Все, что мне нужно (ЛП)

— Спокойной ночи, Джулс.
Я отпускаю ее и смотрю, как она идет к машине.
После ее ухода я стою на своем месте, размышляя, стоит ли мне написать ему и попросить уйти. Но чем дольше стою здесь, тем больше понимаю, насколько глупо все это звучит.
Подойдя к его внедорожнику, я выдыхаю и стучу в окно. Он удивляет меня, когда не опускает его, а вылезает.
Взгляд ТиДжея скользнул по мне, прежде чем встретиться с моим.
— Эй, все в порядке?
Я смотрю вниз, проверяя, чтобы на черном платье или на моем большом бордовом пиджаке не осталось следов авокадо. Но я ничего не вижу, даже морщинки.
— Мне жаль, что ты проделал весь этот путь сюда, но я не хотела тебе писать.
Он усмехается, кивая сам себе.
— Ну, это все объясняет. Теперь все имеет смысл.
— Подожди, а как ты узнал, что я здесь?
Я никогда не говорила ему, где работаю. Когда мы были в парке, я сводила наши разговоры к минимуму и говорила только о Фениксе. Несмотря на его попытку вести светскую беседу, я не хотела обманывать себя, полагая, что ему важно все, что я хочу сказать.
— Сейнт.
Конечно. Он единственный из друзей ТиДжея, кто что-нибудь обо мне знает.
— Мне жаль, что ты проделал весь этот путь сюда, но тебе не обязательно меня ждать. Я просто позвоню Дейзи и…
— Я уже здесь. Я не против подвезти тебя.
На его лице появляется легкая, обнадеживающая улыбка.
— Я живу в часе езды отсюда и…
Остальные мои слова замирают, когда желудок издает громкое урчание.
— Я знаю очень хороший фургон с тако всего в нескольких минутах отсюда, и у них есть домашние напитки.
У меня изо рта течет слюна, а в желудке урчит сильнее. Если есть что-то, что я люблю больше, чем тако, так это свежие напитки, особенно орчату12.
— Мы живем в часе езды друг от друга, и…
— Мы могли бы жить в пяти часах езды друг от друга, и это бы все равно не изменило ситуацию. Давай, позволь мне подвезти тебя, — умоляет он, улыбка на его лице становится все шире, и мне становится трудно сказать «нет». — Я обещаю, что это будут одни из лучших тако, которые ты когда-либо пробовала.
Оглядываясь через плечо на музей, я размышляю, стоит ли мне это делать или нет. Когда смотрю на него, в его глазах светится что-то вроде надежды.
Я знаю, что мне следует позвонить Дейзи, потому что последнее, что мне нужно, это быть рядом с ним, но вместо этого я отправляю ей сообщение.
Я: Не беспокойся о том, чтобы забрать меня. Обещаю все объяснить, когда вернусь домой. Люблю тебя!
— Теперь ты знаешь, что мои ожидания будут высокими. Если они нехорошие, ты заплатишь, — говорю я, обогнув его G-Wagon.
— А кто сказал, что ты платишь?
Он следует за мной и открывает мою дверь.
— Давай, залезай. Приготовься удивиться.
Глава 24
ТиДжей
— Почему ты не говорил мне, что они сами делают лепешки?
Лола с благоговением смотрит на тарелку с тако перед ней.
— Забудь на минутку о лепешках. Я не знал, что ты говоришь по-испански.
— Я знаю несколько предложений, но говорю плохо, — она берет ломтик лайма и выдавливает его на мясо. — Дейзи и ее родители научили меня нескольким вещам. Они также обучали Феникса.
Мои брови поднимаются, ошеломленные новой информацией, которую сообщает Лола. Когда мы встретились в парке на прошлой неделе, она почти не разговаривала со мной, и я не могу ее винить. Честно говоря, я все еще удивлен, что она согласилась пойти со мной сегодня вечером, но не жалуюсь. Я воспользуюсь каждой минутой, которую она решит мне подарить.
В конце концов, нам нужно ладить ради Феникса.
— Ты хочешь сказать, что Феникс понимает и говорит по-испански?
Я беру пластиковую бутылку с зеленой сальсой и брызгаю соусом на тако.
Она смеется.
— Ааа, вроде того. Эта работа все еще продолжается.
Я киваю и протягиваю ей бутылку. Я напрягаюсь, когда ее пальцы на мгновение касаются моих. Она быстро берет бутылку, но я все еще чувствую тепло на своей коже.
— Но вернемся к важной теме. Домашние лепешки.
Она держит тако, глядя на него с восхищением. Забавно видеть ее такой взволнованной. Не думаю, что я когда-либо встречал человека, который любил бы тако так же сильно, как Джейден любит его, когда он пьян. Правда, он любит любую еду, пьяный или нет.
  
— Так я прошел? Ты впечатлена?
— Я не знаю. Я должна сначала попробовать.
Она медленно жует, а затем ее брови поднимаются вверх, как и улыбка на ее лице. Но не это приводит меня в перенапряжение. Это тихий стон и то, как ее глаза закрываются.
Она качает головой, откусывая еще кусочек.
— Я… это… вау.
Она счастливо вздыхает.
— Мне нужно нечто большее, чем просто «вау». Как бы ты это оценила?
Откуда-то на меня нахлынула волна ностальгии. Меня привлекают воспоминания двухлетней давности.
Лола ненадолго напрягается. Доедая тако, она делает глоток и прочищает горло.
Приходило ли это ей в голову так же, как и мне?
— Сто. Это, — она держит еще один тако, — совершенство. Возможно, лучшее, что я когда-либо пробовала. Если ты когда-нибудь встретишь маму Дейзи, не говори ей, что я это сказала.
Сияющая улыбка на ее лице заразительна. Я ухмыляюсь так же широко, как и она.
— Обещаю, ничего не скажу, но я рад, что смог оправдать твои ожидания.
Я знал, что она отправила это случайно. Ребята также узнали об этом, когда Сейнт заглянул мне через плечо и прочитал сообщение вслух. Они притворились, что задыхаются, когда я пил воду, и отметили, что я отчаянно пытался появиться, когда она не собиралась присылать это мне.
Возможно, это отчаяние, но я просто хочу, чтобы она перестала меня избегать. Я знаю, почему она это делает, и понимаю, но это не значит, что мне это должно нравиться.
Мое колено, ударившееся о ее ногу, вернуло к ней.
— Извини, я действительно ничего не могу с собой поделать.
На ее губах появляется легкая улыбка.
— Я знаю. Мне просто нужно к этому привыкнуть, да?
— Да, тебе следует. Ты застряла со мной на всю жизнь, так что…
Я внезапно возвращаюсь в тот момент, когда сказал именно эти слова два года назад.
Пляж, держась за руки, договоренность о том, что мы застряли друг с другом на всю жизнь, но мы имели в виду не это. Мы застряли на всю жизнь, пока ей не пришлось уйти.
Я понятия не имею, как я до сих пор это помню или как после того, как я некоторое время об этом не думал, это всплывает в голове, как будто произошло вчера.
Она тоже об этом думает?
— Ты знаешь, я имел в виду, это из-за Феникса. Мы всегда будем привязаны друг к другу.
Я шучу, чтобы снять неловкое напряжение, но она только кивает.
Мы погружаемся в неловкое молчание, пока не закончим с едой и не сядем в мою машину. Единственный раз, когда Лола нарушила молчание, был, чтобы поблагодарить меня за еду, поездку и указать дорогу.
Небо, грохочущее вдалеке, отражает то, как проходит сегодняшняя ночь.
Черт возьми.
Приняв решение, не раздумывая, я оттягиваюсь в сторону, настолько далеко, чтобы нас никто не смог ударить.
— Что ты делаешь?
Я выключаю зажигание и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. Я нажимаю кнопку, чтобы включить свет в машине, и клянусь, если бы взгляд мог убивать, я был бы мертв.
— Что ты…
— Боже, мне чертовски жаль.
Ее взгляд падает на мое подпрыгивающее колено. Ненавижу, как мне становится неловко, но я преодолеваю дискомфорт.
— Я знаю, что ничто не изменит того, что я сказал, но просто хочу, чтобы ты знала: мне чертовски жаль. Если бы мог, я бы взял все, что сказал, обратно. Я бы действительно сделал это.
Что-то сверкает в ее глазах, но также быстро, как и возникает, оно угасает.
— Прими мои…
Лола вздрагивает от оглушительного рева, и яркие серебряные вспышки прочерчивают ночное небо.
Она хватает меня за руку, крепко сжимая ее, когда дождь льет резко, капли шлепают по лобовому стеклу. Вода заслоняет дорогу впереди, делая все похожим на нечеткое пятно.