Герои меча и багов (СИ)
Эльфийка тоже была светловолосой, но гораздо выше ростом. В отличие от остальных двоих, у неё были фигура и лицо взрослой женщины, и это не шло в минус — она тоже выглядела красивой. И даже несмотря на то, что из всей троицы эта пленница была самой одетой, это не делало её вид менее вызывающим. Зелёные штаны были настолько тесными и так сильно обтягивали хорошо развитые, сильные ноги, что выглядели почти второй кожей, а кофточка была с нюансом — глубоким зашнурованным вырезом.
Портили картину только синяки на лице и кровь на боку.
Все пленницы были до невозможности хороши собой. И все внешне нравились Петру гораздо больше, чем его «невеста». Пусть ещё недавно троллль думал, что она не такая уж и страшная… Но сейчас, при взгляде на этих троих, стало очевидно, что Яма проигрывает у каждой из них по всем параметрам. И, главное, эти ведь нормальные, без непотребных мужицких замашек, как у Дылды и зеленокожей красотки. Или просто они нормальные до тех пор, пока связаны?..
— Ну что, Яма? Куда теперь? Продолжим поход, даже несмотря на то, что от нашего войска ничего не осталось?.. — снова подала голос Дылда.
Пётр посмотрел сначала на неё, потом на свою «невесту». Последняя хмуро оглядела остатки той и без того не самой большой рати, с которой они заявились в эти края.
— Да. Вернуться сейчас было бы очень неплохо. Надо попытаться уговорить мужей нашего племени. В конце концов — вон, какая добыча богатая…
Победители тем временем уже доковыляли и встали рядом, свалив и посадив пленниц перед собой.
Один из орков постучал кулаком по груди и проговорил, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Славная битва! Славная победа! Голое Колено доволен!
После этого он присел перед связанной эльфийкой, и, вытянув два пальца «козой» и шевеля ими вверх-вниз, начал приближать их к её лицу:
— У-тю-тю-тю-тю! С кем сегодня возляжет на шкурах эта свеженькая эльфийка? С Голым Коленом сегодня возляжет на шкурах эта свеженькая эльфийка!
— Там у вас около леса остался ещё человеческих девок табун, Колено. Ты не забыл?..
Яма встала рядом с орком, подбоченившись, и кивнула в сторону, где оставили остальных пленниц. При этом Петру показалось, что Дылда, внимательно следившая за происходящим, немного помрачнела лицом.
Орк отмахнулся.
— Там обычные белокожие. Тут эльфийка! Свеженькая! Остроухая! Ароматная! Голое Колено больше хочет эльфийку, чем обычную белокожую!
— А фею-суккубу Голое Колено не хочет? — внезапно подала голос странная краснокожая. При этом, несмотря на связанные руки-ноги, она так изогнулась, что Пётр снова стал бояться за свою набедренную повязку. И вдруг понял, что чем-то эта девушка кажется знакомой, хотя раньше видеть её он никак не мог. Может, дело даже не во внешности, а в манере общения. А это могло значить только одно…
Тролль аж рот разинул в удивлении, внимательнее всмотревшись в лицо пленницы. Вот это чудеса пластической хирургии!.. Не слабо преобразилась «Бомба-бородавочница», та страшненькая толстушка, одна из их четвёрки, кого угораздило попасть в эту передрягу вместе с ним и Дылдой! Получалось, что вся их компания неудачников в сборе, кроме инвалида-матерщинника…
Голое Колено повернулся в сторону Бомбы, внимательно оглядел её и почесал в затылке. Наконец, несколько удивлённо, произнёс:
— Фею-суккубу Голое Колено тоже хочет!
— Ну так чего же ты, красавчик? Чего ждёшь?..
Пленница состроила орку глазки и опять изогнулась, ещё и прикусила губу — так, что Пётр понял, что вот-вот опять пропадёт… Но все были настолько поглощены зрелищем, даже Дылда и вредная девчонка, что никто очередное поднятие головы его «петушком» не заметил.
— Хм. А что я. И правда, а что я?..
В голове Голого Колена явно происходила бурная мыслительная деятельность и со скрежетом крутились старые ржавые шестерёнки. В конце концов он пришёл к каким-то поразительным для самого себя выводам, встал и сделал шаг по направлению к Бомбе.
Всё веселье испортил другой орк, тот, который и приволок её от леса.
— Фея-суккуба — добыча Ебущего Кулака!
— Да?.. — Голое Колено явно опять задумался.
— Да! Это Ебущий Кулак хочет фею-суккубу. Хотя… Эльфийку Ебущий Кулак тоже хочет!
Видимо, второй орк соображал быстрее. И первым додумался, к чему это всё может привести.
Стремительно шагнув навстречу Колену, он неуловимым движением выбросил вперёд руку с топориком и ударил сородича по шее. Так, что с первого удара почти снёс башку сородича, забрызгав всё вокруг кровью.
После этого, резко развернувшись, Ебущий Кулак метнул своё оружие в третьего орка. Тот уже сообразил, что дело пахнет жареным, начал обнажать меч — но оказался не таким быстрым. А может, просто не таким везучим.
— Все пленницы — теперь пленницы Ебущего Кулака! Ебущий Кулак возляжет на шкурах сначала с эльфийкой, потом с феей-суккубой, потом с феей, потом с Ямой, а потом со всеми белокожими женщинами. И никто теперь не будет ему мешать!
Орк огляделся, грозно скалясь и раздувая ноздри. Впился взглядом в Дылду и показал в её сторону пальцем.
— Ты — тоже теперь рабыня Ебущего Кулака! И ты! И ты! — второй тычок был в сторону «невесты» Петра, третий — в сторону вредной девки.
А потом маленькие, налитые кровью глаза впились в Петра, стоящего поодаль согнувшись и пытающегося извергнуть содержимое пустого желудка. Лоб орка нахмурился, а на безобразной и зверской физиономии отобразилась активная умственная работа.
— Нет-нет-нет, я ничего… Я не возражаю! Мне они не нужны! Забирай! — зачастил Пётр, вытерев губы рукой и выпрямившись.
Вот только, от волнения он напрочь забыл про необходимость начать с бранных стихов, и его тут же скрутило, бросив на землю. Поэтому незадачливый тролль-скальд не мог видеть, как орк медленно идёт мимо и спокойным, уверенным движением вырывает свой топор из черепушки распростёртого на земле сородича. Которую ещё и придавил ногой, чтобы не моталась…
Ход 6. Красный игрок
С противным звуком орк вырвал топор из черепа распростёртого на земле сородича. Спокойным и уверенным движением, будто сделал что-то обыденное, как время на часах посмотрел. Ещё и голову ногой придавил, чтобы не мотылялась.
Анна почувствовала, что к горлу подступает ком.
Пусть девушка никогда не была комнатным цветочком и крови в жизни навидалась изрядно, да и за неполные сутки «в игре» хватило уже разного, что можно отнести к не самому приятному опыту. Но даже для неё это показалось перебором.
Внутри шевельнулось что-то противное, мерзкое. Кажется, это был страх.
Да, Анна не была трусихой. Но, кажется, есть всё-таки в этой жизни что-то, чего она боится.
Ну кроме, конечно же, собак.
Это был страх не перед этим существом с оскаленной мордой и глазами голодного до крови убийцы, вовсе нет. Страх — что они здесь, в искусственно созданном для каких-то целей мирке, полностью во власти посадившего их сюда психа. И он может делать с ними всё, что заблагорассудится, на что хватит фантазии. А возможные варианты подопытным могут не понравиться до такой степени, что подобные инсталляции с хлещущей во все стороны кровищей покажутся детской забавой и безобидным развлечением.
Всё могло быть настолько плохо, что Анна даже боялась в эту сторону думать. Так недолго дойти до того, что руки вовсе опустятся и пропадёт всякая воля барахтаться. А барахтаться надо, сметана в кастрюле сама себя не взобьёт.
Тем временем орк дошёл до тролля, который от него испуганно пятился и пытался закрыться руками. Небрежно ударил его, постоял пару секунд. Издал удивлённый взрык и замахнулся снова.
Трусливый тролль и не подумал падать к ногам великого воина орочьего племени. Могучая мускулистая туша не упала ни со второго удара, ни с третьего, ни даже с четвёртого. И глядя на это, Анна невольно испытала сильнейший приступ зависти. Кто бы дал такие кондиции ей, вместо тех, что достались — с этой бесполезной пятёркой в Силе! Да она бы всех тут порвала уже!