ШТОРМ. За бурей не всегда приходит рассвет (СИ)

- Да я все понял! – улыбнулся, снова, как показалось капитану, фальшиво, Николай. – Не парься, говорю же! Я к тому же, быстрее доберусь один, все нормально…
Петров сжал зубы. Сука! На нервах играет! Вон, какая рожа спокойная! Бесит! Как бы дать по ней чем-нибудь тяжелым!
- Ну и все тогда! – не сдержав злости, буркнул капитан. – Пошли, в штаб проведу, поищем документы, посмотрим записи. Потом с майором вопрос решить надо будет.
Кнехт не ответил. Слова друга его, конечно же, немного обидели, но он, честно сказать, и сам хотел было уже предложить капитану остаться. Зачем ему рисковать? Есть ведь теперь за кем ухаживать… И так дел по горло, еще и его расхлебывать! Но вышло чуть не так, как планировалось, и от того было немного горько. Все же в душе он надеялся, что друг улыбнется, обиженно покачает головой и скажет что-то вроде «Совсем охренел? На самом интересном месте», или «Вот такого я от тебя не ожидал»… Все же привык он к этому старперу уже… не раз выручал.
Николай вздохнул. Да! Надо признать, что ему все же проще будет действовать одному. Дело принимает дурной оборот. Там, внизу, блюя спорами грибницы, он ощутил нечто страшное, большое и опасное. Что-то надвигалось. И это уже был даже не шторм, а настоящий циклон!.. Буря, которая снесет все на своем пути. Сравняет с землей всех, кто попадет в нее и тащить туда верного друга только за ради спасения его любимой, было глупо. Николай бы не простил себе, если бы потерял товарища. А в том, что это случится, он был уверен. Здесь у капитана с Черновой есть шанс выжить, но там… Там они обречены.
***
Как Данил и предполагал, бежавшие в панике работники узла связи и коммутации данные стереть не успели. Времени на поиски чего-то дельного, конечно, ушло много, но итог того стоил.
- И что это за проект такой, «23-000»? – нахмурившись, смотрел на записи через монитор Данил.
- Атомный ледокол-авианосец, - не сразу, но, все же подсказал Буран. – Проектный образец. Спущен на воду полгода назад, как раз перед этим песцом.
- И причем он тут? – тыкая мышкой по разным записям и читая строчки контрольных данных, пробухтел капитан.
- А у него как раз маршрут от Владика до почти самой Гренландии пролегал…
- Хм, - напряг память Николай. – Так это тут, выходит?
- Выходит, и входит… - кивнул майор. –
- Думаешь, туда полковник с генералом направились?
- Вполне вероятно. А куда еще? Там горючки в «Титане» достаточно… Могут долго идти. Да и ты сам видел, по позывным из записей радиста… Они с ними связывались.
- Жаль самой записи нет, - покусал губу Байкал. – Хотя, может и есть, да хрен пойми, как тут что… Может у нас какой программист есть, кто в этом разбирается? Надо было все же сначала спросить… Эх, Пацана б сюда…
При упоминании имения парнишки погибшей группы Данил вздохнул. Казалось, это случилось так давно… Словно в другой жизни, а ведь сколько времени прошло? Пара недель…
- А маршрута тут нигде нет?
- Колян, - скривился капитан. – Это тебе не «гугл», а я тебе не «Алиса»… Тут ничего нет.
- Да и маршрут в тайне хранился, - кивнул Буран. – Сам помнишь, время какое было…
- Ты тогда откуда знаешь? – капитан и сержант посмотрели на Бурана.
- Нам по долгу службы знать такое необходимо, - усмехнулся тот, уходя от прямого ответа. – Гостайна…
- Гостайна, - передразнил Петров, продолжив бездумно тыкать по файлам и иконкам. – Больше ничего нет. Что делать будем по итогу?
- Ну, что, - сложил на груди руки Николай. – Берем вертушку, как и планировали и летим. – Два корабля - всяко проще найти, чем один. Не так, майор?
- Не так… Погода не летная… Это тут кажется, что взлетел и все видно. Хрена лысого. Метров на сто поднимешься и все. В тумане. А сто метров… Это ни о чем… Считай, один шанс всего у нас. Выбрать направление и топить до отсечки… Только далеко мы все равно не улетим, я уже говорил… Горючки - кот нассал. Льды тронулись, не сесть…
- А если… - Капитан задумался, скользнул взглядом по другу, прищурился, что-то прикидывая в голове.
 
- Если? – насторожился Буран.
- «Мыс Арктический»… Колян, ты не помнишь, ты в коматозе был, но нас сюда же не прямым рейсом прямо на «Афалину» везли. Мы ж через Таймыр, с мыса «Челюскин» сюда. Там одна из КЗ стоит (прим. автора. «КЗ» - карантинная зона). Наша, военная. Отсюда километров пятьдесят-шестьдесят… Там что-то вроде перевалочной базы. Оттуда на север экспедиции раньше стартовали. Там топливо есть для вертолета, если еще не все вывезли или потратили.
- А че ты раньше молчал? – нахмурился Байкал, ощущая, что его немного обвели вокруг пальца.
- А вам по долгу службы знать такое положено, - передразнил Петров. – Старый. Не сразу вспомнил. Так вот… Там личного состава человек десять. Наши рейдеры туда ездили частенько, что могли, вывезли, но топку для вертушек не трогали. Тут хранить негде, а там консервация, как никак… так что могло еще что-то остаться…
- Ну, так чего тогда сидим? Это ж за углом, считай, - воодушевился Николай.
- Ага, в ладошках носить будешь? Или в бутылках в кармане? – усмехнулся Буран. – Обе вертушки сухие…
- Бочку на снегоходе? – предложил Кнехт. – Подцепим, да съездим.
- Нету, - развел руками майор. – Я бы тут иначе не сидел, а давно уже свалил. – Есть пара, но у одного движок прострелян, у другого еще что-то, не пойму. Пытался починить, не смог.
- А если вертолет туда оттащить? – потер подбородок здоровяк.
Посмотрели на него как на человека альтернативно-одаренного, сбежавшего из психушки, то бишь.
- Колян, я все понимаю, но как ты это представляешь? Там вес какой? Тон пять?
- Семь, - поправил Буран.
- Не суть, - отмахнулся Данил. – Как ты дуру такую поднимешь?
- А зачем поднимать? – как-то кровожадно улыбнулся Николай. – Мы его так, по льду… Как на санках…
***
- Ну, я что-то не уверен, - скептически глядя на замерзший грузовой вертолет с сомнением проговорил Петров, оценивая масштаб работы.
Действительно. Фронт работ обещал быть не малым. Байкал сразу сказал, что все это бред и даже пытаться не стоит, но Колян уперся рогом. Дотащу, мол, отличный план. Ну да. Отличный. Семь тонн металла на словах и на деле – разные семь тонн.
- Лишнее выкинем, - склонив голову на бок рассуждал Николай. – Разгрузим по максимуму. Тут же, считай, в одну сторону только… Сидения – на хрен, ящики вон те – тоже…
- Нет, надо другой план обдумать, - помотал головой Байкал. – Это чушь какая-то. Тащить вертолет по снегу полста килОметров, чтобы заправить… Бочку на санках и то реалистичнее…
- Во-первых бочки нету… - парировал сержант. – В мензурках если, да бутылках только… Мы ее искать дольше будем, потом вытаскивать… Да и сколько ее туда сюда катать? Дня три будем? А так за один раз дотащим и оттуда полетим уже… Сам говорил, что на прогрев и взлет до хрена уйдет. Значит, минимум, раза два придется… А это туда-сюда… сколько? Две сотни намотать пешкодралом придется уже… Времени много потеряем… Если не смогу, то тогда будем над другим планом думать. Но, думаю, осилю… Давай. Вместо того, чтобы болтать, помогай лучше. Разгрузить надо…
Байкал хмыкнул.
- Много ты этими креслами разгрузишь, ага…
- Много не много, - буркнул здоровяк. – Но все полегче будет.
- Аппарель лучше сними тогда! – уже в спину удаляющемуся сержанту крикнул Буран. - В ней тонна веса. Там пальцы выбить только и она сама отвалится.
На разгрузку вертолета до максимального облегченного состояния ушло часа три, не меньше. С ходу казалось, что там? Тут открути, тут отогни, тут выломай, а на деле… Все, что должно было откручиваться – прикипело намертво. Все, что должно было отогнуться – мешалось, а то, что следовало отломить, вредничало и покидать свое, запланированное инженерами место, не собиралось.
Николай рыкнул, когда очередная железяка царапнула по руке. Помогать ему не спешили. Петров сослался на то, что нужно навестить Наталью, а майор занялся своими делами. В ярости пнув не поддававшийся демонтажу какой-то вроде бы не очень важный агрегат, сержант смог сорвать удерживавшие его трубки и тот, грохоча, покатился по железному полу. Злость накатила черной тучей, но он быстро взял себя в руки. Раздражительность – первый признак подступающего приступа ярости. Медленно вдохнув и выдохнув, он решил пока отложить разборку вертолета в стиле сломай несломаемое так, чтобы ничего не сломать. Нужно было успокоиться.