Вызов принят (ЛП)

— Ладно. Он прочищает горло. — Увидимся позже, ребята.
Элиза продолжает смотреть на меня, пока Грант спрыгивает со сцены. Он проходит мимо меня быстрыми шагами и по пути хлопает меня по плечу, но это не столько дружеский жест, сколько предостерегающий — как старший брат, оценивающий свидание своей младшей сестры.
Я жду, пока он уйдет, и мы вместе замираем в тишине.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает она, уже зная ответ.
Я улыбаюсь.
— Мы победили.
Она закатывает глаза.
— Так вот из-за чего были все эти крики?
— Это была хорошая игра.
— Было захватывающе?
— Очень.
— В конце девятого (прим. Последний и критический момент или моменты напряженной, важной или отчаянной ситуации)? — спрашивает она. — Базы загружены (прим. Загруженные базы — это бейсбольный термин, означающий бегунов на первой, второй и третьей базе)?
— Это бейсбол.
— Знаю. Я просто прикалываюсь над тобой, Джуниор. — Она садится на край сцены, ее голые ноги свисают из-под подола юбки. — Итак, что ты здесь делаешь? Разве ты не должен праздновать с другими игроками?
— Ты знаешь, почему я здесь.
Она приподнимает бровь, изображая невинную застенчивость в голосе.
— Тебе придется быть более конкретным.
Я останавливаюсь перед ней, едва ли не протискиваясь между ее ног.
— Я здесь для того, чтобы наполнить твой нежный маленький ротик, и ты проглотишь меня до последней капли.
— Я никогда не соглашался на эту часть.
— Ты сделаешь это. Ты попробуешь, потому что захочешь… потому что тебе понравится вкус.
— Серьезно?
— Да, и, кстати, о вкусе… — Я кладу руки ей на бедра. — Сегодня вечером я, наконец, узнаю, какая ты на вкус. — Она тихо выдыхает, ее дыхание теплое от вожделения. — Я собираюсь съесть тебя так, как никто никогда не пробовал, как никто никогда не сможет, и в конце концов ты будешь моей.
— Ты говоришь это очень уверенно, — шепчет она.
— Я же говорил, что заставлю тебя выкрикивать мое имя, Элли, — шепчу я в ответ. — Я это и имел в виду.
Я поднимаю руку к ее шее, и она склоняется к моему прикосновению, когда я тяну ее вперед, чтобы впиться в ее губы. Она вздрагивает от поцелуя, приоткрывает рот, чтобы провести своим языком по моему.
Она кладет ладони мне на грудь и усиливает давление, чтобы оттолкнуть меня, в то время как другая моя рука проникает ей под юбку. Я отстраняюсь, и мы оба делаем глубокий вдох.
— Перестань притворяться, что ты этого не хочешь… — Я подцепляю большим пальцем ее трусики, — и раздвинь ноги…
— Не здесь, — предупреждает она, направляя меня обратно. — В этом зале хорошая акустика.
— Тогда где?
— Не могу поверить, что собираюсь это сказать… — Она тяжело, неохотно вздыхает и соскальзывает со сцены.
— Где твой фургон?
Глава 12
Элиза
ДЖУНИОР хватает меня за руку и тащит по тротуару, совершенно не заботясь о том, что кто-то может увидеть, как он это делает.
К счастью, кампус настолько полон жизни, что, кажется, никто не замечает или не обращает внимания, когда мы направляемся к парковке через двор. Его пальцы так крепко сжимают мои, что я чувствую, как кровь стучит в кончиках пальцев. Он как будто боится, что я откажусь в последний момент, и я испытываю приступ удовлетворения, понимая, как сильно он этого хочет.
Я не колеблюсь ни секунды, когда он открывает дверцу своего фургона. Залезаю внутрь, и он следует за мной. Дверь даже не закрывается полностью, когда я чувствую его руки на своем теле, укладывающие меня на спину. Он целует меня; сильно и быстро, посасывая и покусывая мои губы, пока я не чувствую боль, пока он стаскивает свитер с моих плеч.
Я опускаю руку ему за пояс, чтобы потереть его растущую выпуклость, и из его горла вырывается стон.
— Ложись на спину, — говорю я, садясь и помогая ему опуститься.
Он двигается без вопросов, но не отпускает моих рук, заставляя меня оседлать его. Его твердость вдавливается между нами, когда он притягивает меня ближе, срывая с моих губ еще больше поцелуев, пока мы прижимаемся друг к другу телами.
  
У меня на лбу выступает пот, а окна запотевают от нашего тяжелого дыхания. Я тянусь к его ремню, расстегиваю его обеими руками и расстегиваю молнию, чтобы получить приз, о котором мечтала с того момента, как впервые прикоснулась к нему в раздевалке. Я чувствую, как пульсируют вены на его члене, и облизываю его губы в предвкушении, сжимая его в своей ладони.
— Черт, Элли… — стонет он, нахмурив брови.
Я скольжу вдоль его мускулистого торса, чувствуя, как его пальцы зарываются глубоко в мои волосы, когда я двигаюсь вниз. Мои чувства обостряются, заставляя меня подниматься выше и сильнее, чем я когда-либо чувствовала в своей жизни. Я никогда раньше так сильно не хотела попробовать мужчину на вкус; почувствовать его руку на своем затылке, когда я высасываю его досуха; услышать резкое, хриплое дыхание на его губах, пока я мучаю его. Каждая клеточка моего тела пульсирует для него, и я хочу дать ему все, чего он хочет.
Я стягиваю его штаны вниз по бедрам, обнажая его напряженный член. Я пытаюсь снять их полностью, но Джуниор бросается вперед и хватает меня за руки, чтобы остановить.
— Давай на этот раз оставим штаны… — говорит он.
Я смеюсь и отпускаю его, оставляя ремень обернутым вокруг нижней части бедер.
— Все, что ты захочешь…
— Я хочу… — Он берет меня за руки и притягивает к своим губам. Его поцелуй был крепким и искренним, как будто это был наш первый поцелуй в жизни. — Я хочу, чтобы эти губы обхватили мой член. Я хочу окрасить этот маленький розовый язычок в яркий белый цвет…
Я стону от его слов. Они заряжают меня, разжигая еще большую жажду, чтобы он сделал именно то, что говорит. Я отрываюсь от его поцелуя, медленно поглаживая его член одной рукой и опускаясь к нему приоткрытыми губами. Я потираю его кончик, размазывая капли спермы большим пальцем, и его тело дрожит подо мной.
Всего один вкус, и мой язык извергается от его аромата. Я нежно посасываю его кончик, дразня его, в то время как его рука снова сжимает мои волосы. Его рука сгибается, сжимая с нетерпеливой силой.
Он хочет, чтобы я взяла его глубже. Он хочет почувствовать, как он проникает мне в горло, но я остаюсь на кончике, сжимая губы. Я позволю ему сначала извиваться и умолять об этом.
Я медленно ласкаю его, стараясь запомнить вкус его кожи и то, какие участки вызывают у него самый сильный шок. Я провожу пальцами, поглаживаю и обхватываю его, пока не ощущаю нетерпение в его бедрах. Я раскрываю рот и заставляю его отодвинуться как можно дальше, прежде чем среагирую рефлексы.
— Черт возьми…
Его тело напрягается, а стоны подталкивают меня еще больше, укрепляя мою уверенность в том, что я смогу удержать его в своем горле еще немного. Когда я вытаскиваю его, его кулак сжимается, удерживая меня на месте.
— Я хочу трахнуть этот маленький ротик, Элли, — шепчет он, поглаживая мои волосы.
Я провожу ногтями по его телу, и он вздрагивает от боли, которую я ему причиняю. Мои губы начинают неметь, но я продолжаю, полная решимости довести его до конца.
У меня слюнки текут еще сильнее, когда я думаю о том, как он кончает мне на язык. Я хотела этого с тех пор, как впервые почувствовала его член кончиками пальцев. Если бы мой отец не появился в тот момент, я не уверена, что не упала бы на колени в той раздевалке и не позволила бы ему делать с моим ртом все, что ему заблагорассудится.
Джуниор так сильно сжимает мои волосы, что я боюсь, как бы он их не вырвал. Боль смешивается с наслаждением внутри меня, и я стону для него, принимая его еще глубже, пока больше не могу.
— Элли, ляг.
Он выскальзывает у меня изо рта и переворачивает меня на спину. Я сжимаю его член, когда он придвигается ближе, и глажу его сильнее и быстрее, наблюдая, как его глаза закатываются по мере того, как я продвигаюсь дальше. Он сдвигается, приближая свой пах как можно ближе к моему лицу.