Большая игра на Балтике 1500 – 1917 гг
Это была тонкая дипломатическая интрига, смысл которой англичанам стал ясен гораздо позже. Пока же первым с Россией решил заключить контракт британский купец Уильям Апстелл, который послал четыре торговых корабля под командованием шкипера Джо Тейлора в Санкт-Петербург.
Для Карла XII то, что англичане стали торговать с Россией напрямую, стало полным шоком. Карл увидел в этой торговле не только нечистоплотную конкурентную борьбу царя Петра, но и то, что англичане тем самым де-факто признают территориальные захваты России. Естественно, что шведский король приказал перехватить все суда, плывущие торговать с Россией. В результате шведские каперы захватили 24 голландских и 20 английских кораблей.
В парламенте Англии [14] поднялась волна возмущения, и депутаты потребовали послать на Балтику флот. Шведский король, узнав, что Голландия и Англия торгуют с русскими через Балтийское море, вне себя от гнева издал «Крейсерский и конвойный акт», санкционировавший захваты британских торговых судов, буде они продолжат торговать с Россией. В результате Англия стала прямым врагом Швеции, а следовательно, союзником России в Северной войне.
Но Петр не остановился на полумерах. Через своих союзников в Германии он довел до сведения шведского короля, что между Россией и Ганновером (чей курфюрст после смерти Анны Стюарт стал английским королем) заключен тайный договор, согласно которому Ганновер (а следовательно, и Англия) претендует на шведские владения в Германии [15]. В результате Карл с головой кинулся в заговоры якобитов, мечтая свергнуть Ганноверскую династию и изменить политику Англии, а взбешенные британцы и голландцы послали на Балтику свои эскадры и стали союзниками Дании и России.
Что же касается пеньки, покупка 1714 года имела далекоидущие последствия. Третий лорд-адмирал Чарльз Уоджер на основании заключений мастеров и экспертов по закупкам написал небольшую записку на имя первого лорда адмиралтейства, согласно которой привезенная из России пенька по качеству гораздо лучше шведской, и если она еще и дешевле, то для английского флота покупать и использовать следует только ее.
Таким образом, благодаря хитроумной интриге Петра I, Россия вытеснила Швецию в вопросе поставок пеньки и до 1808 года являлась главным поставщиком этого стратегического товара в Англию.
Роберт Харли граф Оксфорд по воспоминаниям современников обладал только одной слабостью: милорд был пьяницей гулливеровского масштаба. К примеру, утро сэра Роберта начиналось с бутылочки бренди в две пинты (примерно один литр). Но госсекретарь был прожженным политиканом, по словам современников, Харли «любил заниматься обманом и интригами не столько по необходимости, сколько ради получения удовольствия от своего хитроумия. Если кому-либо от рождения было предопределено стать мошенником, так это ему». Современники называли его Робином-обманщиком. Но обманщик был умен. В его друзьях числились Джонатан Свифт (кстати, увековечивший Харли в «Приключениях Гулливера»), Александр Поуп, Джон Грей и Деларивэр Менли. Вообще, окололитературной деятельности Харли мы обязаны появлением таких книг, как «Путешествие Гулливера» и «Робинзон Крузо». Именно литература свела вместе столь разных людей, как Генри Сент-Джон и Роберт Харли.
В 1704 году Харли подружился с Даниэлем Дефо, и это знакомство как раз и создало тайну вокруг имени Харли. Госсекретарь по совету Дефо решил создать эффективную шпионскую сеть в Англии, чтобы следить за настроениями в графствах и выявлять якобитов. Сеть получилась настолько эффективной, что вскоре в орбиту ее деятельности попали Голландия и Франция. Харли стал заниматься и внешней разведкой. Французские эскадры в Тулоне, Бресте, Дюнкерке находились под постоянным наблюдением людей Харли и Дефо, что очень помогало английским войскам, ведущим с Францией Войну за испанское наследство.
Кампания в Прибалтике и Финляндии, 1710–1712 гг.
Северная война, вторая фаза (1710–1718)Уровни взаимоотношений европейских державВ 1716 году Англия и Голландия вошли в союз с Россией и Данией против Швеции. Летом на Балтике собрался объединенный флот четырех стран, который возглавил Петр I, однако из-за разногласий и недоверия между союзниками никаких активных действий так и не было предпринято.
А Карл XII решил поддержать якобитов — сторонников свергнутого в 1688 году короля Якова II Стюарта — и начал готовить десант в Англию. Агенты британской секретной службы, проникшие в резиденцию шведского посла Юлленборга, нашли там целую кипу бумаг, доказывающих подготовку вторжения на остров шведских войск и якобитов. Кроме того, в парламенте было зачитано несколько писем от купцов, торгующих с Россией и Польшей, в которых говорилось, что шведы мешают свободной торговле. 9 февраля 1717 года, согласно рескрипту парламента, Юлленборг — неслыханная вещь! — был арестован и препровожден в Тауэр. На неприкосновенность дипломатических лиц просто наплевали! Шведский король Карл XII тотчас же стал мишенью враждебных выпадов со стороны англичан, и небезызвестный писатель Даниэль Дефо (который по совместительству довольно долго работал в королевской секретной службе Его Величества) составил проект «обуздания всех шведов, не исключая их короля».
Русско-датско-голландско-британский союз распался сразу после смерти Карла XII 11 декабря 1718 года. При этом еще в 1717 году английское правительство придерживалось антирусской позиции. В ответ Петр предпринял сближение с Испанией и Францией. Согласно запискам аббата Дюбуа, Петр прямо в лицо заявил регенту Франции герцогу Орлеанскому: «Поставьте меня на место Швеции. Система Европы изменилась, но основой всех ваших договоров остается Вестфальский мир. Почему в свое время Франция объединилась с Швецией? Потому что тогда король Швеции владел землями в Германии, и силами Швеции и ваших союзников в Германии этот союз мог уравновесить могущество Австрийской империи. Теперь это положение изменилось. Франция потеряла союзников в Германии; Швеция, почти уничтоженная, не может оказать вам никакой помощи. Сила русской империи бесконечно возросла, и я, царь, предлагаю вам себя на место Швеции. Я вижу, что огромная мощь австрийского дома должна вас тревожить, а я для вас не только займу место Швеции, но и приведу с собой Пруссию» [16]. В итоге Франция отказалась от активного союза с Россией, поскольку на тот момент она видела свою политику в сближении с Англией.
С Испанией же Петр вел свою игру. Еще одна цитата из книги Бобылева В. С. «Внешняя политика России эпохи Петра I»: 'В условиях развала Северного союза, обострения отношений с Англией и Австрией, рухнувших надежд на прочный союз с Францией, тяжелого финансового положения страны и военно-технических сложностей перенесения войны на Скандинавский полуостров он согласился с предложением Стокгольма сесть за стол переговоров и позитивно отнесся к инициативе испанского правительства в деле установления мира между Швецией и Россией.
В июле испанский посол в Голландии Беретти-Ланди содействовал началу тайных консультаций между Б. И. Куракиным и эмиссарами короля Понятовским и Прейсом, однако полностью ускользнуть от английских секретных агентов русскому послу не удалось.
Они доносили в Лондон, что Куракин неоднократно ездил в Гаагу и «главной целью его поездки были переговоры с испанским послом». Наконец, 12 августа Беретти-Ланди организовал «случайную» встречу Бориса Ивановича с Герцем в парке замка Лоо. В ходе их беседы был решен вопрос об открытии мирного конгресса на Аландских островах весной будущего года.