Опрометчивость

Но первая схватка началась из-за меню, которое они еще раньше обсудили по телефону, так что Венеция могла все заранее закупить, а кое-что и приготовить дома.
Теперь же миссис Фокс-Лоутон начала вносить существенные изменения – или, вернее, это сделал Тони Фокс-Лоутон, который решил, что в воскресенье на ужин надо подать с главным горячим блюдом «Хот Брион» 64-го года, и поэтому не надо готовить цыплят в шампанском с виноградом, то есть именно то блюдо, вокруг которого Венеция построила все остальное меню. Они захотели фазана, а это означало, что вместо жюльена из дичи, над которым Венеция несколько часов колдовала дома, следует подать что-нибудь более легкое. К тому же, требуются другие овощи. Все это требовало массу лишних хлопот, а у нее и так полно работы, так как для всей этой компании, кроме того, нужно готовить завтрак, обед и ужин, не считая чая в пять часов для всех желающих.
Тони Фокс-Лоутон появился вечером в пятницу, вернувшись из Сити, и заглянул на кухню, чтобы познакомиться с ней.
– Я слышал, что причинил вам кое-какие хлопоты, – сказал он небрежно. – Я пришел извиниться. – Он оценивающе посмотрел на нее и, проходя через кухню, улыбнулся. – Привет, привет, у нас редко бывают такие повара. – Венеция отвела со лба пряди волос, сожалея, что не успела завязать их сзади, и сложила руки на груди. Тони Фокс-Лоутон оказался маленьким и толстым. У него были румяные щечки и голубоватый подбородок человека, которому приходиться бриться по два раза на дню, чтобы не походить на разбойника.
– Никаких особых хлопот, мистер Фокс-Лоутон, – вежливо ответила она, а затем, черт дернул ее за язык, добавила: – Вообще-то не стоило нарушать договоренности, мне пришлось выполнить двойную работу.
– Ну простите, простите, раз я так вас затруднил. Мы заплатим за лишнюю работу, так что все будет в порядке. Может быть, хотите немного выпить? Подбодриться, а? Если Сандра действует в своем обычном темпе, то вам обязательно надо выпить, Сандра во всем требует совершенства. Так что – джин с тоником?
Поразительно, подумала Венеция, насколько они все одинаковы. Неужели это только ей так везет, или же во всех загородных домах живут мужья с сальными глазками, пребывающие после трудовой недели в Сити в игривом настроении?
Тони Фокс-Лоутон не очень огорчился ее отказом, но постоянно заглядывал на кухню, «просто посмотреть, как идут дела». Венеция прекрасно бы обошлась без болтающегося там Фокса-Лоутона.
Пятница прошла достаточно спокойно, хотя работы было очень много; она даже не успевала поесть толком – лишь хватала какие-то кусочки в течение дня. Гости начали прибывать в три, и с трех до шести Венеция подавала им чай. Затем в восемь им предлагалось выпить; ужин начинается в половине девятого, а это значило, что для того, чтобы приготовить все на четырнадцать человек, у нее оставалось ровно два часа. С ее стороны было очень предусмотрительно заранее сделать мусс из лосося и летний пудинг и привезти все это сюда, а то бы она ничего не успела, и еще здорово, что она к воскресному обеду испекла пирог с индюшатиной, потому что, как только они закончат завтрак, у нее совсем не останется времени на приготовление обеда.
А настоящая схватка с Сандрой Фокс-Лоутон произошла сразу же после воскресного обеда. Венеция легла спать далеко за полночь, но все равно не могла уснуть, поскольку в комнате было ужасно холодно – при свете луны она видела, как изо рта идет пар. В отчаянии она уже решила было спуститься вниз и сделать себе горячий чай, но побоялась, что разбудит кого-нибудь, к тому же ее не вдохновляла перспектива встретить Тони Фокс-Лоутона в ночном халате. Встала же она в половине седьмого, чтобы закончить с фазанами с хрустящими чипсами с дичью, требовалось также подготовить подносы с завтраком, которые миссис Джонс, приходящая прислуга из ближайшей деревни, разносила по спальням. После этого Венеция занялась обедом. Только в четверть четвертого она запихнула в посудомоечную машину последнюю тарелку и включила ее. В ту же минуту на кухне появилась миссис Фокс-Лоутон.
  
– Мы будем пить чай в пять, Венеция, – отдала распоряжение она, – и еще я хочу, чтобы вы сделали бутербродики к напиткам.
– Нужно было предупредить меня заранее, миссис Фокс-Лоутон, – спокойно ответила Венеция, – боюсь, у меня нет на это времени.
– Как это нет времени? – Сандра подняла подведенную бровь. – Ведь вы же сейчас свободны?
– Вы ошибаетесь, – тем же ровным тоном ответила Венеция, – я кое-что делаю. Я нахожусь в этой кухне с половины седьмого, а теперь поднимусь в ту холоднющую комнату на чердаке, которую вы сочли приличным мне предложить в качестве спальни, и прилягу ровно на полтора часа, до тех пор, когда надо будет подавать чай. Потом я займусь ужином. Очень жаль, миссис Фокс-Лоутон, но бутербродиков не будет.
– Ах так! – Ее зеленоватые глаза чуть не вылезли из орбит, и от волнения она провела рукой по волосам, немного измяв только что сделанную прическу. С ней еще никто так не разговаривал! – Хочу напомнить вам, что вы приглашены сюда работать! Я вам плачу за то, чтобы вы мне готовили, а не валялись на кровати!
– Я все приготовлю, миссис Фокс-Лоутон, – сказала Венеция, выходя из кухни и оставляя там взбешенную Сандру. – Ужин будет подан вовремя.
Позже она пожалела об этом. Возможно, для нее было бы лучше готовить проклятые бутербродики на кухне, чем пытаться согреться в ледяной и неуютной клетушке.
Тони Фокс-Лоутон появился на кухне во время чая, когда она вяло жевала бутерброд с ветчиной.
– Вижу, вы не голодаете, – сказал он с намеком. – Из-за чего это у вас с Сандрой разгорелся сыр-бор?
– Мистер Фокс-Лоутон, если бы я была похожа на свою сестру Индию, я бы сказала миссис Фокс-Лоутон, куда ей пойти со своими бутербродиками и своим званым ужином. Но я старалась вести себя как можно вежливее.
– Я в этом не сомневаюсь. – Он усмехнулся. – Манеры у тебя получше, чем у Сандры. Ее семья нажила свое состояние в мясных лавках. Иногда мне кажется, что это передалось ей через гены.
Венеция только было подумала, что, возможно, Тони Фокс-Лоутон, в сущности, не так уж и плох, как он сделал очередной шаг.
– Так, может быть, выпьем вместе немного попозже – только я и ты? – спросил он, хватая ее за руку.
– Нет, спасибо, – ответила она, как всегда, вежливо.
– Да ладно тебе.
За дверью послышался шум шагов.
– Увидимся позже, – проговорил он, мгновенно исчезая. Несомненно, побаивается Сандриных генов, не без ехидства подумала Венеция.
А затем в половине восьмого, когда она пребывала в запарке, готовя ужин, на кухню влетела Сандра Фокс-Лоутон в бледно-голубом шифоновом платье, покрытая от холода гусиной кожей, и тут же свалила со стола миску с пюре из красной смородины, которое должно было подаваться с фазаном.
– Черт возьми! – завопила она, – только посмотрите на мое платье! В прошлом месяце я заплатила за него четыреста фунтов у «Харви Николь» – как же можно быть такой дурой и поставить миску на край стола!?
Венеция с ужасом смотрела на расплывающееся по шифону темно-красное пятно – четыреста фунтов! Целое состояние! Однако в чем же она виновата? Платье воздушное, оно разлетается и задевает все вокруг. Наверное, Сандра взмахнула рукой и зацепила блюдо.
– Сожалею, что так случилось с платьем, миссис Фокс-Лоутон, – со вздохом сказала она, – но блюдо находилось там, где ему и положено находиться. В отличие от вашего платья.
– Я сообщу обо всем в агентство, – пригрозила Сандра Фокс-Лоутон, вовремя сдержавшись, чтобы не проговориться, что ничего ей не заплатит – это можно сказать и потом, после того, как она все приготовит. Сандра вовсе не хотела, чтобы девчонка ушла сейчас, оставив ее в столь затруднительном положении. Но, во всяком случае, надо хоть как-то возместить стоимость испорченного платья.
Сандра исчезла из кухни, а миссис Джонс, чистившая столовое серебро, заметила:
– С ней нелегко, с этой миссис Фокс-Лоутон, но не волнуйтесь, ведь это не ваша вина.