Отверженный 追放者 Часть IV (СИ)

Я представил, как он просто махнул рукой, отправляя наемников на штурм, и, уверен, что в этот момент даже бровью не повел. Не просто ледяная выдержка, — абсолютный минус. Безжизненное, сухое зло, будто природная катастрофа: ураган или цунами. Такой же, как и я, но совершенно иной. До безумия чуждый мне разум.
Теперь я начал понимать своих психиатров, что то и дело мотали головой не в силах принять мой тип мышления. Равным образом я был неспособен осознать Каина.
Десятки жертв, и ради чего? Чтобы защитить ту самую честь? Поддержать авторитет?
Это ужасно глупо, так сильно зависеть от общественного мнения, особенно если это мнение уличных проституток и воров. Что значит его имя на улицах, и отчего он так за него цепляется? И образ у него как из дешевого фильма: маска, костюмы нараспашку, злодейский тон, будто постановка.
Одни вопросы, клубы серого дыма, не спадающая пелена загадок. Какой-то сфинкс, а не человек.
Я вылил остатки чая в чашку, залпом влил в себя холодное месиво и глубоко затянулся сигаретой. Нет, я мыслю неверно.
Этот дым, которым он себя окутал, — искусственный. Создан, чтобы отвлекать внимание от существа в оболочке. Уличные сплетни и слухи делают из Каина легендарную персону, где правда, а где ложь разобрать невозможно, копайся хоть до бесконечности. Даже тот факт, что его зовут Каинэ Аракато, подлежит сомнению. Слишком уж вся эта история с принцем и голубой кровью смахивает на вымысел.
Его маска, в самом деле удачное решение. Я носил маску, когда убивал, а он носит её постоянно. Никто не знает, как в реальности выглядит Каин, где он отдыхает, или какие его предпочтения в еде, потому что даже самые близкие подчиненные никогда не видят его вне образа. Он может быть где угодно, расплодить двойников, скрываться у всех на глазах. Даже если весь клан против него ополчится, Каин просто исчезнет как ночной пук. Это невероятно осложняет мою задачу.
Но он все же человек. Не дракон, не хвост и не длань божья.
Он потеет, гадит и жрет как все остальные. Совершает ошибки и потакает слабостям.
Я не смогу обыграть его в привычной мне манере, — изучить, найти брешь, подкараулить и убить. Это охота на карпа с голыми руками. Нет, мне придется бегать на его поле, играть в сёги вместо шахмат, выставляя на доску пешек в виде якудза. Вся эта заваруха в борьбе кланов только инструмент моей войны против него. Ягами-кай самая сильная комбинация в колоде.
Я не мог сорвать его тайну личности. Не мог лишить его власти. Но был способен загадить ему авторитет. Это несложно, чем дольше он на меня охотится, тем больше выдает себя и портит репутацию. Весь этот пафос и охота становится похоже на насмешку.
Мне нужен компромат, обличающий Каина перед кланом. Унизить засранца, обеспечив шёпот улиц за его спиной. А ещё мне нужно уничтожить или захватить его источники дохода, чтобы кровная вражда имела за собой основание для ненависти. Значит, требуется провести…
Мои мысли прервал грохот снизу, что-то разбилось и раздались неодобрительные крики. Похоже, веселью пришел конец.
Да черт побери, меня сегодня оставят в покое⁈ Они уже закрыться должны были, кто там бедокурит под утро?
Я недовольно потянулся и поднялся с дивана, — пора разгонять алкашей по домам, а то вовсе не лягу.
Я привычно сунул танто в карман, накинул пиджак со значком клана и побрел к выходу, как дверь отворилась и в проходе появился хозяин Тоши Хитамура. Лицо его выражало обеспокоенность, он пробежался глазами по темному помещению и, наконец, заметил меня, выходящего из тени.
— Икари-сан! — поклонился он. — Извините, что отвлекаю, но у нас гости. Они требуют разговора с вами лично.
— Угу, — кивнул я, сжимая в кармане рукоять ножа. — Пойдем посмотрим, кто там заявился, мать его…
 Глава 10 
— Потребовали встречи со мной? — переспросил я, спускаясь вслед за Хитамурой по лестнице.
  
— Не с вами, с представителем Ягами-кай. А так как вы единственный, кто остался в офисе…
— Сокка.
Вероятно, это не Каин, — иначе идзакая сейчас пылала бы. Уже легче, — кого бы ни принесло утренним промозглым сквозняком, они не могли быть хуже этого больного ублюдка. Все равно: уйдут они недовольные, я непрошеных гостей не жалую.
— Вот эти господа, — пролепетал бармен, указывая на троих парней у стойки. — Я сказал им, что мы закрываемся, но они не послушали. Ввалились внутрь, сказали позвать кого-нибудь из Ягами-кай.
Посетителей в баре почти не осталось, задержавшиеся алкаши собирались проваливать. Трое молодых и трезвых парня выделялись в общем антураже как священники на бдсм вечеринке.
— Налей мне, — сказал я Тоши-сану и занял место за стойкой рядом с гостями.
Хозяин молниеносно метнулся за стойку и плеснул мне в стакан серого пойла, я пригубил напиток, слабо ощущая вкус, и покосился на незнакомцев, что буравили меня взглядами.
Двадцать три-двадцать пять лет навскидку. Один тощий с длинной челкой и в дождевике, второй в необъятной кофте с капюшоном, ухо заклеено медицинским пластырем. Третий, по всей видимости, лидер, в кожаной коричневой куртке и белой футболке с джинсами. Крепкий, высокий, коротко стриженный, с наглой широкой мордой. Харя была такая стандартно противная, что мне даже показалось, будто я его уже когда-то бил.
— Чего надо? — бросил я, глядя на ряды бутылок, намеренно игнорируя их взгляды.
— Ты из Ягами-кай? — вздернул подбородок лидер.
— Хай, а ты кто такой, мать твою?
— Манзо.
— И чего тебе, Манзо?
— Ваши люди сегодня столкнулись с моими. Возле патико. Я здесь, чтобы решить вопрос.
— И как ты собрался его решать, яцу? Вам все и так доступно объяснили.
— Я тебе не яцу, мелкий якудза, — ответил парень кривясь. — Все как раз наоборот. Ты не туда сунулся, понял?
— Ты разобраться пришел? — скучающе уточнил я.
— Мой босс хочет поговорить один на один, ты поедешь с нами.
— Ни хрена, я пойду спать, — усмехнулся я. — Можешь передать боссу, что я его послал. Так что и ты Дзаккэнаё.
— Киккакэ, — прошептал он злобно. — Твои понты здесь не действуют. Ты пойдешь с нами, или поползешь, как сучка.
Лидер крепко взял меня за руку, показывая, что отступать не намерен. Так. Начинается…
Я еще раз взглянул на обустройство бара. Нет, — несмотря на то, что посетителей почти не осталось, начинать драку здесь не следовало, слишком тесно. Разнесем половину зала, и это в первый же день, как заступили в охрану.
— Манзо? — позвал я его.
— Чего? — сжал он пальцы на моем плече.
— Ты знаешь, кто я такой?
— Да мне насрать.
— Ты пожалеешь о том, что дотронулся до меня. Хочу, чтобы ты знал.
— Киккакэ, — повторил он и осклабился. — Тебе меня не напугать.
Я позволил себе небольшую улыбку.
— Хорошо, выйдем. Но только один вопрос, сигареты есть?
Они переглянулись, я требовательно протянул ладонь, дождался пока в неё ляжет пачка. Прикурил и бесцеремонно засунул добычу в пиджак.
— Что, якудза совсем обеднели? — хохотнул парень в дождевике.
— Тебе тоже достанется, — пригрозил я.
— Идем, выскочка, — потянул меня за пиджак лидер.
Я стряхнул его руку с плеча и встал, засунул ладони в карманы и направился к выходу. Троица сопровождала меня будто конвой. Опять туда, в холодный мерзкий дождь. Что за лето такое…
— Давай за угол, там ждет фургон, — заявил сзади Манзо.
— Угу.
Привычка въедлива как томатный соус на джинсах, или как плесень, которую никак не вывести. Я сам не заметил, как втянул голову в плечи и сгорбился, будто побитая собака. Это рефлекторно, в случае опасности тянет прикинуться жертвой. Так противник не будет ожидать удар. Как ни пытаюсь играть крутого якудза, все манеры маньяка проскальзывают.
Я переступил порог и выплюнул сигарету, чтобы не мешалась, встал как вкопанный. Муза хихикала откуда-то из задворок моего мозжечка. Подушечки пальцев поглаживали кнопку на рукояти.