Стреломант 3 (СИ)

Я откинул одеяло и спустил ноги с кровати. Несмотря на то, что я половину ночи не спал, а думал о разговоре с майором, я чувствовал себя бодрым и полным сил — молодое тело восстанавливалось на ура.
Встав с кровати, я подошел к шкафу, открыл его и принялся копаться в сумке в поисках спортивных штанов и кофты, которые купил помимо прочего во время похода по магазинам. Надо думать, сейчас нас будут ожидать какие-то физические упражнения.
Так оно и оказалось. Я сделал ошибку, выйдя из корпуса общежития одним из первых, и успел даже немного подмерзнуть на утреннем холодке в ожидании остальных студентов. К счастью, не настолько, чтобы начать делать физические упражнения ради того, чтобы согреться — не хотелось утомляться раньше времени.
Когда истекли отпущенные на сборы три минуты, перед общежитием стояло не больше двух сотен студентов, включая, конечно, Нику и отчаянно зевающего Широ — несмотря на то, что он был готов ко всему происходящему вчера, сегодня он уже не выглядел таким уж готовым.
Не знаю, что произошло внутри общежития по истечению отпущенного срока, но явно что-то не очень приятное. Во всяком случае, вопли оттуда раздались вовсе не радостные, а задержавшиеся внутри студенты выскочили, как мокрое мыло из пальцев.
Я наклонился к Нике, стоящей рядом в облегающем красном спортивном костюме:
— Что там произошло?
— Ничего хорошего. — усмехнулась Ника, глядя, как выбегающие из корпуса студенты трясут головами и хлопают ладонями по ушам, будто пытаясь вытрясти оттуда воду. — Инфразвук. Низкочастотный гул, который не слышен ухом, но очень сильно давит на мозги. Отличный способ заставить людей покинуть любое место, и без применения какого-либо реадиза.
— Жестоко. — вздохнул я.
— А я предупреждала. — пожала плечами Ника. — Мы не на курорте.
Я посмотрел на небо. Оно тоже всеми силами пыталось дать понять, что мы здесь не на курорте. Вчерашнее солнце сегодня даже не появлялось, весь небосвод затянуло плотными серыми облаками, если не сказать тучами, и вообще было мерзко и неуютно. Студенты ежились и поглядывали на небо с подозрением, некоторые уже заранее накинули на головы капюшоны, другие, у кого их не было, с завистью смотрели на первых.
— Дорогие студенты! — внезапно раздалось спереди. — Доброго вам утра в первый день вашего нового учебного сезона!
Я перевел взгляд на говорившего — это оказался директор. Он стоял перед рядами студентов, широко расставив ноги и заложив руки за спину. Он был тоже одет в спортивный костюм, а на шее висел свисток, и, как и вчера, на носу сидели маленькие очки, которые, — да как он это делает?! — бликовали даже сейчас! Когда солнца и в помине не было!
— Для первого курса излагаю распорядок дня сегодняшнего и каждого последующего, за исключением воскресенья! — громогласно продолжил директор. — Семь утра — общий подъем! Семь ноль пять тире семь тридцать — общая зарядка на свежем воздухе! Семь тридцать тире восемь ноль ноль — утренний туалет и уборка кроватей! Восемь ноль ноль тире восемь двадцать — завтрак! Восемь тридцать тире одиннадцать тридцать — занятия согласно расписаниям каждого курса! Одиннадцать тридцать тире двенадцать ноль ноль — обед! Двенадцать ноль ноль тире шестнадцать тридцать — занятия согласно расписаниям каждого курса! Шестнадцать тридцать тире восемнадцать ноль ноль — свободное время! Восемнадцать ноль ноль тире восемнадцать тридцать — ужин! Восемнадцать тридцать тире двадцать один ноль ноль — свободное время! Двадцать один ноль ноль — отбой!
В строю студентов раздались недовольные шепотки — кажется, игрушечные аристократы оказались не готовы к таким серьезным правилам игры. До этого вряд ли многие из них жили по хоть какому-то расписанию — скорее всего, творили что хотели и когда хотели.
Я нашел глазами Широ — он злобно ухмылялся, глядя стайку девчонок, с недовольными и даже испуганными лицами шепчущихся в ряду перед ним. Почувствовав мой взгляд, сосед посмотрел на меня и усмехнулся.
— Если вы не запомнили распорядок дня, не переживайте — о всех важных событиях в течение дня будут объявлять по громкой связи на всю академию, и так будет всю первую неделю! По субботам будет сокращенный день, без второго блока занятий, а по воскресеньям — свободный день, с сохранением времени приема пищи и отбоя! Всем все понятно? Отлично!
 
Не дожидаясь ответа, директор хлопнул в ладоши, сунул в рот свисток и дунул в него, привлекая внимание тех, чье внимание еще не успел привлечь:
— Сегодня первую зарядку у вас проведу лично я, так что — построиться в колонну согласно курсу обучения!
Третий и второй курсы моментально исполнили указание. Первый, понятное дело, долго возился — кто-то не понял, что от нас хотят, кто-то долго соображал, где его курс, а кто-то будто вовсе не был готов к происходящему и долго тупил на одном месте.
Когда наконец колонны построились, директор встал во главе и повел нас на пробежку вокруг тренировочного блока академии. Метров пятьсот легкого бега, потом стандартная разминка на все суставы тела, разве что групповая, а не индивидуальная, потом бег на месте, выпады, прыжки, наклоны и прочие упражнения, которые принято делать. Ничего сложного, ничего из ряда вон выходящего, но некоторые первокурсники натурально задыхались после упражнений — видимо, до этого ничего сложнее подъема пешком по лестнице в клан холле им делать не приходилось.
После зарядки директор дежурно похвалил всех и удалился, а студенты побежали в общежитие. Кто — греться, а кто наоборот — чтобы не замерзнуть после того, как пропотели.
— Ну как тебе? — поинтересовался я у Широ, когда мы вернулись в комнату.
— Что? — даже не обернулся он, заправляя кровать.
Я пожал плечами, хоть он и не мог меня видеть:
— Все. Академия. Подъем. Зарядки.
— Отлично. — буднично ответил Широ, все так же не оборачиваясь.
Я вздохнул и тоже принялся заправлять свою кровать.
Едва я закончил, как сверху раздался негромкий, но отчетливый гудок, и из динамиков раздалось:
— Вниманию студентов, наступает время завтрака.
Едва динамики смолкли, как на тумбочке появился завтрак — я краем глаза даже уловил, как это происходит. В пределах очерченного прямоугольника воздух задрожал, будто над раскаленным песком, и через секунду там из ниоткуда появился судок. Причем появился не на поверхности, а сантиметром выше, и соответственно брякнулся, отчетливо звякнув крышкой.
Это был все тот же судок-поднос, из которого я ел ужин… Ну, или как минимум такой же. Какая-то каша на молоке, странные круглые палочки в мелкую дырку в палец толщиной и такой же длины, два кусочка поджаренного до золотистой корочки хлеба, один из которых был намазан маслом, а другой — каким-то вареньем, и два бумажных пакетика. Разорвав один, я обнаружил в нем порошок, запахом напоминающий кофе, а во втором — чай. Только вот где и как его заварить?
Я снова подглядел за Широ — он высыпал из пакетика чай в кружку и вышел из комнаты. Я залез в свою тумбочку, обнаружил там не только чашку, но еще и полотенце, зубную пасту зубную щетку и кусок мыла, высыпал в кружку кофе и последовал за соседом.
Широ подошел к странному крану, торчащему прямо из стены и щелкнул одним из двух рычажков. В его кружку полилась горячая, судя по поднимающемуся пару, вода. Стоя за спиной Широ, я оглядел коридор — оказывается, такие же краны торчали из стены через каждые три комнаты, и сейчас возле каждого из них стояла небольшая очередь.
Кофе оказался вовсе не таким, как я пил до этого — даже близко ничего похожего. Один только запах похож, но никак не вкус. Тем не менее, я допил его — не выливать же? — и с удовольствием съел очень вкусный завтрак. Насколько был отвратителен здешний кофе, настолько же потрясающей здесь была кухня. Для того, кому несколько раз за жизнь приходилось сырьем жрать крыс, пойманных в канавах — так вообще пища богов. И не только здешняя, в академии, но и вообще в этом мире.
— Вниманию студентов, завтрак заканчивается. Обеспечьте прием посуды.