Та самая леди (СИ)

 Но ведь, когда мистер Кин говорил, что останется со мной, он подразумевал наш брак? Или нет? Что не так может быть с венчанием?
 – Мы обойдемся гражданской церемонией, – в итоге выдал Джулиан,и в его голосе я уловила напряжение, причем не я одна : священник понял, что вызвал недовольство молодого актера,и в его глазах засветилось довольство.
 – Что же,теперь мне полностью ясно, как именно вы относитесь к мисс Бет, – процедил мистер Дарем и посмотрел на фэйри с десятифутовым презрением.
 Сразу стало неспокойно, тревожно,и опять начало казаться, будто лукавый шут Неблагого короля просто пытается обвести глупую смертную вокруг пальца, желая получить выгоду и не дать ничего взамен.
 Перемена моего настроения не укрылась от мистера Кина, Его черные тонкие брови на мгновение сошли на переносице, а после он вскочил на ноги и буквально вытолкал викария в коридор, что-то раздраженно приговаривая на неизвестном мне языке.
 Как только идеологический противник покинул комнату, Джулиан резко развернулся и посмотрел на меня долгим нечитаемым взглядом. Мгновение – и вот он уже опустился на колени возле моих ног.
 – Клянусь, убил бы этого ханжу! – прошипел фэйри,и на его лице проступила злость, которую он демонстрировал не так чтобы и часто за время нашего знакомства. - Это еще нужно уметь так подать все… Дело не в том, миледи, что у меня нет желания вести вас к алтарю. Просто… есть вещи, которые мне делать нельзя.
 Такой поворот событий до крайности изумлял : во-первых, миcтер Кин, могущественный фэйри, оправдывался перед смертной девушкой, да еще и стоя на коленях. Пусть даже Джулиан и, вероятно, пытается сейчас успокоить мою тревогу и вернуть доверие, подорванное так «удачно» брошенными преподобным Даремом словам, поэтому и разыгрывает трогательную сцену. Однако подменыш смог бы при желании избежать явного самоуничижения.
 – Но почему? Вы же с легкостью заходите в церковь, если на то есть нужда, а в святой воде можете едва ли не купаться, - напомнила я актеру.
 Джулиан Кин едва слышно вздохнул и опустил голову.
 – Это другое, миледи, совершенно другое. Заходя в церковь или выдерживая крестное знамение, я ведь не признаю власти Творца, ни о чем не прошу. Я могу без каких бы то ни было пoследствий перенести эти неприятности, но участвовать по доброй воле и собственному решению в обряде – совершенно другое дело. Венчаться с вами я просто не могу!
 В голосе шута проскользнуло нечто слишком уж сильно напоминающее настоящую панику.
 Первым моим порывом было оставить несчастного фэйри в покое и не мучить дальнейшими расспpосами, однако это милосердие могло бы в конечном итоге навредить.
 – Что случится, если вы вдруг повенчаетесь со мной? - напрямик спросила я, желая узнать правду до конца.
 Однако фэйри предсказуемо покачал головой, не собираясь давать мне еще больше подробностей. Впрочем, не он один обладал нужной мне информацией, не так ли? Был еще и весьма осведомленный мистер Дарем.
 – Прошу вас, миледи, не расспрашивайте об этом никого, если в вашем сердце действительно живет любовь ко мне, - буквально взмолился фэйри, - не пытайтесь ничего разузнать ни у священника, ни у миссис Мидуэл. Пусть этот секрет останется лишь моим.
 Что? Миссис Мидуэл… она знает?
 Почему? Это инспектор Хилл ей когда-то рассказал о том, чтo именно может произойти с нечистью, если она вздумает заключить брак в церкви с человеком? Да нет. Нет. Глупости. Между этими двоими ведь не было ничего серьезного, верно? Ну и чего ради рыцарю Благой королевы откровенничать со смертной девушкой, которая ничего особенного для него не значила? А ведь это нечто действительно серьезное, раз с Джулиана Кина слетела его маска вечной веселости.
 И что с ним все-таки случится? Неужели умрет?
 Сердце на мгновение сжалось от ужаса, стоило только подумать о том, что не станет этого удивительного существа, которое сейчас обреченно смотрит на меня снизу вверх, всеми силами подчеркивая собственное зависимое положение.
 – Прошу вас, миледи, поoбещайте, что не станете больше задавать вопросы, - снова попросил мистер Кин, сжав мои ладони.
 
 Нет, речь вовсе не о смерти. Если бы дело было лишь в гибели, Джулиан не стал бы умалчивать – рассказал бы все как есть безо всяких недомолвок,и я бы до самой своей смерти ни разу не обмолвилась на эту тему. Да и мистер Дарем говорил бы иначе, если бы поход со мной к алтарю стоил фэйри собственного существования.
 Тут что-то иное.
 – Хорошо, я обещаю, - сдалась я, не выдержав умоляющего взгляда Джулиана.
 Οн на самом деле не желал ничего объяснять, словно правда страшила его больше всего на свете.
 Наверное, не стоило идти на поводу у фэйри, в конце концов, лукавство и обман – вторая суть дивного народа, а Джулиан ещё и своей профессией в мире смертных выбрал актерское мастерство.
 – Благодарю вас, миледи, - произнес шут с едва различимым облегчением.
 Но если я пообещала не расспрашивать, это вовсе не означало, что я не стану задавать вопросов в принципе.
 – Что не так с миссис Мидуэл? – спросила я, когда шут Неблагого короля уже решил, что опасность миновала.
 Джулиан как раз снова уселся на подлокотник моего кресла, но, услышав мой вопрос, как будто пошатнулся слегка на своем насесте.
 – С чего вы вдруг заговорили о своей верной спутнице, миледи? - искренне растерялся мистер Кин, с прищуром глядя на меня.
 Как же фэйри волновался во время нашего разговора, если забыл, что сам же и упоминал всего несколько минут назад Элинор Мидуэл.
 – С того, что вы просили не спрашивать о том, что произойдет с вами после венчания. И не просто просили не спрашивать – назвали имена мистера Дарема и миссис Мидуэл. Я могу понять, почему викарий способен раскрыть мне ваш секрет, Джулиан, однако чем же выделяется среди прочих миссис Мидуэл?
 Фэйри скривился, осознав, что сам же на этот раз допустил огромную оплошность.
 – Она чрезвычайно прозорливая женщина, – пожал плечами шут,и я откуда-то знала, что он пытается солгать мне. Снова. И дело не только и не столько в прозорливости женщины. Иначе бы мистер Кин просто не сделал такой странной и подозрительной оговорки.
 – Когда уже вы перестанете мне лгать? – задала я риторический вопрос, на который шут предпочел ответить другим вопросом.
 – Когда уже вы перестанете ловить меня на лжи? В конце концов, это просто нечестно! Разве не должна влюбленная девушка доверять предмету своих чувств?
 В глазах моего дивного возлюбленного засияли привычные уже искры,и стало ясно – опять прячет правду за кружевом слов и сиянием улыбок. И ведь я поддамся этим чарам, которые не имеют ничего общего с магией или колдовством. В конце концов, кто смог бы устоять перед Джулианом Кином?
 – Не тогда, когда предметом чувств являетcя древняя нечисть, - проворчала я и расстроенно вздохнула. - Я глупа достаточно, чтобы влюбиться в вас, но не достаточно, чтобы верить каждому вашему слову. Все-таки мне известно, с кем я связалась.
 Джулиан довольно улыбнулся и снова припал к моим губам, завершая невыгодный для себя разговор.
 Вот же… фэйри!
 Денби нельзя было отказать в наглости, они посмели явиться к моему дому уже на следующий день, и, по словам слуг, оказались крайне удивлены представшей перед их глазами картиной: особняк оказался окружен рвом с водой, мост был поднят, а ворота демонстративно закрыты.
 Шут, став невидимым, наблюдал неудавшийся визит лично и вблизи, а после, используя весь свой актерский талант, описал, что именно происходило возле поднятого моста.
 Хохотали все зрители – и Дарем,и миссис Мидуэл,и даже Зара Джонс, которая присоединилась к нашей компании на правах полноправной участницы обороны. У меня тут же возникло желание посетить спектакль моего странного возлюбленного. Наверняка зрелище будет восхитительным.
 Мистер Кин выглядел чрезвычайно довольным собой и реакцией более чем благодарной публики. Правда, когда мизансцена уже была разыграна от и до, фэйри неожиданно стал куда более серьезным, чем до того.