Все, что мне нужно (ЛП)

Это частная собственность. Здесь никто не должен бродить, но она этого не знает.
— Ладно, мне пора идти.
Девушка уже уходит, не давая мне возможности что-либо сказать.
— Подожди, Персик, — зову я, следуя за ней, пока не оказываюсь рядом.
Она ускоряет шаг.
— Перестань называть меня Персик.
Я улыбаюсь, потому что боковым зрением вижу, как ее ноги двигаются быстрее. Либо ничего не замечает, либо ей все равно, что я иду далеко не так быстро, как она. Она могла бы бежать легкой трусцой, а я все равно шел бы за ней в том же темпе.
— Ты ушла, прежде чем назвать мне свое имя, снова. Как еще я должен тебя называть?
— Никак.
Персик резко останавливается, поворачивается и смотрит на меня.
— После сегодняшнего вечера мы больше не увидимся, так что, это действительно имеет значение?
Она права, но в то же время — это не так.
Господи, черт возьми, в моем голосе звучит отчаяние, но хуй с ним.
— ТиДжей, — я протягиваю ей руку. — Меня зовут ТиДжей.
Она секунду рассматривает руку, ее теплые карие глаза скользят по цифре шесть, вытатуированной у меня на запястье, а затем снова по руке.
— Было приятно познакомиться с тобой. С днем рождения, ТиДжей, — улыбается она, вкладывая ладонь в мою.
Разница в размерах наших рук выглядит комично. Моя ладонь полностью поглощает ее, но я ненадолго сосредотачиваюсь на этом, потому что отвлекает ее мягкость.
Подожди, она сказала было?
Мой затуманенный мозг слишком занят ощущением ее руки, и я не замечаю, что она уже убрала ладонь и снова уходит.
Я иду рядом с ней.
— О, да ладно. Не будь такой.
— Я не такая, — просто отвечает она, выключая фонарик на телефоне. — Я не обязана тебе ничего говорить.
— Ладно, пусть будет так, Персик, — усмехаюсь я, слыша, как она ворчит, ускоряя шаг.
Я мог бы сказать, что она просто перенапрягается, но не делаю этого. Мне это доставляет слишком много удовольствия.
— Итак, Персик…насколько я помню, это не Миртл-Бич.
Тишина.
— Значит, твои родители не знают, что ты в Майами?
Снова молчание.
— Ты сделала правильный выбор, — усмехаюсь я. — Я обещаю, что в Майами намного лучше, чем в Миртл.
Она упрямая. Мне это нравится.
— Я бы тоже солгал своим родителям. Не знаю, кто, черт возьми, мог поехать на выпускной в Южную Каролину.
Я ожидал тишины, но вместо этого она откидывает голову назад, издавая громкий, раздраженный стон.
— Что?
— Решение приехать в Майами было принято в последнюю минуту.
Когда мы доходим до выступа, она останавливается и думает, как подняться обратно. Я собираюсь сказать, что справа от нас есть ступеньки, но тут она смотрит на меня.
— Послушай, я не собираюсь с тобой спать, так что, если думаешь, что это произойдет, то зря тратишь время.
Я хихикаю, потирая затылок.
— Это не то, что я…
Она складывает руки на груди, пригвоздив меня взглядом.
— Да, это приходило мне в голову, — честно отвечаю, пожимая плечами. — Но я здесь, чтобы подарить тебе это.
Я встряхиваю бутылку, которую держу в руке.
— С днем рождения.
Я ожидаю, что она оттолкнет меня, пошлет на хуй, но, к удивлению, Персик соглашается.
— Спасибо.
Сняв крышку, она срывает пластиковую обертку и ставит на выступ.
— Приятно знать, что еще кто-то так делает.
Девушка невесело усмехается, глядя куда-то вдаль.
Я прислоняюсь к выступу, когда она это делает, и ее плечи опускаются в знак поражения.
— Ты рада, что некоторые люди такие?
— Честно. Спасибо за подарок.
Она вздыхает, опускаясь на песок, прижимает бутылку к груди, вытягивает ноги и закидывает одну лодыжку на другую.
— Спокойной ночи.
Я мог бы вернуться и сделать то, что планировал изначально, напиться в стельку и, возможно, потрахаться. В этом весь смысл выпускной недели. После окончания школы все приходят на пляж, чтобы выпить, потрахаться и повеселиться.
Но не могу этого сделать. Я не могу оставить ее здесь одну. Это было бы дерьмово с моей стороны.
— И оставить тебя наедине с этим соком? Я так не думаю.
Я одариваю ее улыбкой.
Ее глаза следят за моими движениями, когда сажусь рядом с ней, по-прежнему оставляя, между нами, расстояние в дюйм или два.
  
— Разве ты не говорил, что он для меня?
Я пожимаю плечами.
— Пустословие. У меня тоже день рождения. Не будь жадиной.
— Жадина? Я не жадина.
Она агрессивно тычет бутылкой мне в грудь.
Я ухмыляюсь, забирая сок у нее из рук.
— Спасибо, Персик.
— Лола, меня зовут Лола.
Я сажусь прямо, недоверчиво уставившись на нее.
Лола. Мило.
— Я думаю, мне больше нравится называть тебя Персик.
— Ты невероятно раздражающий, знаешь об этом?
Несмотря на раздражение в ее голосе слышится и легкое веселье.
Может, я и под кайфом, но уверен, что это ее способ сказать, что я ей нравлюсь.
— Итак, не хочешь рассказать мне, что ты делаешь во Флориде, а не в Южной Каролине? — спрашиваю, игнорируя ее слова, прежде чем сделать глоток. — Хотя я тебя не виню. Кто хочет поехать в грязный Миртл? Я видел там воду, но ничего, на что стоило бы посмотреть.
Между нами повисает молчание, а затем она горько усмехается.
— Парень изменил мне. Он случайно прислал мне видео, на котором девушка отсасывает ему. Девушка, про которую он сказал мне никогда не беспокоиться.
Мои глаза округляются, и я задыхаюсь. Теперь я жалею, что нет чего-то большего, чем персиковый сок, что, черт возьми, я могу на это сказать? У меня никогда не было отношений. На мой взгляд, они слишком запутанные и сложные.
Я жду, что она разрыдается, потеряет самообладание, но этого не происходит. Лола вдыхает, выдыхает и протягивает ладонь. Я вкладываю бутылку ей в руку и жду, когда она будет готова заговорить.
— Поскольку мои родители очень строгие, они разрешили уехать только через несколько дней после того, как Мэтт, мой парень, уже уехал. В то утро, когда мы с подругами должны были уезжать, он случайно прислал мне видео.
Она ковыряет пальцами ног в песке, делая глоток сока.
— Короче говоря, я напилась, лучшие подруги забронировали здесь отель до конца недели, и теперь вот она я, рассказываю тебе, что… — она замолкает. — Боже, это звучит так жалко.
— Это не жалко, — качаю головой. — Если уж на то пошло, он жалкий и гребаный кусок дерьма, но, знаешь, хорошо, что так получилось.
— Это хорошо?
Лола ошеломленно моргает и делает еще один глоток, затем протягивает сок мне.
— Узнать, что парень изменяет с девушкой, про которую говорил не беспокоиться, — это нехорошо, — делаю глоток, прежде чем продолжить. — Мы бы никогда не встретились, и ты бы никогда не узнала, каково это — иметь настоящего парня.
Лола забирает бутылку из моих рук, глядя на меня в полном замешательстве.
Возможно, алкоголь затуманивает мой разум. Или, может быть, это из-за того, что она мне безумно нравится. А может из-за осознания того, что я никогда больше ее не увижу, но я открываю рот, не обдумывая свои мысли.
Выхватывая бутылку у нее из рук, делаю быстрый глоток. Блять, жаль, что у меня нет ничего покрепче. Посмотрим, что из этого выйдет.
— Как бы ты отнеслась к тому, чтобы завести парня на следующие несколько дней, пока не уедешь?
Мило улыбаюсь, хотя на ее лице появляется еще большее замешательство, и Лола смотрит на меня так, словно я сошел с ума.
Да, возможно, так оно и есть, но, может быть, это было бы здорово… а может, и нет.
— Покажу тебе, каким должен быть настоящий парень.
— Парень?
В ее устах это слово звучит как-то по-иностранному. Черт, для меня это звучит непривычно, и это вырвалось само собой.
— Ты хочешь быть моим парнем?
На этот раз она смеется так, словно не может понять значение этого слова.
Не думаю, что когда-либо звук смеха нравился мне больше, чем сейчас.
— Хочу. Конечно, я никогда не был чьим-то парнем, но, клянусь, я чертовски хорош, и обещаю, что покажу тебе, как хорошо провести время.