Его Муза. Часть 2 (ЛП)

— Не беспокойтесь обо мне. У меня есть перцовый баллончик. — Я похлопываю себя по пустому карману. Обычно он у меня с собой, но сейчас он в рюкзаке.
— Если Ава укажет мне верное направление, я позабочусь, чтобы она без приключений вернулась в общежитие, — говорит Логан.
— Хорошо. Она просто прелесть. Береги ее, мистер О'Шейн.
— А чтоб мне провалиться на этом месте!
Доктор Ти прощается с нами, а затем садится в свой стильный Астон Мартин. Когда двигатель оживает, мы уходим, сохраняя «профессиональную» дистанцию между нами.
— Послушай, мне очень, очень жаль, что так вышло..., — начинаю я.
— Я бы был дураком, если бы скрыл это, — говорит Логан. — Заперся на балконе. — Он качает головой.
— Это все, что я смогла придумать, чтобы избавиться от Руби. Извини. Ты злишься?
— Да.
В темноте я не могу понять серьезен он или нет.
— Поверь, мне очень-очень жаль.
— Мне вот интересно, как ты собираешься загладить свою вину.
— Хочешь запереть меня на балконе?
— Хммм... — Кажется, он серьезно обдумывает это. — Голой?
В такую погоду?!
— Не думала, что ты такой мстительный.
— На самом деле нет, но попробовать стоило. Мне нравится твое раскаяние.
— Раскаяние?
— Немного стояния на коленях может помочь.
Я сглатываю. И чувствую неожиданное покалывание в паху.
— На коленях?
Логан сокращает расстояние между нами. К счастью, вокруг никого нет. Я веду нас по глициниевой дорожке под длинной изогнутой аркой, которая обрамляет широкую пешеходную дорожку между факультетами искусств и наук.
— После того, как ты ушла, — говорит Логан, — и после того, как я тщательно осмотрел дверь, я действительно закурил и одновременно постукивал по стеклу на случай, если меня услышат.
— Я бы вернулась за тобой. Я уже вернулась.
Игнорируя меня, он продолжает.
— К сожалению, я оставил свой сотовый в гостиной, иначе бы вызвал кавалерию. Но не мог. И пока дышал воздухом — буквально и фигурально кипя от злости — я думал о множестве вещей, которые хотел бы проделать с тобой.
У меня перехватывает дыхание.
— Ты хочешь наказать меня?
Мы идем совсем рядом, под извилистыми голыми ветвями глицинии. Я украдкой бросаю взгляд на Логана. Он смотрит на меня с полуулыбкой.
— Думаю, тебе понравится.
Он останавливается. Я оборачиваюсь и вижу, как он лезет в карман за сигаретами.
— Не надо, — тихо говорю я. Он делает паузу, смотрит на меня, а потом кладет сигареты назад. Я подхожу к нему вплотную.
— Я хочу, чтобы ты сделал что-нибудь со своим ртом прямо сейчас.
Он выгибает бровь. Его дыхание теплой волной касается моего лба.
— Например?
— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня.
Он ухмыляется.
— Ты считаешь это наказанием?
Я качаю головой.
— Оставить тебя на балконе было одним из самых трудных поступков, которые я когда-либо совершала. Уйти, солгать подруге, беспокоиться, что ты замерзнешь, вернуться и освободить тебя. Представлять твой гнев, твое разочарование, думать, что ты бросишь меня. Это было похоже на наказание. Так что теперь можешь делать со мной все, что захочешь.
Он улыбается.
— Мне нравится, как это звучит.
— Когда ты рассказывал о неизбежности смерти, я поняла, что есть вещи и похуже.
— Например?
— Наполовину прожитая жизнь, жизнь без ответа или жизнь по заранее написанному сценарию. — Жизнь, которую хотят для меня родители.
Его рука тянется к моей шее и длинные пальцы зарываются в мои волосы. Не раздумывая, я покоряюсь его крепкой хватке. Логан делает шаг ко мне. Другой рукой притягивает к себе за талию. Я чувствую его тепло, его силу. Он наклоняет мою голову, заставляя шею выгнуться. Его губы касаются обнаженной кожи. Я глубоко вздыхаю, отдаваясь его вампирскому поцелую. Уткнувшись мне в шею, он шепчет:
— Ты будешь моей музой?
Я закрываю глаза и киваю, чувствуя тяжесть своей головы в его руке.
Я буду той, кем он хочет меня видеть.
  
Глава 4
Мы целуемся под цветущей глицинией, пока я не теряю счет времени. Когда нам обоим становится ясно, что поцелуев уже недостаточно, Логан разворачивает меня к преподавательскому корпусу.
 
— Значит, ты знаешь, куда идти, — бормочу я, пытаясь привести себя в порядок: мое пальто расстегнуто, свитер задран до пояса...
— Конечно, знаю. Просто хотел, чтобы наша совместная прогулка не вызвала подозрений у Рича.
— Он не должен догадаться! — Выпаливаю я.
Логан поворачивается ко мне.
— Я не собираюсь ему рассказывать.
— Он приверженец правил, — говорю я, волнуясь, чтобы заглушить вспыхнувшее желание. — Сегодня вечером он пресёк флирт Дженни.
— Этой девушке трудно держать себя в руках.
— Поверь, она понимает это.
— Оу.
Мы почти доходим до его квартиры, и я прячусь под навесом.
— Ты передумала? — Логан поворачивается ко мне.
Эта часть кампуса пустынна. Не знаю, чего я боюсь. Я прикусываю нижнюю губу.
— Никто не узнает, — говорю я себе. — Особенно доктор Тенненбаум.
Дело не только в том, что он придерживается правил. Он, конечно, не хотел бы, чтобы меня исключили, но я понимаю, что разочарую его, если он узнает правду. Но этого не случится. Если мы будем осторожны.
— С левой стороны вход в гараж, — говорит Логан. — Тебе будет спокойнее, если я войду один и встречу тебя там? Лестница ведет на мой этаж.
— Да, — киваю я.— Так и сделаем.
Он хихикает и лезет в карман пиджака.
— Успею сделать несколько затяжек.
Я морщу нос, когда Логан закуривает сигарету. Он идет по улице, которая в будни наполнена студентами инженерного, химического, физического и биологического факультетов. Осознание того, что мы довольно далеко от факультета искусств, где тусит большинство моих друзей, помогает мне расслабиться. Даже днем я вряд ли встречу здесь кого-нибудь из знакомых.
Когда Логан уходит, я считаю до шестидесяти и спускаюсь по пандусу вдоль здания. Страх и волнение усиливают все мои чувства. Я слышу шелест одинокого листа по тротуару, жужжание электротрансформатора и грохот поезда вдалеке. Чей-то смех заставляет меня замереть. Он доносится из окон квартиры, ни одно из которых не смотрит на этот пандус. Кажется, я становлюсь параноиком. Делаю глубокий вдох и напоминаю себе, что нарушаю институтское правило, а не закон.
Боковая дверь гаража распахивается.
— Музы появляются в самых странных местах, — говорит Логан с усмешкой. Он затаскивает меня внутрь и, как только за нами закрывается дверь, прижимает к холодной стене и целует. От его поцелуя по моему позвоночнику растекается горячий поток, который воспламеняет плоть между моих ног. Логан вдавливает меня в себя, и я с восторгом чувствую его твердую длину через его брюки и мою юбку. Он внезапно отстраняется.
— Пошли. Два пролета вверх. — Он переступает через две ступеньки, я же на трясущихся ногах еле поспеваю за ним.
Дверь в его квартиру находится в конце коридора, около лестницы, по которой мы только что поднялись. Она не заперта, и мы проскальзываем внутрь.
В отличие от кабинета Логана, в квартире все скромно и просто, за исключением стопки книг между кроватью и столом. Мои глаза не задерживаются на этих вещах, зато фокусируются на кровати королевских размеров, застеленной светло-серыми простынями и угольно-серым одеялом. Логан идет на кухню за выпивкой, и я замечаю, что пушистые подушки, явно не из профессорского набора, да и наволочки не соответствуют постельному комплекту. Интересно, он привез из дома или купил новые? Трогаю одну. Хорошее качество.
 
— Ты любишь хорошие подушки, — говорю я, когда он возвращается с двумя бутылками пива.
— А кто не любит? — Он протягивает мне холодную бутылку и садится на край кровати. Делаю глоток пива. Логан смотрит на меня с полуулыбкой и блеском в глазах.