Все, что мне нужно (ЛП)

— Что ж, давайте принесём ему что-нибудь поесть, прежде чем нам придётся объяснять Лоле, почему её ребёнок умер от голода.
Джей фыркает и наклоняется, чтобы поднять его с дивана.
— Вы видели эту булочку? Я уверен, что с ним все будет в порядке.
Никс понятия не имеет, о чем тот говорит, но хихикает, когда Джейден тычет ему в живот.
— Так что же он ест? — спрашивает Лэндон.
— Макароны с сыром, — отвечаю я.
Он одержим этим. Я уверен, если бы Феникс мог, то утонул бы в ведре с сырным соусом. По крайней мере, так сказала Лола.
Боже, я скучаю по ней. Ты видел ее только сегодня утром. Мое подсознание издевается надо мной.
— О, мы идем в «Бенни», — решает Джейден, уже направляясь к входной двери вместе с Сейнтом.
«Бенни» — маленькая захудалая закусочная всего в десяти минутах отсюда, но, несмотря на внешний вид, там один из лучших фаст-фудов в округе. В довершение всего, там обычно не так много студентов, как в любом другом ресторане.
Выйдя, заперев за собой дверь, я отправляю Лоле несколько сообщений, еще раз информируя ее. Она занята, поэтому я не жду ответа, но продолжаю говорить себе, что она будет очень признательна. И мне отчаянно хочется ее внимания.
Я: Идем в «Бенни» с ребятами. Фениксу там понравится. У них лучшие макароны с сыром.
Я также делаю фотографию Сейнта и Джейдена, играющих с Фениксом и его медведем, и отправляю ей.
Я: Джейден придумал прозвище для Феникса. Никс, что ты думаешь?
Я: Кроме того, Феникс сейчас является значительной частью команды, поэтому он обязан приходить на игры и тренировки.
Я не жду ответа, но удивляюсь, когда получаю фотографию.
Персик: Прикреплено: 1 изображение.
Это селфи, где она улыбается, на заднем плане изображена пара, которая женится.
Лола выглядит чертовски божественно, это нереально. И ее улыбка, черт возьми, мне нравится эта улыбка.
У меня была возможность увидеть, во что она одета, перед тем, как уехала на свадьбу, и мне потребовалось все силы, чтобы не сфотографировать. Главным образом потому, что это выставило бы меня подонком.
Я: Я так много думаю о тебе, что это вредно для здоровья, а потом ты присылаешь эту фотографию.
Я печатаю, но, поскольку я трус, не отправляю это. Когда собираюсь удалить текст, Джейден зовет меня по имени.
— ТиДжей, ты готов идти? Мы здесь голодаем!
— Да, я иду…
Я смотрю на экран, понимая, что каким-то образом отправил сообщение.
Ебать.
Я не могу перестать смотреть на сообщение, которое отправил Лоле два часа назад. Она, вероятно, этого не видела, но в голове этот надоедливый, жалкий голос говорит мне, что она видела, и ее это не волнует.
Особенно потому, что Лола не упомянула Хэллоуин или поцелуй на прошлой неделе. Я пытался поговорить об этом, но она всегда уводит разговор, и это сводит меня с ума. Не могу перестать прокручивать в голове поцелуй и то, как сильно я хочу сделать это снова.
— Думаю, я облажался, — голос Сейнта прерывает мои мысли.
Спрятав телефон в карман, я поднимаю голову.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что ты …
— Оно застряло у меня.
Он агрессивно тянет переноску, привязанную к его груди.
— Как тебе это удалось? — смеюсь я.
— Не знаю. Я просто примерял это, потому что… это не имеет значения. Помоги мне снять его.
— Где ребята?
Я поддерживаю Феникса на бедре и пытаюсь снять его свободной рукой.
После «Бенни» планировалось тусоваться в доме, пока не приедет Лола, но затем Сейнт заметил, что дом «не подходит для детей».
Какой университетский дом подходит для детей? У нас есть коробка, наполненная дерьмом, которое люди оставили на вечеринках, которые мы устраивали. Еще где-то валяются две надувные куклы и одна-две коробки презервативов. И у нас есть алкоголь, в большом количестве.
Мы не планировали, что хотим купить. Все, что я знаю, это то, что Джейден схватил тележку для покупок и исчез вместе с Лэндоном и Джаггером час назад. И это было после того, как Сейнт сказал, чтобы мы покупали что угодно, он оплатит. Я сказал, что заплачу за все, но он ответил:
  
— Как крестный отец, моя работа — портить его.
— Они сказали, что собираются взять что-то, что будет полезно для обучения Феникса — умственного — черт возьми, если я знаю. Они много чего сказали, — возмущается Сейнт.
Мне не следует говорить, учитывая его ситуацию, но действительно ничего не могу с собой поделать.
— В банку десять долларов.
Банка с деньгами Лолы натолкнула меня на мысль приобрести ее для дома. Сейчас там сто долларов.
Он бормочет что-то себе под нос, что очень похоже на итальянский. Может, я и не говорю этого, но уверен, что он меня обругал.
— Это действительно зацепило тебя, — терплю неудачу и смеюсь, наблюдая, как он изо всех сил пытается избавиться от этого.
— Отлично, думаю, мне лучше этим воспользоваться. Иди сюда, Полпетта, — Сейнт выхватывает у меня Никса и сажает его в переноску. — С таким же успехом ты мог бы принести пользу и применить свои навыки фотографии на мне.
Выгнув бровь, но не задавая вопросов, я делаю снимок, ухмыляясь Фениксу. Он счастливо висит на переноске, держа своего медведя. Феникс такой беззаботный и легкомысленный, что моя улыбка становится шире.
— Теперь отправь это Лоле и скажи ей, чтобы она отправила это Дейзи, — уверенно говорит Сейнт.
— Почему?
— Потому что большинству девушек нравится, когда парни хорошо ладят с детьми. Особенно, если это близкие для них дети. А Дейзи любит Никса больше всего на свете, поэтому, если она любит его, то полюбит и меня за то, что я люблю его.
Если это не кричит о бреде, то я не знаю, что это.
— Что это было? Прошло несколько месяцев, а она так и не проявила к тебе никаких признаков интереса. Я впечатлен твоей настойчивостью. Этого никогда не произойдет, но я аплодирую за решимость.
— Ты говоришь это сейчас, но на днях она улыбнулась мне, — заявляет он так серьезно, что я не знаю, смеяться или нет.
Моя губа дергается.
— Улыбка?
— Не смотри на меня так. Я знаю, о чем ты думаешь, но это прогресс.
— Так, прогресс.
— Больше, чем ты когда-либо зарабатывал с Лолой.
Я прищуриваюсь.
— Что ты знаешь о нас с Лолой?
Хитрая улыбка кривит его губы.
— Больше, чем ты думаешь.
Моя улыбка исчезает, и прежде, чем успеваю его о чем-то спросить, он уходит. Я следую за ним, мои мысли бушуют при мысли о том, что Лола говорит ему что-то о нас.
— Что ты знаешь? Она тебе что-нибудь сказала?
Сейнт останавливается перед игрушками для малышей, рассматривая разноцветные игрушки. Он указывает на некоторые, спрашивая Феникса, какая из них ему больше всего нравится.
— Сейнт.
— Это мое имя.
— Хватит играть. Она говорила тебе что-нибудь обо мне?
Он пожимает плечами.
— Возможно.
Я тяжело вздыхаю.
— Что она сказала?
— Не могу сказать. Я поклялся хранить тайну.
Он делает вид, что сжимает губы.
Ты, должно быть, шутишь.
— Секретность?
— Мы являемся частью OCC. Это наша клятва.
Я моргаю.
— ОСС? Клятва?
— Только детский клуб. У нас нет братьев и сестер, поэтому мы полагаемся друг на друга и тому подобное.
Он хватает синюю собаку, на которую указывает Феникс, и сжимает ее лапу. Я узнаю собаку по шоу, которое Феникс недавно начал смотреть и теперь стал одержим.
Я смотрю на него, не мигая.
— Опираться друг на друга? Ты знаешь Лолу почти три месяца. Когда вы, ребята, так… сблизились?
Что-то зеленое и отвратительное, пронзает мою грудь, вызывая горький привкус во рту.
— Я не знаю. Это просто произошло, — отвечает он со всей беззаботностью мира. — Мы вместе ходим на занятия, поэтому иногда встречаемся, пьем кофе и что-то обсуждаем.
Клянусь, мой правый глаз дергается.
— Обсуждаете?
Он смотрит на меня и посмеивается, пока Феникс озабочен синей собакой.
— Вещи, которые тебя не касаются, — говорит Сейнт и нахально улыбается.