Из-за нас

Как только мы уселись, тут же появились слуги и начали сноровисто расставлять перед нами блюда с едой. Пахло все просто изумительно. Потом Бенджамин небрежным жестом отправил их прочь, и в огромном зале остались только мы вчетвером.
От повисшего напряжения воздух стал таким плотным, что я, наверное, могла бы провести рукой и его потрогать. Но я старалась вообще не шевелиться и не привлекать внимания. Быстрее бы все закончилось, и мы убрались отсюда куда подальше.
Бенджамин разглядывал Киллера. Казалось, что он хочет ему что-то сказать, что-то важное и весомое, но он продолжал молчать, как и все за столом. Мне даже показалось, что я заметила в глазах мэра грусть, но она испарилась слишком быстро. Потом он поднял бокал с напитком, сделал маленький глоток, отставил его и сказал:
– Предлагаю перейти к делу сейчас, пока Лорел не спустилась к нам. – Бенджамин сделал паузу. – Мы же не хотим ее расстраивать?
– Я слушаю, – сказал Киллер.
– Отдай мне девчонку, а я подумаю над тем, чтобы взамен отдать тебе то, что ты желаешь больше всего.
Я перестала дышать и ждала ответа Киллера. Но он молчал. Я перевела взгляд на него и поняла: он думает. Твою мать! Он всерьез размышлял о том, чтобы отдать меня им. Нет, ну какая же я дура: сама взяла и приехала навстречу смерти. Но следующие слова Киллера заставили меня выдохнуть.
– Я и так смогу получить то, что хочу.
Я перевела взгляд на Бенджамина и увидела, как его кадык напряженно двигался под кожей. Пальцы с силой сжимали ножку высокого бокала.
– Мир не должен узнать о нас, – сказал Бенджамин. – И ты это прекрасно знаешь. Так давай поможем друг другу и избавимся от недоразумения.
Так. Стоп. Недоразумение – это я? От меня они собираются избавляться? Ну уж нет. Я открыла рот, но Киллер с силой сжал мою ладонь, лежащую на колене. Я поморщилась от боли.
– Скажи это своему сыну. Мы оказались под угрозой только из-за него. Если бы он держал себя в руках, то ничего бы не произошло.
О чем они говорят?
– Я тебя умоляю. Он просто увлекся. С кем не бывает? – попытался оправдать мэр своего сына.
– Со мной не бывает, – спокойно сказал Киллер.
На этом моменте Тони вступил в разговор и высокомерно произнес:
– Это потому, что ты не такой, как я.
– И я этому рад, – парировал Киллер, по-прежнему сжимая мою руку.
– Тони, я велел тебе помалкивать. Ты уже натворил дел, так что будь добр, не лезь и дай папе в очередной раз вытащить твою задницу из самого пекла, – со злостью в голосе проговорил мэр. Еще мгновение – и ножка его бокала треснула бы, но он отпустил ее.
Тони склонил голову, как нерадивый ученик перед недовольным учителем. Мы все погрузились в молчание. Я наблюдала за Бенджамином, он протянул руку и снова взялся за бокал. Сделал маленький глоток, отставил. Голубые льдинки глаз Бенджамина Аллена переместились на меня, и он спросил:
– Рейчел, я правильно запомнил твое имя?
– Да, – хрипло ответила я.
– Ты хоть понимаешь, в компании кого сейчас находишься? – спросил Бенджамин, и мне показалось, что его глаза начали гореть ярче.
– Нет, не понимает, – ответил за меня Киллер. – И ей необязательно это знать.
– Она все равно труп. Так почему бы не поведать ей историю нашего вида? – спросил Бенджамин.
Что он несет? Я не труп! И не планирую им становиться в ближайшем будущем. Какой еще вид? Я не успела додумать эту мысль, так как открылась дверь. Киллер тут же встал и обернулся в сторону входа. То, с каким лицом он вглядывался мне за спину… это не передать словами. Я даже не представляла, будто что-то может заставить его потерять самообладание.
– Адам? Адам, это действительно ты? – донесся до меня тихий женский голос.
Я обернулась и увидела женщину с короткими белыми волосами, одетую в элегантное платье кремового цвета. Это и есть Лорел? Она быстрым шагом направилась в нашу сторону, и по помещению разнесся громкий стук ее каблуков. Ее голубые глаза заполняли тоска и печаль. На середине комнаты ее встретил Киллер, и она влетела в его объятия. Так его имя Адам? Да ладно! И кто эта женщина для него? Что она делает в этом доме? Боже, как много вопросов, и все без ответов. Я думала, что узнаю хоть какую-то информацию, но пока вопросы только копились. Я с замиранием сердца смотрела на пару, которая о чем-то тихо переговаривалась. Губы и руки женщины дрожали, и казалось, что Киллер – нет, Адам – пытается ее успокоить. Его руки нежно стирали слезы, катящиеся по ее лицу.
  
– Рейчел? – донесся до меня голос Бенджамина, и я обернулась к нему. – У меня к тебе есть предложение.
И что-то мне подсказывало: его предложение мне не понравится.
– Слушаю.
– Сегодня ты останешься здесь, а завтра утром я первым делом закрою дело об убийстве. С тебя снимут все обвинения.
Хотя нет. Начало мне очень даже понравилось.
– А взамен? – спросила я.
– Тебе придется покинуть страну и никогда не возвращаться. И, естественно, ты должна забыть о том, что видела в мотеле «Моя Рози». Я бы на твоем месте согласился. Второго такого предложения не будет.
Но ты не на моем месте, напыщенный индюк. Неужели он думает, что я настолько глупа, что соглашусь остаться здесь? Да мое бездыханное тело уже через час будет плыть вдоль берега по реке Фрейзер.
– Я жду ответа, – раздраженно поторопил мэр и продолжил гипнотизировать меня взглядом.
– Ответ – нет, – произнес Адам и сел на место.
Рядом с ним расположилась Лорел, она, кажется, немного успокоилась.
– Привет, мам. – А это был голос Тони.
Но Лорел не обратила на него внимания, она, как зачарованная, смотрела на Адама. Ее голос звучал надломленно, когда она произнесла:
– Сынок, я так долго не видела тебя. Не могу поверить, что ты здесь.
Что? Сынок? Мам?
Я переводила взгляд с одного человека на другого. Тони и Адам братья? Бенджамин и Лорел их родители? Они все были высокие и голубоглазые. Но Лорел, Тони и Бенджамин – платиновые блондины. Адам же – брюнет. Так, моя голова скоро треснет. Я потянулась за бокалом, что стоял передо мной, но рука Адама остановила меня на полпути, его суровый взгляд не сулил ничего хорошего.
– А это кто? – спросила Лорел слабо.
С такого расстояния я могла лучше ее рассмотреть. Она казалась измотанной и очень худой. Тщательно нанесенный макияж не скрывал ни темных кругов под глазами, ни бледности ее кожи. Она что, больна? Ее невинный взгляд вызвал у меня сострадание, поэтому я вырвала руку из захвата Адама и протянула ее Лорел.
– Рейчел, приятно познакомиться. – Я попыталась улыбнуться, но, наверное, со стороны это выглядело ужасно.
Лорел немного подумала, но все же протянула руку в ответ. Ее рукопожатие оказалось слабым и быстрым. Она немного наклонилась ко мне и еле слышно спросила:
– Рейчел, что вы здесь делаете?
Я так же тихо ответила:
– Ваш сын Адам великодушно пригласил меня на ужин.
Глаза Лорел распахнулись еще шире.
– Вам нельзя здесь находиться, – прошептала она в ужасе. – Вам нужно бежать.
Сказать, что мне стало страшно, – мягко говоря, никак не выразить ту панику, охватившую меня от слов этой изможденной женщины. Непонимание происходящего убивало меня. Я не могла больше сдерживаться и посмотрела на Адама, он внимательно наблюдал за мной.
– Мне нужно на воздух, – сказала я.
– Мы сейчас уйдем, – ответил он.
Бенджамин деликатно кашлянул, привлекая наше внимание к своей персоне.
– Рейчел? – обратился он ко мне. – Вы подумали над моим предложением?
– Я сказал нет, – тут же отрезал Адам.
– Я спросил не у тебя. – Мэр бросил на него короткий взгляд и снова уставился на меня. – Итак? Я жду ответа.
Нет уж, я не останусь в этом дорогом склепе. Будь моя воля, я бы уже бежала отсюда настолько быстро, что и ветер бы за мной не поспел.
– Вы сказали, что я уже труп. Не думаю, что это хороший способ расположить меня к себе. – Я постаралась говорить очень спокойно. – Я не принимаю ваше предложение.