Жили они долго и счастливо (ЛП)

– Вчера ты заставила меня немного поволноваться, – сказал он с набитым ртом, – я думал, что между нами ничего не получится, даже после всего того, что я сделал.
Между нами ничего и не получится.
Он отодвигает свою тарелку в сторону. Я почти не прикоснулась к еде, он же съел все до крошки.
- Было вкусно.
Мое сердце замирает. Он скоро будет готов подняться наверх. Задержи его.
– Если бы мы были только вдвоем в этом мире, ты бы мог поделиться со мной рецептом? – спрашиваю я, надеясь вовлечь его в долгий разговор.
– У меня тоже могут быть секреты, – он снова улыбается и делает глоток вина из пластикового стаканчика.
– Как же я тогда смогу приготовить тебе ужин? – его лицо меняется при одном лишь предложении пойти на кухню и приготовить ему еду.
Брось это. Не наседай на него. Пусть между нами все будет хорошо.
– Ох, ладно... – говорю я с очередной фальшивой улыбкой.
Я кладу в рот еще один кусок. Осторожно, чтобы случайно не положить больше мяса в рот.
– Готова подняться наверх? – спросил он.
Он напоминает мне нетерпеливого ребенка, умирающего от желания поиграть со своей новой игрушкой. Даже если я скажу ему "нет", не думаю, что он воспримет это как окончательный ответ.
– Конечно, – отвечаю я.
Я нервничаю. Я не хочу всего этого. Но у меня нет выбора. Я отодвигаю тарелку.
– Хочешь помогу с тарелками? – спрашиваю я, все еще надеясь задержать его.
– Я потом их помою, – он встает и протягивает мне руку.
Я улыбаюсь и беру его за руку, твердя себе, что нужно оставаться сильной.
– Уверена? – спросил он.
Уверена. Уверена, что не хочу этого делать.
– Да, – улыбаясь, отвечаю я.
Фальшивая улыбка стала постоянной гостей на моем лице.
Он ведет меня из столовой и вверх по лестнице. Мне кажется, что мое сердце звучит громче, чем наши шаги по скрипучей лестнице. Надеюсь, он этого не слышит. Надеюсь, он не слышит, как я нервничаю.
– Я собираюсь освежиться. Пройдешь наверх и наденешь его тогда? – спрашивает он, останавливаясь наверху лестницы.
Он отпускает мою руку и смотрит, как я иду в спальню. Я останавливаюсь прямо перед тем, как войти, и поворачиваюсь к нему:
- Не задерживайся слишком долго.
Я слегка машу ему рукой (не знаю, почему) и исчезаю в комнате. Я слышу, как за ним закрывается дверь ванной.
Блядь!
Я одна. Я знаю, где он. Я знаю, что он никак не может увидеть, что я делаю, пока он в ванной. Я могу бежать. Я должна бежать. Нет! Я должна остаться. Продолжай укреплять доверие. Если бы я попыталась бежать, то он меня услышит, как только я подойду к старой гребаной лестнице со старыми гребаными половицами.
В туалете смывается вода. Он скоро выйдет.
Я закрываю дверь спальни и делаю глубокий вдох. Я должна сделать это. Нет смысла откладывать. Это произойдет. Я иду через комнату к шкафу и стягиваю красное платье с вешалки. Оно ужасно до тошноты.
Я слышу его у двери.
– Ванесса?
– Не входи, я переодеваюсь. Не хочу испортить сюрприз.
– Хорошо. Крикни, если что-то понадобится.
Теперь нет пути назад. Он ждет этого. Если я передумаю, он только разозлится – может быть, даже наденет на меня наручники.
Я держу красное кожаное платье и будто бы восхищаюсь им. Это все еще ужасно, но я знаю, что он, вероятно, смотрит на меня через камеру. Не смотри в камеру. Не показывай, что знаешь.
Я сбрасываю нижнее белье и надеваю платье. Оно холодит мою кожу. Я впервые ношу что-то подобное, и надеюсь, что в последнее. Часть меня надеется, что ему не понравится, когда я его надену, а другая часть надеется, что он будет в восторге. Чем больше ему это нравится, тем больше шансов, что я стану свободной. Я застегиваю молнию. Я едва могу дышать. Интересно, это из-за платья или моих нервов?
– Я готова! – кричу я.
Я не готова. Я никогда не буду готова к этому, но нет смысла откладывать неизбежное.
Я соблазнительно присаживаюсь на край кровати и смотрю, как дверь спальни медленно открывается, а он стоит там. Стоит и смотрит на меня. Я встаю и показываю ему платье.
 
– Как тебе? – спрашиваю я, скрывая тревогу.
Он какое-то время ничего не говорит. Он просто продолжает стоять с широко открытым ртом.
– Ты прекрасно выглядишь.
– Сидит хорошо, - я ненавижу это платье, - потрогай! – предлагаю я.
Не хочу, чтобы он трогал, но если я просто надену платье и снова его сниму, он подумает, что я просто дразню его, и весь наш прогресс полетит к чертям.
– Уверена? – вежливо спрашивает он.
Я не ожидала этого. Я ожидала, что он просто бросится на меня. Я ожидала, что он сделает это, как только откроется дверь, и все же до сих пор он был идеальным джентльменом. Сейчас он кажется немного беспокойным.
– Конечно... – говорю я.
Я подхожу к нему и смотрю, как он осторожно поднимает руки и гладит меня по боку через платье. Не думай об этом, – говорю я себе.
Прикосновение его рук к моим бокам вызывает легкую дрожь по моему телу. Я жажду, чтобы он смутился и остановился, но нет, вскоре его руки начинают блуждать по моему телу: мой живот, мою грудь, верхняя часть спины, поясница, ягодицы.
– Мне нравится... – говорит он.
Мое сердце замирает. Я прижимаюсь к нему ближе, пока не чувствую его возбужденный пенис в джинсах. Я хочу остановиться. Я не могу остановиться.
– Поцелуй меня... – умоляю я.
Закрой свои глаза. Подумай о ком-нибудь другом. Джонни. Он не ждет, чтобы его попросили снова, вероятно, боясь, что я передумаю. Но я не передумаю, как бы мне этого ни хотелось. Он целует меня, я слегка приоткрываю рот, чтобы позволить поцеловать глубже. Он чувствует мое приглашение и крепко целует меня. Я произношу нужные звуки, пока мой разум переносит меня в другое место далеко-далеко отсюда. Его руки крепко сжали мои ягодицы. Отпусти. Пожалуйста. Просто перейди к следующему шагу. Покончим с этим.
– Как тебе нижнее белье? – спрашиваю я.
Его руки двигаются под платьем, все еще обвивая мою спину. Я чувствую подергивание, когда он понимает, что на мне нет нижнего белья. Впервые с тех пор, как увидел меня в платье, он улыбается – улыбкой монстра.
– На тебе что-нибудь есть? – спрашиваю я, делая вид, что хочу знать ответ.
Я заслуживаю медаль, потому что расстегиваю его джинсы. Под ними ничего нет.
– Ты уверена, что хочешь этого? – спрашивает он, отстраняясь от меня.
Он хочет этого. Я это ясно вижу. В глубине души я знаю, что если я пройду через это, то вскоре получу свободу.
– У тебя есть какая-нибудь защита?
Я не знаю, что делать и сказать, если ее нет.
– Я возьму.
Он полностью сбрасывает джинсы и быстро целует меня, прежде чем выйти из комнаты. Мне нужна вся моя сила воли, чтобы не сбежать тут же. Интересно, а стал бы он преследовать меня по улице без штанов и трусов? Будь сильной.
Я недолго жду его, прежде чем он возвращается в комнату, держа в левой руке пачку презервативов. Я улыбаюсь ему, забираю их у него и зубами срываю прозрачную обертку. Покажи ему, что я хочу его так же сильно, как и он меня. Возьми ситуацию под контроль.
– Садись на кровать, – приказываю я ему.
Он не двигается.
– После тебя.
Я отворачиваюсь от него и нервно иду к кровати. Вот оно.
Теперь точно нет пути назад. Когда я добираюсь до изножья кровати, я чувствую его руки на своих плечах, и он разворачивает меня лицом к себе.
– Ты выглядишь чертовски горячо, – шепчет он.
Что-то не так. Он изменился. Он превратился из заикающегося школьника, напуганного первым сексом, в хищника, которого я видела в нем прежде. Он снова целует меня, прежде чем толкнуть на кровать.
Я потеряла контроль.
– Я хотел этого с тех пор, как впервые увидел тебя... – говорит он мне, поглаживая мои руки, прежде чем схватить мои запястья и надеть на них наручники.
– Что ты делаешь?
– Извини, я должен.
Наручники сковывают мои запястья над головой.