Как я строил магическую империю 4 (СИ)

Мда… Странно, что она вообще ещё жива. Похоже, действительно сильный маг.
Я уничтожил жучка и оглянулся — моих ребят поглотила толпа, и абсолютно никому не было до меня дела.
Я сделал вид, что с интересом изучаю заборы, медленно, но всё больше ускоряясь, пошёл в сторону дома старосты и через минуту уже подходил к нужной калитке.
Меня все ещё не хватились, и я быстро забежал на участок, а потом в дом.
— Всем привет!
— Вы кто? — Вскочила со стула девушка, и, к своему удивлению, а я увидел в её руках ТТ.
— Это Дмитрий Николаевич! Наш барон! — быстро проговорила Мила. — Он хороший!
Во — уже второй раз за сегодня меня назвали хорошим. Приятно.
— Я могу ей помочь.
Я указал на лежащую на кровати старуху, и в этот момент она открыла глаза. Белого в них уже не было, только желтизна с красными прожилками.
— Ты пришёл от этого гада? — прохрипела старуха.
— Если вы про Щавелева, то нет. Мила, отойди, и будет лучше, если вы все сделаете вид, что вас тут нет.
Мила отскочила, а я встал на её место.
— Я и так скоро помру, — снова прохрипела старуха. — Неужели у этого козла совсем нет терпения?
— Я не от Щавелева, — повторил я и приложил ладони к животу женщины. — Сейчас может быть немного больно.
Я призвал магию изменений и, пробив защитный барьер, проник в тело больной.
Она вздрогнула и громко застонала.
— Бабуля! — воскликнула Жанна.
— Доверься ему! — схватила её за руки Мила.
— Да уже всё. Причина устранена, теперь вам нужно вылечить последствия.
Я отошёл в угол, а обе девушки склонились над кроватью.
— А ну брысь! — изменившимся голосом рявкнула на них Дарья Васильевна. — Я сама, а вы просто давайте мне ману!
Старуха вытащила из-под одеяла отёкшие жёлтые руки, положила их на живот, и в следующий миг с них полилась такая волна силы, что даже у меня встали дыбом волосы.
Вот это магия! Я не сдержал победной улыбки — ведь буквально на глазах тело женщины стало сдуваться, а цвет её кожи светлеть.
— Что это было? Что ты сделал? Ты кто? — не прекращая колдовать, засыпала меня вопросами женщина.
— Я добрый волшебник — барон Акулов, хозяин Савино, — рассмеялся я. — А вот по остальному я вам пока ничего сказать не могу. Это секрет рода.
На самом деле после произошедшего мне очень хотелось поговорить с бароном Щавелевым — ведь никаких порч не существует, а он ни много ни мало использовал на старосте Власова магию искажения. Причём изменил он работу одновременно и печени, и почек моей недавней пациентки. Не будь она таким сильным магом, умерла бы ещё две недели назад. И вопрос, сделал барон это умышлено или интуитивно, оставался открытым. И очень для меня важным.
* * *
Едущую навстречу колонну машин капитан Мышкин увидел издалека. Он потёр переносицу и устало посмотрел на сидящего за рулём своего помощника, старшего лейтенанта Жукова.
— Ты готов, Коля?
— Знать бы к чему, — невесело усмехнулся тот.
— Да ко всему. Тормози.
Колонна, включающая и два фургона-лаборатории, остановилась на обочине лесной дороги. Капитан вылез из внедорожника и внимательно посмотрел вперёд.
— В Усмани-то хоть кто-то остался? — присвистнул тоже вышедший наружу Жуков.
— Похоже, нет, — покачал головой Мышкин, насчитавший уже минимум десять машин. Включая один грузовик.
Колона сияющих огнями и визжащих сиренами машин остановилась прямо перед ними. Разумеется, полностью перекрыв при этом дорогу.
— Федя, — заорал выскочивший Аркадий Валентинович. — Почему эти фургоны до сих пор с тобой?
— Они арестованы, — пожал плечами капитан Мышкин.
— Я же тебе всё сказал по рации…
— Мне кажется, Аркадий Валентинович, вы ошиблись.
— Когда кажется, креститься надо, Федя. Всё, езжай в город, я сам ими займусь.
— Это моё расследование.
— Теперь нет!
В животе у капитана Мышкина свернулся тугой узел. Он не был трусом и всегда отстаивал правду, даже если это могло стоить ему должности, но отлично понимал, что сейчас находится на самом краю пропасти и дальше или полетит, или рухнет вниз. Вариант отступить он не рассматривал.
 
— Это моё расследование, Аркадий Валентинович, и мне кажется, вы в нём имеете какой-то личный интерес…
— Что? — Начальник полиции Усмани выпучил глаза и обернулся на стоящих за ним бойцов, которых, к слову, было втрое больше, чем тех, что сумел собрать Мышкин. — Это измена! Именем императора ты арестован! Семён, надеть на капитана Мышкина наручники!
  
Глава 20
 
Над дорогой на секунду повисла тишина, после чего из-за спины начальника выскочил рослый и широко скалящийся старший лейтенант в сопровождении пятёрки полицейских.
— Аркадий Валентинович, вы же понимаете, что это каторга? — протягивая руки, спросил Мышкин.
— Да, и поедешь на неё ты! Все назад! — Последний приказ относился к стоящим за спиной капитана бойцам. — У вас ещё есть шанс отмыться за неисполнение приказа!
— Не дёргайтесь, ребята, — кивнул Фёдор Филимонович и, подталкиваемый лейтенантом, медленно пошёл к машине. При этом он старался посмотреть в глаза каждому приехавшему с начальником полицейскому. Да, здесь были преданные тому люди, но, даже несмотря на это, лица многих отражали сомнения, а иных и вовсе страх.
Аркадий Валентинович проводил взглядом помощника и вытер пот со лба.
— Где арестованные? — резко спросил он, снова поворачиваясь к группе Мышкина.
— Вот в этом фургоне, — ткнул пальцем в один из фургонов старший лейтенант Жуков.
— Открыть!
Жуков переглянулся с остальными и медленно пошёл к двери передвижной лаборатории.
— Быстрее! — прикрикнул на него начальник.
Внутри у Аркадия Валентиновича бушевало пламя. Он понимал, что Мышкин прав и пожизненная каторга — это самое мягкое, что ему светит, но теперь пути назад не оставалось. Надо доделать дело, а по дороге в Усмань исчезнуть. Благо и деньги, и место, где спрятаться, он нашёл заранее.
Тем временем Жуков подошёл к большой двери. Замок щёлкнул, и старший лейтенант отступил в сторону.
— А открыть⁈ — рявкнул на него начальник, после чего сплюнул и сам потянул ручку, отодвигая массивную створку.
— Здравствуйте, Аркадий Валентинович, — раздался из недр лаборатории удивлённый голос. — А вы чего тут делаете?
— Я… я… — промямлил побледневший главный полицейский Усмани. — А вы что тут делаете⁈
— А мы с Фёдором Филимоновичем операцию по захвату наркоторговцев проводили. — В дверном проёме появился майор ликвидаторской службы Константин. — Ни фига себе, сколько вы народу привезли. А чего так поздно? Мы уже всё сделали. И где капитан Мышкин, кстати?
Майор выпрыгнул из фургона, а за ним один за другим стали появляться вооружённые до зубов боевые маги.
* * *
Впервые в этом мире я наблюдал такую мощную магию земли. Всего пятнадцать минут Дарье Васильевне потребовалось, чтобы ликвидировать все последствия долгое время практически не работающих почек и печени. И вскоре на кровати лежала пусть по-прежнему пожилая, но полная сил женщина.
— Выйдите, молодой человек! — твёрдым голосом произнесла она. — Жанна, а ты открой окна, дышать нечем.
Я усмехнулся и вышел за дверь, где лицом к лицу столкнулся с Жориком и ещё минимум тридцатью взволнованными жителями.
Судя по тому, что Рыбака и Топора зажали прямо в центре толпы, их держали в заложниках, на случай если я сделаю что-то плохое.
— Всё в порядке! — как мог широко улыбнулся я. — Порча снята, с Дарьей Васильевной всё будет хорошо.
Мне не поверили, и, отпихнув меня в сторону, Жорик влетел в дом.
— А ну пошёл отсюда! — раздался женский крик, и он тут же вылетел наружу.
— Она здорова! — радостно заголосил лохматый и вскинул кулаки вверх. — ЗДОРОВА!!!
Вот ему поверили, и площадку перед домом огласил рёв радости. Меня, как барона, трогать побоялись, а вот Рыбаку и Топору на эмоциях благодарности здорово намяли бока.