Последняя из рода Страут (СИ)

Впрочем, здесь защиты для меня не имелось в принципе. 
Я их не видела. То и дело искала взглядом Арса, Татию или самого герцога, но они просто не попадались мне на глаза. И как оказалось, у этого явления имелась вполне обоснованная причина. 
— Вы не сможете его вычислить, — медленно, с налетом превосходства и даже высокомерия проговорила стоящая рядом со мной блондинка в темно-зеленом нескромном платье и маске в цвет. 
— Что, простите? — не поняла я ее. 
— Вы не сможете вычислить герцога, моя дорогая. Все мы здесь собрались за одним и тем же, но вы не сможете его вычислить. Он специально устроил бал-маскарад, дабы его не узнали под личиной. 
— Личиной? — переспорила я, словно полоумная. 
— Естественно. Он ведь отличный маг. Лучший на самом деле, но никогда не признается в этом. Так что? Объединим силы и попробуем вычислить его вместе, а там уже кому повезет? 
— О нет, простите, я пришла сюда не за этим, — открестилась я от любых посягательств на Зверя. 
В мои планы входило его задушить, но никак не в своих объятиях. От представленной картины у меня даже мороз на коже появился. 
— Бросьте, все мы здесь за одним и тем же, — усмехнулась дама, опустошая свой бокал одним глотком. — Только в отличие от вас мне хватает смелости признаться в этом хотя бы себе. 
— Леди… 
Я была чрезвычайно благодарна мужчине, который пришел мне на помощь. На самом деле помогать в этот вечер он собирался исключительно себе, как и многие другие на таких балах, но это не влияло на конечный исход. Блондинка ответила согласием на его предложение потанцевать, хотя, к кому конкретно он обращался, изначально было не ясно. 
Эту парочку под зарождающуюся плавную мелодию я проводила подозрительным взглядом. Интересно, а мог ли это быть ар Риграф? Как его вообще теперь вычислять? 
Проще было найти Арса. Я хотя бы знала, как он выглядел. А через него Татию и герцога, соответственно, но... 
К встрече с этим воздушным пирожным я была не готова. Да, эта красавица была нисколько не виновата в том, кем являлся ее брат, и уж тем более ее вины не имелось в том, что Арс любил ее, а не меня, однако видеть их вдвоем оказалось выше моих сил. 
Забыть. Арса Айверса мне требовалось просто забыть. 
— Кажется, они экономят на еде, — неожиданно раздалось совсем рядом со мной. 
Повернув голову на звук, я обнаружила подле себя незнакомого мужчину. Он ковырялся двузубчатой вилкой прямо в тарталетке, пытаясь выловить из нее кого-то ранее живого. 
— Эти закуски кладут в рот целиком, — поделилась я откровением, оценивая его манипуляции лишь мгновение, и продолжила пристальным взглядом изучать каждый сантиметр зала. 
— Но зачем? Ведь все самое вкусное внутри. Мне, к примеру, нравитесь вы, а не ваше платье. 
— Да вы нахал! — шумно восхитилась я, не сдержав улыбки, задохнувшись от возмущения, попросту оторопев от услышанного. — Я даже не знаю, что сказать. 
— Допустим, вы можете сказать, что я возмутителен. — Отложив опустошенную тарталетку и вилку на пустое блюдо, что стояло на столе с закусками, незнакомец встал еще ближе и теперь нагло смотрел мне прямо в глаза. — Что я оскорбляю вас лишь одним своим присутствием. В конце концов, вы можете сказать, что я лишен должного воспитания. 
— А вы действительно лишены? — спросила я, попытавшись вновь отвернуться, чтобы исследовать зал, но настойчивый незнакомец плотно завладел моим вниманием. 
Трудно игнорировать кого-то, когда тебе смотрят прямо в глаза. 
Он показался мне эксцентричным. Не по внешности, нет. Мужчина лет двадцати пяти на вид выглядел обыкновенно. Пожалуй, это было самое подходящее слово. 
Его глаза были просто серыми, тусклыми, уставшими. Его волосы — темными, распущенными и длинными, как и у половины присутствующих. Длинные волосы у мужчин совсем недавно вошли в моду и пока не потеряли свою популярность. 
Широкие темные брови, прямой нос, заостренный подбородок и впалые щеки. Незнакомец отличался разве что худобой, которую надежно скрывала одежда, в частности сероватая рубашка, темно-серый удлиненный камзол с серебряными вставками и брюки, которые были видны лишь частично. 
 
Снизу их закрывали высокие сапоги. 
И вот они уже были дорогими. Не красивыми, не примечательными, абсолютно простыми, но невероятно дорогими. Только драконью кожу прошивали двойным стежком — это я знала назубок. А все потому, что однажды отец подарил такие туфли маме, и она вместо того, чтобы носить их, трепетно сдувала с них пылинки. 
Она в принципе по поведению всегда казалась мне большей леди, чем все вместе взятые дамы при дворе. У меня такой стать при всем желании никогда бы не получилось, даже если бы в наш особняк согнали учителей со всего света. 
Я по ней просто невероятно скучала. 
— Напротив. Я считаю, что мне дали лучшее воспитание из возможных, — тепло улыбнулся незнакомец, коснувшись пальцами своей серебряной маски, слегка склонив голову в знак почтения. — Позволите представиться? Или нам стоит позвать кого-то третьего? 
— Но ведь это бал-маскарад. Никто не должен знать, кто находится под той или иной маской, — удивилась я его предложению. 
Каждая новая фраза, произнесенная незнакомцем, обескураживала меня все сильнее. Я будто сидела на стуле, ножки которого по очереди надламывались. 
— Иные леди умудряются придерживаться этих смешных условностей даже на подобных празднествах, — пояснил он свои слова. — Однако, вероятно, все же будет лучше, если наши настоящие имена так и останутся неузнанными. Вы позволите мне называть вас, скажем, Катрин? 
— О нет, вы выбрали самое отвратительное имя из возможных, — запротестовала я и с удовольствием приняла бокал из рук мужчины. 
— Имя или человека? — уточнил он. 
И ведь верно уточнил. Катрин была ужасной сплетницей, и иной раз я несказанно радовалась, что мы редко бывали на праздниках и балах. 
О Древние, я будто снова окунулась в свою прошлую жизнь. Словно ничего не было, ничего не изменилось. Точно это графиня Эредит устраивала сегодня праздник, а я опять должна была уйти спать после третьего танца. 
Но я никогда не уходила на самом деле. Просто пряталась среди гостей, стараясь не попадаться родителям и их близким друзьям на глаза. 
Отец об этом знал. 
— Я задал сложный вопрос? — вернул меня в реальность чужой приятный голос. 
— Ничуть. Просто ваш вопрос всколыхнул воспоминания о прошлом, — ответила я честно. — Приятные воспоминания. Сейчас начнется третий танец. Вы не хотите потанцевать? 
— Только если с вами, — выставили мне необычное условие. — Признаться, смена партнеров дурно влияет на мой характер, а он у меня и так не сахар. 
— Ох, вы себе льстите, — рассмеялась я и сама протянула мужчине руку, чтобы проследить за тем, как он осторожно касается моих пальцев. 
Только этот танец. Я давала себе только этот танец как символ завершения прошлой жизни. Смерть герцога станет чертой, после которой я возведу новую точку отсчета, но пока… 
Пока еще я являлась Арибеллой ар Страут, единственной наследницей рода Эредит, маркизой по рождению, графиней, унаследовавшей титул приемных родителей после их смерти… 
Леди. Пока еще я являлась леди. 
Бальная зала сияла. Танцующие вокруг нас пары кружили голову. Да и сам танец кружил. Перед глазами то и дело мелькали золото и красный бархат. Все было украшено в этих цветах и тканях. Лишь изредка на столах с закусками и напитками можно было увидеть дорогие сердцу белые пионы. Еще один символ этого последнего для меня торжества. 
Музыканты играли как никогда. Слова и действия незнакомца не расходились. Сопроводив меня в самый центр залы, он слегка склонил голову, выражая тем самым почтение, в то время как я сделала положенный случаю реверанс. 
На этом условности, предписанные этикетом, закончились. По правилам в этом танце предполагалась частая смена партнеров. Пары вставали в два круга: внешний и внутренний, — а затем переходили из одного в другой, однако благодаря нам рисунок танца несколько изменился. Мы занимали самый центр, став своего рода протестующими.