вадим… Вот чего ему все время неймется, а?
Завтракала я в одиночестве, так как проснулась позже других, да еще и холодным омлетом. А заварив себе чая с бергамотом, я вышла из дома. Устроилась с кружкой в кресле и провела взглядом по участку.
Вся моя большая семья была при деле. Мама с Лерой, вооружившись садовой утварью, переговаривались возле большой клумбы, Артемка наполнял бочки водой из колодца при помощи шланга и насоса. Папа докашивал траву у забора, а Вова и Вадим мыли машину. Из магнитофончика лилась ритмичная музыка… Странное понимание пришло ко мне. Это — моя семья, но я больше не ощущаю себя ее частью. Вот так, когда все вместе… я вдруг почувствовала себя ненужной. Чужой, не для каждого, а для всех разом. Ведь, визуально, у них за десять лет ничего не изменилось. А меня удачно заменил Артемка, носящийся сейчас, как я когда-то, со шлангом…
Я резко поднялась и подошла к машине.
— Вовочка, — обратилась я ласково к родственнику. — Вы во сколько обратно собираетесь?
— Да через час где-то, — ответил он мне.
— Меня с собой возьмете? — попросила я, Вова кивнул.
— А ты, разве, не с нами до завтра? — поинтересовалась мама, слыша наш разговор.
— У меня на завтра планы, — ответила я. Причем — правду. Завтра воскресенье, и я обещала соседу сходить с ним на пляж.
Примерно через часа полтора мы уже возвращались в город. Вовочка за рулем, Лера с ним по соседству, а Вадим, Артем и я сзади.
Я сидела у окна и всю дорогу без интереса пялилась в окно, слушая музыку в наушниках. Жуткая тоска навалилась на меня. Впрочем, всегда уезжая с дачи я ощущала нечто подобное. Только сейчас по другому поводу.
 
Чета Климовых доставили меня до самого подъезда. Я с улыбкой попращалась с родственниками и пошла домой.
Только я зашла в квартиру, как у меня зазвонил телефон. И звонила моя несравненная Ксения Сергеевна. Помнится, она вчера грозилась приехать сегодня с ночевкой.
Хоть и нехотя, но я сняла трубку:
— Алло.
— Привет, как делишки? — весело отозвалась подружка.
— Привет, нормально.
— Чего-то не слышу радости в голосе… — фыркнула Ксюша.
— А с чего это она должна быть?
— Радостным надо быть всегда. А если радость кончается — ищи где ошибся, — процитировала она. — Или у тебя что-то случилось?
— Ничего.
— Да? — не поверила она. — Ну, ладно. С этим позже разберемся. Ты где?
— Уже дома.
— Как я удачно тебе набрала. Я как раз недалеко от твоего жилища. Ездила в магазинчик за цукатами, — поведала она. — Так что — жди, минут через пятнадцать буду, — и Ксю положила трубку, не дав мне возможности ей возразить.
Да и как можно возразить Ксюхе? Я, обычно, так не рискую.
  
Глава 6
 
Ксения Сергеевна прибыла ко мне чуть позже, чем обещала. Зато, вместе с купленными в магазинчике за углом, цукатами, моя подружка принесла еще и пиццу.
— Ужин заказывали? — весело спросила она, протискиваясь в мою прихожую.
— Нет, мы не голодны, — ответила я, закрывая за Ксю дверь.
— А че так?
— Не хочется.
— Захочется, — серьезно сказала Ксю и, сняв обувь, прошла на кухню. — Твоя любимая! С морепродуктами! — крикнула она мне.
Я зашла следом и устроилась за столом. Уже мысленно готовясь к трапезе.
Ксю — гастрономический тиран и манипулятор. Ей-богу, накормит даже сытого.
— Ну, рассказывай как съездила? — поинтересовалась она, ловко вскрывая коробку с пиццей. Затем это итальянское блюдо было порезано на несколько сегментов и отправлено в микроволновку. И я успела поведать о том что было на даче до того как прозвучал таймер на микроволновой печи.
— И? Чему ты удивляешься? — спросила Ксюшка. — Все правильно. В их жизни ничего не меняется. Да, говорят, со временем в браке проходит былая страсть. Но остаются другие, немаловажные вещи. Уважение, например… Которому ты, кстати, никак не научишься.
— Почему это?
— Потому это. Ладно ты не любишь тетку. Но ты должна ее уважать. Хотя бы из-за родственных связей.
— Да? А не ты ли все время говоришь: всем кому я должна, я прощаю? — усмехнулась я. — Да и, то же уважение. Какое оно может быть, если Вова изменяет жене?
— Это уже черная дыра его кармы, — пригрозив мне пальцем, сказала Ксю и откусила кусочек от своей порции пиццы. Я покосилась на вкусно пахнущую еду и тоже не удержалась. Взяла один сегментик. — А тебе еще не поздно подлатать свою.
Отвечать я не стала и принялась интенсивно жевать нежнейшее и тонкое тесто. И тема про уважение как-то сама замялась. Прожевалась, наверно…
Все таки мы слопали всю пиццу. А потом устроились в моей спальне и беседовали уже на другие, милые темки: шмотки, туфли и прочие аксессуары.
А где-то спустя час нашей бабской болтавни, мой телефон ожил и на дисплее высветилось имя "Сашка".
— Привет, — сняв трубку, поздоровалась я.
— Здравствуй, самая очаровательная соседка на свете, — начал он с комплимента. — Ну что, завтра все в силе?
— В силе, — ответила я под пристальным взглядом Ксении Сергеевны.
— Отлично, — в его голосе послышались довольные нотки. — Тогда — в одиннадцать я зайду. До завтра, — и на этом наш разговор завершился.
 
Утром Ксюшка встала как обычно раньше меня. Она чем-то загремела на кухне, а я проснувшись от этого шума, нехотя открыла глаза и потянулась за телефоном: 9:57. Надо тоже вставать.
Широко зевнув и поднявшись с кровати, я поспешили в ванну. Там приняла душ, почистила зубы, и накинув халат, вышла на кухню.