Выиграй мою любовь (СИ)

- Объясню, - кивнула Кристина. - Только давай не здесь. Я что-то устала. Отвези меня, пожалуйста, домой.
Дан хотел было возразить, но внимательно на нее посмотрел. Неизвестно, что он увидел в ее лице - бледность, усталость, задолбанность. Но это убедило его так сильно, что он просто нажал на брелок, отключающий сигнализацию. Все. В этой истории была окончательно поставлена точка.
  
Глава 43
 
- Эм... Дангулов, я, конечно, дико извиняюсь, но что в моих словах «отвези меня домой» заставило тебя подумать, что я напрашиваюсь в гости к тебе? - вкрадчиво уточнила Кристина, заметив, что они остановились около подъезда знакомой высотки.
- Твое поведение, - хмыкнул Данил. - Откуда я знаю, что еще вытворит сбежавшая из больницы неадекватная женщина с сотрясением мозга?
- Да ты, - Крис аж задохнулась от возмущения. - Ты!
- Ну я, - Дангулов наклонился и чмокнул ее в нос. - Иди уже. Под присмотром хоть будешь, катастрофа ходячая.
- Мне Ксан позвонить надо. Она переживает, - нахмурилась Кристина. И как она могла забыть о подруге, которая, находясь за сотни километров умудрилась организовать спасительную миссию?
- Ей Ян уже написал, уверяю. Он дорожит собственной жизнью, - ухмыльнулся Дан, открывая дверь с ее стороны.
- Она завтра приезжает, - невпопад сказала Крис, выходя из машины и невольно оказываясь буквально в пяти сантиметрах от него. Почему-то парень не спешил уступать ей место, давая пройти мимо.
- Дан, - подняла она на него на глаза, и замерла, ошеломленная той гаммой эмоций, которая отразилась в его взгляде. В следующее мгновение его руки стиснули ее с такой силой, что, казалось, вот-вот ее раздавит.
- Еще раз так рискнешь, я тебя сам убью, - прошептал он куда-то в ее волосы. Отпустил также внезапно, как и обнял, даже не давая возможности что-либо сказать. - Идем домой. Нам еще надо Егору доложить, в какую клетку птичка упорхнула и что ее удалось отловить.
В лифте он позвонил ее брату и сообщил, что все в порядке и Крис у него, чтобы тот не волновался. Вошел в квартиру молча, разулся, прошел в гостиную. Лаирова направилась следом. А там ее вдруг неожиданно схватили за руку, усадили к себе на колени и сжали в объятиях так, что она даже не могла пошевелиться.
- Я дико за тебя испугался, когда твоя подруга написала Яну. Ты сумасшедшая, невозможная девушка! Как тебе только в голову пришло пойти одной к ней? Как?
Он что-то еще бормотал и не факт, что вообще ждал ответа. А Кристина вдруг неожиданно для себя разрыдалась, осознав, что все действительно осталось позади.
Больше не будет никаких подарков, мотоциклистов, пауков, выстрелов... И подруги тоже.. .не будет. Эта мысль вызвала новый поток слез.
- Солнышко ты мое, - Дан прижался губами к ее виску. Но успокоиться не просил. Понимал, что это бесполезно. Вот только каждый ее всхлип был словно ножом по сердцу. А еще чесались кулаки. Нет, он знал, женщин нельзя бить даже цветами, но этой с*чке он бы с удовольствием врезал. Зачем, вот зачем она все это делала? Непонятно.
- Она всю жизнь меня ненавидела, - отвечая на незаданный вопрос, сквозь всхлипы проговорила Кристина. - По мелочам. скопилось. А потом, насколько я понимаю, последней каплей стало издание книги.
- О твоем побеге из больницы мы еще поговорим, - грозно пообещал Дан, но тут же смягчил тон, стоило девушке снова всхлипнуть. - А как они тогда с мотоциклистом узнали, где ты?
- Мы переписывались в те дни. Догадаться, как я буду возвращаться, несложно. Да и найти меня в парке тоже легко было. Я ей фотки озера кидала, - призналась Кристина и уткнулась носом в его шею, чувствуя аромат его парфюма. Такой знакомый, практически родной, запах. И почему-то от его тепла и с каждой пророненной слезой становилось чуточку легче. Да, по-прежнему было больно. Да, обидно. Она потеряла близкого человека. Более того, выяснилось, что этот человек близким никогда и не являлся. Но она ведь не одинока. У нее есть братья. Есть Ксан, которая даже за сотни километров умудряется быть ближе многих. Есть однокурсницы, друзья-приятели. Игнат, который всегда будет горой за нее стоять. И, наверное, есть Дан. Есть же?
 
- Все хорошо, - словно услышал ее мысли парень. - Мы все переживем, Крис. И ты, поганка, могла бы сказать про презентацию. Я бы хотел присутствовать.
Кристина хихикнула сквозь слезы - и от эпитета, и от представленной картины. Среди читателей-девчонок гордым особняком возвышается это чудо под метр восемьдесят и с умным видом (как он любит это делать) рассуждает о современной литературе. Три ха-ха!
- Делать тебе там нечего, - прошептала она. - Я бы в твоем присутствии еще больше волновалась.
- То есть тебе мое мнение все-таки небезразлично? - уточнил Дан. Он словно нарочно отвлекал ее разговорами, лишь бы она не думала о том, что произошло. И даже отошло на второй план, что Крис так и не пояснила, почему ничего не сделала, не заявила на эту мадам куда следует. Впрочем, Дангулов догадывался: его слишком добрая писательница не хочет вредить бывшей подруге. Ну и черт с ней! Лишь бы Кристина перестала плакать.
- Кстати, о твоем мнении, - Лаирова выпрямилась в его руках, явно собираясь разговаривать о чем-то серьезном. Вытерла тыльной стороной ладони слезы и попросила. - Отпусти, пожалуйста. Нам надо поговорить.
- О чем? - Дан замер, не торопясь выпускать ее из объятий. Пришлось слегка ткнуть его локтем, напоминая о требовании. Нехотя парень разжал руки. Кристина тут же пересела на диван и строго посмотрела на него серыми глазами:
- Теперь, мне кажется, самое время поговорить о присланных подарках, а также о том, каким чудесным образом первый из них оказался у меня ДО нашего знакомства.
М-да, Кристине не раз говорили, что она весьма и весьма жестокий автор, который сспособен обломать все трогательные моменты и романтику вот такой вот прозой жизни. Но в реальности она проворачивала этот фокус впервые. Да и не с кем ей это было делать. Однако именно сейчас, в этот самый момент, ей показалось это правильным. Нужно знать правду. До того, как все зашло слишком далеко. Потому что иначе, позже, это может оказаться гораздо больнее. И, если что, она сегодня уже потеряла одного близкого человека... А где один, там и двое.
На самом деле, Кристина понимала, что это, в первую очередь, говорят ее собственные страхи. Дан, несмотря на пари и прочее, ни разу не давал повод усомниться в нем. Поддерживал, пережидал ее психи, поднимал настроение, спасал. Хотя, казалось бы, куда проще было бы послать ее куда подальше со всеми ее выкрутасами и сумасшедшей семейкой. Но... Каждая девочка, что бы они ни говорила и как бы ни хорохорилась, в душе мечтает, чтобы ее любили. И важно не просто это знать, а слышать. Хоть сейчас, в современном мире, слова практически обесценились, упор идет на поступки, но слышать их не необходимо. Чтобы отпустить сомнения и позволить себе поверить в сказку.
- Ну. - Дан откровенно замялся. - Я даже не знаю, с чего начать.
- Начни с начала, - с едва уловимой улыбкой посоветовала Кристина. - Г оворят, помогает.
- Пожалуй, я начну с вопроса. Ты только не смейся, ладно? - попросил Дангулов.
- Многообещающее начало, - хмыкнула Кристина, предполагая, что он сейчас спросит, удалось ли ему выиграть пари или нет. Ну уж нет, она не собирается ни в чем первой признаваться! Пусть колется! Час настал!
- Тогда, в парфюмерном магазине, ты ведь слышала мой разговор с Владом и мою теорию?
- уточнил Данил, сцепляя пальцы между собой так, что побелели костяшки.
 
- Ну да, а какое отношение это имеет. - не поняла Кристина, но вдруг охнула, догадавшись.
- Погоди-погоди, ты хочешь сказать, что нанюхался и решил, что твоя теория действует?
- Блин, - не сдержался и сам расхохотался Данил. - В твоих устах это звучит так, будто я заядлый наркоман.
- Дан, то есть так и было? - Кристина была, мягко говоря, слегка в шоке от услышанного. Нет, она догадывалась, что знакомство в парке было отнюдь не случайным, но чтобы причины были такими идиотскими? Уж насколько она горазда на всякие выдумки, его теория все равно не могла не поражать. Как так, влюбиться по запаху? Это же чисто химия, это просто не может быть долговечным. Да что там, запав на запах, можно посмотреть на этого самого человека, перекреститься и просто сбежать от ужаса. Нет, теория определенно требует значительной доработки. Свои мысли она, тщательно подбирая слова, озвучила вслух.