Возрождение рода Шосе (СИ)

Настроение в броневике было боевым даже у детей, которых всех было решено забрать с собой. Судьба детей кланов Каори и Эйко не сильно волновала, и вообще то, что я о них забочусь, для моих родных выглядело дуростью, но они все же, посовещавшись, согласились забрать детей клана Хитаси и Фатсен с территорий Империи. Ведь если Империя хотела уничтожить детей кланов то, оставив их в Империи, ничего не будет мешать им воплотить задуманное.
Я познакомился со своим крохотным племянником Сакураем, которого я не отважился взять в руки, боясь, не смотря на свой контроль, навредить этому совсем крохе, что весело посапывал, прижавшись к груди своей матери, у которой в глазах сейчас горел огонь предвкушения схватки, что скоро нам предстоит. Я не хотел лишних жертв среди военных, но знал, что они обязательно будут. Мы подъехали к стене, что была ближе всего к ангарам, в которых стоял готовый к полетам нужный нам транспорт, его еще называли дежурным, так как отправка могла быть внезапной. Я не раз был на этом аэродроме и знал об этой особенности, простояв несколько секунд около стены, броневик взвыл своим мотором и понесся прямо в стену. Бетонные плиты как картонные перегородки разлетелись за метр от броневика, благодаря Каори, что, оперируя силой психокинетики, с легкостью расчистила нам путь.
Мы не скрывались, да и это было бесполезно, одно только то, что к аэродрому приблизился броневик уже обратило на себя внимание. К тому же мы проезжали по дороге, ведущей к военной базе, что огибала аэродром и так же была под наблюдением, так что нам надо действовать очень быстро, чтобы сопротивление не стало для нас фатальным.
Мы успели проехать всего лишь метров сто к ангарам как по нам изо всех сторон ударили очередями орудия, предназначенные для сбития самолетов. Зенитки били по нам с двух сторон, и для меня отклонить хотя бы один из снарядов было бы на грани сил, но не для улыбающейся мамы, снаряды словно обтекали наш броневик. В зенитные орудия практически одновременно вылетели два крохотных светящихся шарика, взрыв которых при попадании осветил эту ночь на многие километры, но всего лишь на мгновение.
Броневик внесся внутрь ангара, так и не пострадав, а обстрел пока не возобновился. Выскочив из броневика, я выстрелами из пулемета нейтрализовал четырех охранников, но и это практически не требовалось, Каори уже снесла головы трем охранникам дисками, похожими на циркулярные пилы, что она сама изготовила, и только два дежурных пилота, что находились снаружи небольшого самолета, были оглушены. Хаяма, наш пилот, пулей выскочил из-за руля броневика и понесся проверять самолет на готовность к полёту.
— Господин Дэйчиро, баки заполнены, самолет сможет добраться только до восточного края диких, но, это только если не будет повреждений корпуса, — отрапортовал Хаяма.
— Хорошо, готовься к запуску двигателей, — Сказал я Хаяме и обратился к Каори, что вместе с остальными только сейчас начала выгрузку вещей, которые мы решили взять с собой. — Каори, зачем ты сохранила пилотам жизнь?
— Твоя дочь попросила, — односложно ответила мама, а из броневика уже выскочила Эми и побежала ко мне. В это время Эйко выпустила несколько шариков с молниями в близлежащие здания и ехавший к нам дежурный танк, Чихеро тоже заняла выжидательную позицию под прикрытием силы Каори.
— Папа! — Крикнула Эми, подбежав ко мне и посмотрев в глаза своими бездонными глазами. — Можно мне попробовать взломать пилотов?
— А ты справишься? — Что не думай, а военные могут носить в себе неплохие блокировки вмешательства, и не стоит забывать что сложный взлом и работа с сознанием доставляют манипулятору ни с чем не сравнимое удовольствие, и, как мне кажется, моя дочь вошла во вкус, столкнувшись сегодня со слабенькой блокировкой у тех агентов тайной канцелярии, что охраняли особняк.
— Я попробую. Я точно не знаю, но я осторожно, хотя бы посмотрю на контуры защиты, — ответила мне малышка.
— Попробуй, но будь осторожна. — Спорить с кукловодом, у которого в руках интересный образец, бесполезно, да и ничего страшного не произойдет.
  
— Папа, я буду очень-очень осторожной! — И вот моя дочурка приблизилась к первому пилоту.
На тело пилота было больно смотреть, его конечности с хрустом вывернулись в суставах и он зашелся в безумном крике, но вскорости, похоже Эми отключила его связки, он замолчал. Что-то пошло не так, сперва у пилота лопнули глаза, а потом из ушей пошла кровь и вот он уже не подавал признаков жизни.
— Жаль. — Отошла от него Эми, аккуратно ступая и стараясь не запачкать свои бежевые сандалики. Ее личико было хмурым, но таким оно было всего лишь на секунду, Эми посмотрела на тело второго пилота и улыбнулась. — Остался же еще второй, попробуем еще раз.
Пока Эми занималась пилотом, я пошел к выходу из ангара, Каори с Исидой уже находились в самолете, а Хаяма прогревал двигатели, так как взлет будет экстренным и по возможности максимально коротким. На аэродроме уже вовсю работала сирена, а Эйко без устали отправляла в полет шаровые молнии, которые уничтожали все на своем пути. Сила сестренки была несопоставима с теми силами, что пытались нам противостоять. Вокруг нас горели установки противозенитной обороны аэродрома, несколько танков, а также несколько разрушенных зданий. Чихеро находилась, можно сказать, на подстраховке и уничтожении живой силы, незащищенной толстой броней, из-за чего возникающие в ночи огни от выстрелов из пулеметов мгновенно пропадали, так же Чихеро была на защите Эйко, уничтожая пули, выпущенные снайперами, но это не слишком требовалось. Сейчас Каори работала на полную силу, мастерски манипулируя силой психокинетики, и все снаряды, пули и редкие ракеты нам не угрожали. Пока не появились сильные владеющие нам практически ничего не угрожает. Я хотел поговорить с Эйко, но меня остановил окрик дочери.
— Папа, у меня получилось! — Радостно воскликнула Эми и начала прыгать около стоявшего на ногах пилота.
— Молодец, заходи в самолет, и пусть пилот поможет Хаяме, — сказал я, наблюдая, как Эми забирается в самолет вместе с пилотом.
Меня беспокоило то, что я видел внутренним зрением, к нам приближались трое тяжеловооруженных физиков, в броне одного из которых уже торчали два диска Каори. Физики встали под прикрытием здания, и я уверен, что в тот момент, когда самолет попытается вырулить на взлетную полосу и Каори будет полностью занята отклонением всего что полетит в самолет, а Чихеро и Эйко не смогут работать в открытую, эта группа физиков попытается атаковать самолет. И, как я подозреваю, основной их целью будут двигатели самолета. Если самолет не взлетит то вскорости прибудет подкрепление и нас ждет незавидная участь.
— Эйко, Чихеро, забирайтесь в самолет, — произнес я, сняв с груди рацию. — Мама, сосредоточься на защите самолета, мне помогать не надо, справлюсь.
— Поняла, удачи сынок, — раздался голос Каори из динамика в рации.
— Хаяма, — вновь обратился я к рации. — Выводи самолет из ангара и рули к взлетной полосе.
Выйдя из ангара, я сразу ощутил, какую напряжённую работу ведет Каори, без атаки Эйко с Чихеро и прикрытия матери силой психокитнетики по мне практически мгновенно ударила пулеметная очередь и две снайперских пули. Все было так резко, что я допустил чтобы по передней плите бронежилета вскользь прошли пара пуль, которые вдребезги разнесли рацию. Голова чиста, эмоций нет, есть задача, которую надо выполнить любой ценой, и она будет выполнена, самолет взлетит. Пулемет ударил приятной отдачей в плече, а подкорректированные пули забрали еще парочку жизней, и я устремился к зданию, за которым ожидают удобного момента физики. Не огибая здания, я разогнался изо всех сил и вышиб окно. Оказавшись внутри я, ориентируясь исключительно благодаря внутреннему зрению психокинетики и проламывая на своем пути тонкие перегородки, несся к ничего не подозревающему противнику. Выламывая очередное окно я увидел повернутые головы в глухих штурмовых шлемах и еще не оказавшись на ногах находясь в полете я выпустил очередь из пулемета, корректируя полет пуль и направляя их в защитное стекло шлемов. У двоих физиков не выдержало бронебойное стекло, и следующие две пули, точно залетевшие в смотровую щель, оборвали их жизни. Третий же владеющий ослеп, и его от силы попаданий пуль опрокинуло на спину, а очередь в упор раскроила его шлем как консервным ножом. Одна угроза ликвидирована. В самом узком месте, практически перед самой взлетной полосой, на пути самолёта выехали два танка, перегородив своими железными тушами проезд. От их синхронного выстрела мое сердце сжалось от леденящего ужаса. Да, мне страшно за родных, и наблюдать внутренним зрением за тем, как ко всем дорогим мне людям летит смерть, испытание, которое далось мне нелегко.