Лидия. Головная боль академии (СИ)

Нет, я вовсе не боюсь, что печенье отравлено или приворожено. Во-первых, у меня на руке браслет-артефакт, который на раз-два распознает любое магическое воздействие на пищу. Во-вторых, крекер этот Ромери вручил мне на виду у всей моей группы, поэтому, случись что, из академии попрут именно его.
После нашего громкого воссоединения Ромери вёл себя, как зайка-лапушка: встречал-провожал, сидел рядом со мной в столовой, дарил милые безделушки и вообще всячески проявлял заботу. Ну, прям образцово-показательный ухажёр, если не принимать во внимание его малодушные измены.
Есть вещи, которые не прощаются, хоть ты в ногах ползай. Но всё же ухаживания я принимала с удовольствием, а Ромери читал в моих довольных улыбках шанс на возврат к прежним всамделишным отношениям.
Пусть думает, что хочет. Пока что нас обоих всё устраивает.
Я, вот, например, всю ночь чувствовала себя всемогущей богиней. Потому что я люблю варить зелья, а травки-склянки-порошки любят меня. Вот она взаимность и счастье!
Ещё печенюшки скрасили моё и без того прекрасное времяпрепровождение.
Опустевший бумажный пакет от крекера сгорел в камине, а я спаслась от голода. Спасибо моему заботливому бывшему.
Ночка у меня выдалась бурной и прогрессивно успешной.
Новое зелье готово! Точнее, я его сварила, дала мышам, и тьма в них отступила, скрылась так, что кажется, будто её и в помине нет и никогда не было. Все зверюшки бодры и веселы, жизненные показатели в норме. Красота!
Впереди ещё блок тестов и испытаний, но это будет уже шлифовка рецепта зелья. Основная работа сделана.
Я даже прислушалась к пожеланиям клиента и добавила мяты в чёрное, похожее на свежий берёзовый дёготь, пахучее варево. Ядрёный горький запах смягчился. Всё-таки мята – хорошая трава.
Ну, неизвестный чувачок, не судьба тебе помереть. Будешь жить, пока платишь мне за зелье. Я прям чувствую себя героиней-спасительницей.
– Лия! – короткий оклик сзади.
Ах, да, я не только спасительница, но и девушка Ромери.
– Привет, – он догнал меня и, обняв за талию, притянул к себе. Поцеловал коротко, нехотя оторвался от моих губ, чтобы я не сочла это за приставание. – Я искал тебя вчера, но Кэт сказала, что ты в лаборатории и что тебя ни в коем случае нельзя беспокоить.
– Верно сказала, – кивнула я. – Что-то случилось?
– Я хотел зайти к тебе, но увидел, что туда направляется профессор де Грасс. Не успел тебя предупредить.
– Всё в порядке, Ромери.
– Да? Я подумал, что ночью ты варишь что-нибудь запрещённое... – выглядел он и в самом деле взволнованным.
Ещё как запрещённое! Даже невозможное!
– Не переживай. Профессор просто проверила мою индивидуальную работу по зельеварению и всё.
– Значит, она не станет тебя исключать? – Ромери слегка отстранился, а его рука скользнула по моей сумке, висящей через плечо. Предательские монеты в мешочке недвусмысленно брякнули. – О, что это? Деньги? – он через ткань сумки нащупал увесистую мошну. – О, богиня! Это же целое состояние! Откуда у тебя столько? Ты, что, украла?
Кажется, я уже начинаю жалеть, что в качестве ширмы выбрала Ромери...
Спать хочется дико, а тут ещё приходится напрягать мозг, чтобы правдоподобно выкрутиться.
– Это не мои деньги. И вообще: нечего ощупывать мою сумку. Профессор де Грасс дала мне их, чтобы я купила ингредиенты для зелий.
– Почему именно тебе? – недоверчиво прищурил глаза Ромери. – Для этого есть специальный человек.
– А сам как думаешь, почему? Потому что я гений зельеварения! Я лучше любого лаборанта отличу качественный синецвет от залежавшегося и окислившегося.
– Ладно, понял, – он заметно расстроился, узнав, что деньги не мои. – Просто я думал, что профессор тебя недолюбливает. Только глухой не слышал, каким голосом она вызывает тебя на ковёр.
Уж что-что, а развивать эту тему мне не хотелось. Даже есть не хотелось – лишь бы скорее доползти до мягкой постельки!
– Проводи меня до комнаты. Я просто валюсь с ног, – и я пошатнулась для наглядности.
– У меня есть идея получше, – и он, блеснув молочно-белой зубастой улыбкой, от которой я когда-то была без ума, подхватил меня на руки и понёс.
 
А я? Устало уткнулась ему в ключицу и задремала.
Знала бы я, что это будет единственный мой сон за сегодня...
  
Глава 9. Страшная книга и голая девица
 
Лидия 
Под дверью моей комнаты Ромери поставил меня на ноги и придержал за талию, чтобы я, сонная, не улеглась спать прямо на полу.
Я даже позволила ему ступить следом за собой на порог, как вдруг...
Сон сняло, как будильником по башке.
– А-а-а! Это что, блин, такое? – в ужасе завизжала я.
Пол, стены и потолок нашей с Кэт погружённой в полумрак комнаты облепили огромные чёрные жуки-короеды. Точнее, будь они мелкими, я бы абсолютно точно опознала в этих продолговатых тварюшках короедов. Теперь же это были громадины размером с мой кулак.
Они сожрали в комнате всё: шкаф вместе с одеждой, кровати, обои, стол, стул, книги с тетрадями...
Продуктами их жизнедеятельности было заляпано всё, даже оконное стекло, держащееся на остатках недоеденной рамы. Скоро и оно...
«Дзынь кх-х-х!» – как бы подтверждая мою мысль, разбилось оно, впуская в комнату солнечный свет и январский мороз.
И тут я увидела...
– Катарина! – вскрикнула я и хотела броситься к лежащей без чувств обнажённой подруге, но жуки облепили мои ботинки и принялись их грызть.
Сперва надо разобраться с тварями. Нельзя их выпускать из комнаты. Но как? Магию под угрозой исключения из академии использовать нельзя.
А, пофиг!
Насекомые физически и энергетически устроены гораздо проще, чем животные. Поэтому, чтобы их убить, можно воспользоваться простым, но достаточно энергозатратным заклинанием. Оно универсальное и для растений, и для насекомых. Я пользовалась им, чтобы избавить картофельное поле от жуков-вредителей и сорняков.
– Лия, тебя же исключат! – завопил Ромери, когда понял, что я собралась магичить.
– Заткнись и не мешай! – велела ему. Видимо, мой тон сработал, и мой спутник застыл столбом.
Стоило мне пустить магию в ход, оглушающе завыла сирена. Даже стены вздрогнули и завибрировали.
Но я была бы не я, если б не довела дело до конца. Жуки попадали с потолка и стен, сложили лапки в молитвенном жесте и перевернулись на спины.
Фух!
Я скинула с себя пальто, завернула в него еле живую, изрядно покусанную, Кэт и собиралась скомандовать Ромери, чтобы бегом отнёс её в лазарет, как прямо перед нами вышел из портала ректор нашей альма-матер Юнери де Кастеляврест.
Мужчина быстро сориентировался, просканировал ауру пострадавшей и снова исчез в портале вместе с Кэт, однако спустя пару минут вернулся злющий:
– Адептка Ферб, адепт де Кальди, потрудитесь объяснить, что здесь происходит?
– Мы сами только что пришли, – заявила я. – Сегодняшнюю ночь я с разрешения профессора де Грасс провела в лаборатории зельеварения. Утром Ромери встретил меня на крыльце учебного корпуса и проводил до комнаты. Когда мы открыли дверь, я увидела там вот этих ужасных жуков и Кэт без сознания. Жуки заползли мне на ботинки и принялись их грызть, а другие хотели вылезти в коридор! Мне пришлось применить магию, чтобы спасти подругу и обезопасить остальных адептов от опасных тварей.
– Де Кальди, вам есть что добавить? – грозно зыркнул на Ромери ректор.
– Всё было именно так, как сказала Лия, – отчитался тот.
Уф, суровый мужик этот наш ректор! Вроде бы старик стариком, но энергетикой своей задавит кого угодно! Даже мне стало не по себе. Хотя, казалось бы, куда уж больше.
– Вечно с вашими семейками одни проблемы. Сплошная головная боль... – проворчал ректор, который прекрасно знаком с моими родителями, и он же подписал разрешение, чтобы папуля каждое утро порталом забирал меня на тренировку.
– Господин ректор, – назвала его по должности, чтобы не ошибиться ненароком в произношении длинной фамилии, – Могу я навестить Катарину аль Тикси?