Все, что мне нужно (ЛП)

Я сокращаю расстояние, соединяя наши губы.
Она улыбается мне в губы.
— Тебе не следует.
— Я же говорил тебе, ничего не могу поделать, — хрипло говорю я.
— Так как же ты смотришь на меня?
Я знаю, что она делает. Дразнящая ухмылка кривит ее губы, а глаза сияют озорством.
— Чтобы мне не стало тяжело посреди «Ликвид», используй свое воображение.
Лола поджимает губы, как будто сдерживает улыбку.
— Ты действительно оправдываешь имя золотой девочки, да?
Я провожу подушечками пальцев одним за другим вниз по ее позвоночнику, наслаждаясь тем, как она дрожит рядом со мной.
— Ты выглядишь чертовски хорошо.
Прежде чем Лола успевает ответить, Дейзи и Кара утаскивают ее от меня.
— Мы берем напитки. Мы вернем ее! — кричит мне через плечо Кара.
— Это будет долгая ночь.
Джейден стоит рядом со мной и прерывисто дышит. Его взгляд сосредоточен на Каре, пока девушки не сливаются с пьяной толпой.
— Чертовски долгая ночь.
Я допиваю остатки пива, гадая, как мне, черт возьми, дожить до полуночи и не вытащить Лолу отсюда.
Это была… ночь.
Все хорошо проводят время, но я близок к тому, чтобы сойти с ума.
Это звучит драматично даже для меня, но именно это и происходит, когда у твоей девушки безумное тело, она носит платье, в котором выглядит богиней, и так эротично танцует.
По крайней мере, с моей точки зрения, то, как она покачивает бедрами, трясет задницей и злобно улыбается, на меня действует. Заставляет грязные образы проигрываться в голове и время от времени искушает меня сказать:
— К черту все это, я должен вытащить ее отсюда.
Вместо того, чтобы делать то, чего отчаянно хотят от меня мозг и член, я остаюсь на месте и наблюдаю за ней на расстоянии, позволяя ей наслаждаться временем со своими лучшими друзьями. Лола не часто дает себе волю, и даже когда это делает, она постоянно думает о Никсе.
Сегодня вечером я убедился, чтобы единственное, о чем она думала, — это развлечься. Чтобы успокоить ее переутомленный разум, я уже несколько раз писал родителям, спрашивая, как у него дела, и просил фотографии.
Тем более, что они впервые с ним нянчатся.
Диджей приглушает музыку, объявляя, что до нового года осталось десять минут, а огромный экран позади него высвечивает время большими жирными белыми буквами.
Прежде чем успеваю добраться до Лолы, она уже направляется ко мне.
Широко раздвигаю ноги, подзывая ее встать между ними. Когда она это делает, я обнимаю ее, улыбаясь раскрасневшейся груди, стеклянным глазам и кривой улыбке на лице.
Схватив за талию одной рукой, я кладу другую на заднюю часть ее бедра.
— Веселишься?
Лола покачивается, обхватывает меня руками за шею и позволяет им свисать с моих плеч.
— Да, но мне будет веселее, если ты присоединишься.
— Я присоединился.
Ни в коем случае, черт возьми, я был там, но после почти неловкого возбуждения после того, как она решила прижаться ко мне своей задницей, я заявил, что ухожу.
Ее ногти мягко впиваются в мою спину, стеклянные глаза превращаются во что-то темное, наполненное похотью, а нижняя пухлая губа выпячивается в надутые губы.
— Но я хотела, чтобы ты остался.
Я резко вдыхаю, не обращая внимания на то, как тяжело сердце колотится в груди или как кровь приливает к члену, заставляя его пульсировать.
— Перестань так на меня смотреть, — прошу я.
Как изменилась ситуация. Месяц назад она просила меня о том же, а теперь это я. Это я умоляю ее каждым дюймом тела перестать смотреть на меня так, будто она хочет, чтобы я ее трахнул.
Или, может быть, я просто придаю этому слишком большое значение, потому что у меня давно не было секса, и я в отчаянии. Нагнуть ее, натянуть платье на задницу и трахать, пока она не пропитает мой член своим возбуждением.
— Как так?
Обольстительная улыбка расплывается по ее лицу, создавая иллюзию, что эти два слова должны быть ни чем иным, как невинным вопросом.
Но я слышу сквозь сладость, исходящую из ее голоса, и чувствую, как ее ноги слегка раздвинуты.
— Как будто ты надеешься, что я прикоснусь к тебе прямо сейчас.
  
Огонь загорается в ее глазах, когда они приближаются к моим губам.
— Может быть… это то, чего я хочу.
— Ты пила.
Это единственная причина, по которой она предложила бы мне прикоснуться к ней публично.
Не то чтобы нас кто-нибудь увидел, по крайней мере я так не думаю, потому что они все пьяны или заблудились в своем мире.
Никто бы никогда не заметил, если бы я засунул руку ей под платье.
— Совсем немного, но я не пьяна. Я даю тебе согласие, ТиДжей.
Голос у нее такой кроткий, что я его почти не слышу.
— Нас могут поймать…
Медленно я провожу ладонью вверх по ее бедру, пока не чувствую, как подол платья щекочет верхнюю часть моей руки.
Лола облизывает губы, переводя взгляд то влево, то вправо, а затем снова на меня.
— Да… могли бы.
Я просовываю руку под платье и провожу средним пальцем под изгибом ее гладкой задницы, а затем обхватываю, сильно сжимая. Ее губы приоткрыты, и если бы музыка не была слишком громкой, я уверен, что услышал бы вздох.
— Нас бы выгнали.
Я отпускаю ягодицу и шлепаю по ней, а затем провожу рукой по бедру, чувствуя кружево, обволакивающее ее кожу, под подушечками пальцев.
— А может и нет. Может быть, нам повезет.
— Кто-то может нас записывать. Ты знаешь, какие люди.
Я быстро оглядываюсь, убеждаясь, что никто не смотрит. До полуночи осталось всего несколько минут. Все сейчас не в своем уме, а даже если и так, им плевать на то, что мы делаем.
Ее глаза на мгновение расширяются, а затем она опускает взгляд на мою руку между своих бедер. Я подумал, что это напугает ее и заставит отстраниться, но все происходит наоборот, когда она подходит немного ближе.
Во рту у меня пересохло, но член мгновенно затвердел, больше не сдерживаясь.
— Ты бы этого хотела? Не так ли?
Я подношу руку к шнурочку, покрывающему ее киску, наслаждаясь тем, насколько он влажный, когда прилипает к ней. Провожу двумя пальцами по щели, и она переминается с одной ноги на другую, ее пальцы сжимают мои плечи, ища поддержки.
— Ответь мне.
Но она этого не делает. Кажется, Лола снова стала застенчивой, но сейчас это изменится.
Отведя шнурок в сторону, я провожу пальцем по ее набухшему клитору, щелкая по нему снова и снова, пока ее губы не раздвигаются, а грудь беспорядочно поднимается и опускается.
Другой рукой крепко сжимаю ее талию.
— Черт возьми, ответь мне.
— Я… ааа, — выдыхает она, ее глаза тускнеют от потребности, губы приоткрываются все шире с каждым движением.
Лола отводит взгляд, впившись зубами в нижнюю губу, прежде чем отпустить ее.
— Да… мне бы этого хотелось.
Я не уверен, что, вообще ничего не делая, возможно кончить, но клянусь, что могу прямо сейчас.
— Посмотри на меня, — требую я, и, как и послушная девочка, она так и делает.
Я убираю палец с ее клитора и провожу им вниз по щели, просовывая два пальца внутрь нее. Лола дергается, но я удерживаю ее на месте другой рукой.
Глаза Лолы трепещут, бедра сжимают мою руку, пока я ввожу и выталкиваю пальцы из нее. Она такая мокрая, что легко растягивается, приспосабливаясь к моим пальцам и принимая их так хорошо, что мои костяшки пальцев погружаются глубоко в нее.
— Посмотри на меня, Лола, — хриплю я, чувствуя, как сжимаются ее стены. — Мы не хотим, чтобы кто-нибудь знал, что мы делаем. Так что улыбайся и веди себя так, будто ничего не происходит, а мы только разговариваем и хорошо проводим время. Хорошо?
Она напряженно кивает. Ее губы приподнимаются, но улыбка в лучшем случае слабая.
— Скажи это.
Я ускоряю темп своих пальцев, ударяя ее клитор тыльной стороной ладони.
— Хорошо, — говорит она, задыхаясь.
Лола чрезвычайно напряжена, ее тело почти трясется, но каким-то образом ей удается искренне улыбнуться.