Вызов принят (ЛП)

— Привет, Джуниор.
Легкая рука касается моего плеча, и я встречаюсь взглядом с Бобом, нашим помощником тренера. Он работает в университете почти столько же, сколько Данкан.
— Привет, — приветствую я его.
Он усмехается, увидев выражение моего лица.
— Немного шокирован, да?
— Больше, чем немного! — Я смеюсь. — Я был уверен, что Вы станете нашим новым тренером.
Боб машет рукой.
— Этот старик? Нет… Я имею в виду, я тоже так думал, но когда Совет колледжа позвонил мне с этой новостью… Я не стал спорить. Это отличный шанс для вас, ребята.
Я киваю. До меня это еще не дошло. Кэри Пирс — наш новый тренер.
— Эй, ребята! — Голос Пирса разносится по лужайке, мгновенно привлекая наше внимание. Он хлопает в ладоши и оглядывает толпу, стараясь установить зрительный контакт с каждым из нас. — По выражению ваших лиц я могу сказать, что мне не нужно представляться или перечислять свои квалификации. Но важно не то, кто я, а кто вы. Для меня большая честь познакомиться со всеми вами. Я с нетерпением жду возможности пообщаться с каждым из вас один на один и, надеюсь, стать тренером, которого вы заслуживаете.
Тай толкает меня локтем в бок, практически хихикая про себя над полной тарелкой еды. Я понятия не имею, как кто-то из них может есть прямо сейчас. Я даже дышать с трудом могу.
— Я немного опаздываю, — продолжает Пирс. — Семестр уже начался, и ваша первая игра состоится в эту субботу. Было прискорбно услышать о вашем старом тренере. Из того, что мне говорили, он был хорошим человеком, но из каждой трагедии появляется возможность. Знаете, когда я сказал людям, что переезжаю сюда, чтобы стать вашим тренером, они посмотрели на меня и спросили — зачем? Ты Кэри Пирс. Ты можешь тренировать где угодно. Зачем идти в этот колледж? Они просто кучка неудачников.
Я оглядываюсь по сторонам, чувствуя, как меняется атмосфера и падает моральный дух команды. Мы выиграли одну игру в прошлом сезоне, что меньше, чем годом ранее. Термин «неудачники» более точен, чем мы хотели бы признать.
— Нет таланта — нет побед, — говорит Пирс. — Знаете, что я сказал? Я сказал, что они были правы. Вы кучка неудачников… — Он снова оглядывается по сторонам, позволяя всему этому дойти до нас. — Но и я был таким же. Когда я играл в колледже, я был никем. Мы были никем. У нас была статистика, не сильно отличающаяся от вашей сейчас. Затем однажды в город приехал новый тренер и все изменил. Он тренировал нас усерднее, чем мы когда-либо считали возможным. Он побудил нас не только изменить наше мнение о том, как мы видим самих себя, но и изменить мнение всех остальных. Я хочу, чтобы вы позволили мне быть вашим тренером.
Я чувствую прилив уверенности, которого не испытывал раньше за всю свою жизнь. Остальная команда тоже стала взбодрилась.
— Мы прошли весь путь к вершине в том сезоне, и в следующем, и в следующем, и в этом сезоне я собираюсь сделать то же самое для вас. Мой старый тренер умер два года назад. Прежде чем это случилось, я дал обещание изменить несколько жизней точно так же, как это сделал он. Я хочу начать с вас. Вы со мной?
Команда взрывается криками и аплодисментами, я хлопаю громче всех.
Кэри Пирс, наш новый тренер. Это сбывшаяся мечта, абсолютная сказка, ставшая реальностью.
— Хорошо! — кричит он, хлопая вместе с нами. — Мне нравится ваш энтузиазм!
Я ожидал, что этот семестр будет ужасным во многих отношениях. Я отстаю по предметам, и не планировал, что команда выступит намного лучше, чем в прошлом сезоне, но теперь, когда Кэри чертов Пирс возглавляет команду…
Мы можем закончить этот год богами.
Движение привлекает мой взгляд к дому, вместе с внезапной вспышкой света, когда на кухне включаются флуоресцентные лампы. Мимо окон проходит миниатюрная фигура с женственными изгибами. Она огибает кухонную стойку по направлению к холодильнику, и у меня перехватывает дыхание.
Я шагаю к дому, мой взгляд прикован к ее телу. На ней обтягивающие штаны для йоги и мешковатый свитер, свисающий с одного плеча. Ее босые ноги скользят по полу с яркими розовыми носками. Длинные каштановые волосы собраны на макушке в небрежный пучок.
  
Полная непринужденная элегантность.
Я открываю наружную дверь, чтобы пройти на кухню, и она оборачивается с двумя бутылками воды в руках. Я сглатываю слюну, когда ее потрясающие голубые глаза смотрят на меня.
— Привет, — я задыхаюсь.
— Привет, — говорит она, пинком закрывая дверцу холодильника.
— Кто ты?
Она приподнимает бровь.
— Прости?
— Я имею в виду… — Я подхожу ближе к стойке. — Я Джуниор.
— Младший в чем? (прим. Джуниор Junior переводится как «младший»)
— Просто Джуниор, — отвечаю я.
— Твои родители назвали тебя вторым (прим. младший = второй ребенок)? — спрашивает она, коротко ухмыляясь.
— Моя старшая сестра часто так говорила, — хихикаю я. — Я доказал, что они ошибались.
Ее глаза скептически бегают вверх-вниз.
— А ты?
— Джуниор! Я оборачиваюсь, когда Кэри Пирс заходит внутрь. — Я вижу, ты познакомился с моей дочерью Элизой.
Элиза.
— Вообще-то, ты прервал знакомство, — язвит она. Ее взгляд перемещается с него на меня. — Я Элиза.
Она протягивает руку, но его большая ладонь снова хлопает меня по плечу.
— Как насчет того, чтобы вернуться на улицу, Джуниор? — говорит он, на самом деле не спрашивая. — У меня в запасе еще несколько мотивационных речей, и мне бы не хотелось, чтобы ты их пропустил.
Я киваю.
— Хорошо.
Он наклоняет голову к Элизе.
— Я думал, мы договорились, что ты останешься сегодня наверху…
Она быстро улыбается.
— Расслабься, папа. Я просто взяла воды.
— У тебя наверху есть раковина.
Я поднимаю на него взгляд, пораженный внезапной жесткостью в его тоне, но, похоже, ее это совсем не беспокоит.
— Упс. Виновата, — говорит она, поворачиваясь на носочках. — Было приятно познакомиться с тобой, просто Джуниор.
— Взаимно, — добавляю я, чувствуя, как еще одно крепкое пожатие сжимает мое плечо.
Когда она уходит, тренер уводит меня от стойки к задней двери. Я вытягиваю шею, пока мне не становится больно просто смотреть, как она уходит, мне до боли хочется еще раз увидеть это подтянутое тело, но оно исчезает в затененном коридоре, прежде чем я успеваю запомнить еще одну ее деталь.
— Джуниор… — Он прочищает горло. — Я буду ожидать от вас, ребята, трех очень конкретных, но простых вещей в этом сезоне. — Он поднимает руку и считает на пальцах, пока говорит. — Усердно посещайте спортзал пять раз в неделю. Не подпитывай свое тело дерьмом. И… — Он поворачивается, чтобы встать передо мной, и убирает руки с моих плеч. — Держитесь подальше от моей дочери.
Я моргаю.
— Простите?
В его глазах сохраняется жесткость.
— Звучит достаточно просто?
Я снова оглядываюсь через плечо на кухню, ошеломлённый и сбитый с толку.
— Извините, тренер. Вы неправильно поняли. Я просто был вежлив.
— Хорошо. — Его губы изгибаются в вымученной, почти угрожающей усмешке. — Ничего личного. Не думай, что я выделяю тебя — это касается всей команды. Я бы предпочел, чтобы моя рабочая жизнь не смешивалась с семейной.
— Я абсолютно с Вами согласен, тренер.
— Отлично.
Он отворачивается и марширует обратно во двор, оставляя меня с очень неприятным холодком, пробегающим по моей спине. В любой другой ситуации, если бы человек, обладающий властью, заговорил со мной подобным образом, я бы постарался отплатить ему, но это Кэри Пирс. Термин «герой детства» не совсем отражает то восхищение, которое я испытываю к этому человеку. Он мог бы сказать мне, чтобы я упал и облизал его ботинки, и я бы сразу спросил, что сначала — шнурки или подошву.
И все же у меня на затылке словно магнит, притягивающий мой взгляд к кухне в надежде еще раз взглянуть на Элизу Пирс.
Тай выскакивает передо мной.
— Я, блядь, говорил тебе, чувак! — кричит он, обнимая меня за плечи. — Это будет лучший год в нашей жизни.