Все, что мне нужно (ЛП)

Я не напился до потери сознания, но выпил достаточно, чтобы головная боль не проходила. И это не единственное, что я сделал прошлой ночью.
Рука, лежащая на моей обнаженной груди, напоминает о том, что Алексия лежит рядом со мной, совершенно обнаженная.
Моя головная боль постепенно утихает, когда ее рука скользит по моей груди к животу.
Откинув одеяло, я сажусь на край кровати и, обернувшись через плечо, смотрю на нее сверху вниз.
— Доброе утро, — приветствует меня ее заспанный голос.
Она садится и прислоняется к спинке кровати, вытягивая руки над головой, демонстрируя свое плотное, подтянутое, чертовски горячее тело.
Мы с Алексией познакомились на первом курсе на вечеринке во время игры в пьяную дженгу. Она была ужасным партнером, но на нее было приятно смотреть. И она знала об этом, судя по тому, как терлась об меня своей попкой и как уверенно держалась.
После той ночи мы обоюдно договорились не усложнять отношения. Никаких чувств, и мы могли трахаться, когда и с кем захотим. Это лучшее из двух миров, потому что мы не ищем отношений, а просто хотим хорошо провести время.
Я сосредоточен только на баскетболе и подготовке к заявке на драфт НБА в апреле следующего года.
Последнее, что мне нужно, это отношения. Они совсем не просты. Они требуют слишком много времени и внимания, а это то, от чего я не могу себе позволить отказаться.
— Хочешь присоединиться ко мне в душе?
Она встает с кровати во всей своей обнаженной красе и неторопливо направляется в мою ванную.
— Хочешь потусоваться? — спрашивает Алексия.
Она смотрит на себя в зеркало, расчесывая пальцами влажные черные волосы.
— Мне нужно доделать домашнее задание, — отвечаю я, застегивая коричневый кожаный браслет на запястье, а затем поворачиваю, проводя подушечкой большого пальца по выцветшему имени.
— Все в порядке. Мы могли бы… — она делает еще одну попытку, но я обрываю.
— У меня много домашней работы.
Это не было полностью ложью. Благодаря обязательному посещению зала для занятий я смог выполнить большую часть домашней работы, но мне все равно нужно было поработать над своим портфолио. Я специализируюсь на студийном искусстве, а именно на фотографии. Две недели назад нас попросили выбрать что-то, что придает нам сил, и в конце года мы должны это представить. Я еще не решил, чем хочу заниматься. Я думал о баскетболе, но это слишком предсказуемо. Я хочу заняться чем-то другим. Просто не уверен, чем именно.
— Отложи домашнюю работу, я не в настроении.
С ней не так уж страшно общаться. Мне нравится, что она не привязана ко мне и не использует для привлечения внимания. Я кажусь тщеславным, но люди всегда пытаются сблизиться со мной из-за того, кто я такой и кто мои отец и невестка.
С Алексией мне не нужно беспокоиться об этом. Она и так получает достаточно внимания в социальных сетях.
Мы трахаемся, иногда тусуемся, а потом занимаемся своими делами. По-моему, это здорово. У нее нет ожиданий, как и у меня.
Но если отбросить все это, мне просто нравится мое личное пространство.
— Ты хотя бы хочешь перекусить?
Я не жаворонок, никогда им не был и не буду. Единственное исключение из правил раннего пробуждения — это когда речь заходит о баскетболе. Кроме этого, я никогда не просыпаюсь раньше 11:00, особенно в те дни, когда вечеринка.
Я удивлен, что уже два часа дня.
— Я собираюсь поужинать здесь. Мне действительно нужно заняться домашним заданием.
Она выходит из моей комнаты, и я следую за ней по пятам.
— Что ж, если передумаешь, напиши мне.
— Хорошо, — рассеянно отвечаю я, сосредотачиваясь не на том, что она говорит, а на музыке, которая доносится из-под двери одного из моих соседей по комнате, Лэндона Тейлора.
В этом доме нас пятеро, и из всех пятерых он самый замкнутый. Он всегда сидит в своей комнате, если только Джаггер Спирс, другой мой сосед по комнате, не заставляет его пойти потусоваться с нами, или если это не связано со школой или баскетболом. Он ненавидит это и, я уверен, ненавидит всех, кто находится рядом с ним. Каким-то образом он все еще мирится со Спирс, несмотря на их разные характеры.
  
— Ты уже принял решение? — спрашивает Алексия, когда мы стоим у входной двери.
— Хм?
— Ты уже решил, хочешь ли приехать в «Ликвид» на следующих выходных?
«Ликвид» — это клуб, который открылся около месяца назад и с момента своего открытия стал чрезвычайно популярным. Алексия несколько раз приглашала меня пойти с ней, но, когда я этого хотел, что-то происходило, и мне приходилось менять планы. Хотя так даже лучше. Иногда, когда мы гуляем вместе, люди предполагают, что мы встречаемся, а это последнее, что я хотел бы, чтобы предположила какая-нибудь девушка.
— Я пока не знаю. Я дам тебе знать.
— Напиши мне, если передумаешь насчет того, чтобы встретиться позже.
Она поворачивает дверную ручку и уходит, к счастью, не давая мне возможности ответить.
Закрываю за ней дверь и захожу в гостиную. Джейден Томпсон, другой мой сосед по комнате, сидит на диване с джостиком PlayStation в руке.
Он бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем переключить внимание на игру.
— Хочешь поиграть?
— Я буду играть, но не в твоей команде.
Он отмахивается от меня, агрессивно перемещая курсор большим пальцем.
— Я становлюсь лучше, но это дерьмо тяжелое.
— Становишься лучше? — издеваюсь я, глядя на счет.
1-5 — и эти пять очков принадлежат не ему.
— Как будто ты в чем-то лучше меня. Черт возьми, — ворчит он, отбрасывая пульт на другой конец дивана, когда другая команда забивает гол.
— Да, у тебя определенно получается лучше.
Он трет глаза, тяжело дыша.
— Пошел ты. Это дерьмо тяжелое. Я все еще не понимаю, почему Тейлор называет это футболом.
— Так это называется там, откуда он родом, — напоминаю ему, хотя в этом нет необходимости. Британский акцент Тейлора выдает его с головой.
— Но в этом есть смысл. Они бьют по мячу так, что…
— Давай проверим эту теорию прямо сейчас, — говорит Джаггер из кухни, и вслед за этим раздается стук бутылки о стол.
— Джаг, уже два часа дня. Убери это дерьмо, — говорит Полли.
Я хмурюсь, услышав ее голос. Она лучшая подруга Джаггера и Лэндона и иногда навещает их вместе с Габби, еще одной их лучшей подругой.
— Ты забыл о проекте, не так ли?
Сейнт упомянул что-то о проекте, над которым он работает с Джаггером, Полли и еще какой-то девочкой из их класса. Они сказали, что собираются воспользоваться кухней, но я забыл, что они сегодня там работают.
— Ну, если ты собираешься туда, то не шуми. Полли надрала мне задницу, потому что я не знал, что они как раз что-то записывают, — усмехается он, складывая руки на груди, на его темно-коричневом лице написано раздражение. — Откуда мне было знать? Непохоже, что они заняты. Джаг с ума сходит от флирта с девушкой, которая там сидит с тех пор, как попала сюда.
— Только не говори мне, что ты боишься, Рыженькая, — насмехается Джаггер.
— Я же просила тебя не называть меня Рыженькой, — говорит девушка с волнением в голосе.
— Рыженькая? — спрашиваю я.
— Она горячая штучка.
Джей снова берет в руки пульт, его взгляд скользит по кухне, а затем возвращается ко мне.
— Но не в твоем вкусе.
— Не в моем?
— Она рыжеволосая.
Он ухмыляется, зная, что это все, что мне нужно услышать.
Не то чтобы рыжие были не в моем вкусе, но последнюю рыжеволосую, с которой был, я случайно назвал чужим именем. Это был дерьмовый поступок, и я извинился. Это не входило в мои намерения, но ее имя просто сорвалось с моих губ, прежде чем смог остановиться. Хотел бы я сказать, что это был единственный раз, когда такое произошло, но это было не так. Я встретил другую рыжеволосую девушку на выездной игре и сделал это снова. Я ничего не мог с собой поделать. Свет был выключен, и я увидел ее лицо.
Я почти не думаю о ней больше, так что, если бы захотел, я мог бы общаться с рыжеволосой, и она бы даже не пришла мне в голову.