Белое море (СИ)
Ладно еще Демьян или Олег (хотя ему раньше нравилась Ольга Кривич, сама она была к нему абсолютно равнодушна). Но вот Верстанин как раз и завладел мыслями Ольги, и даже этого не заметил; в своем неведении отверг любовь нежного сердца, обратив внимание на гордую северянку. Бедная Оля, она ведь только недавно исцелилась от неразделенной любви к Ярогневу, и вот, пожалуйста, снова влюбилась в неподходящего парня — смертного, еще и избравшего другую!
Но и это не было самым ужасным откровением, снизошедшим на меня в ходе наблюдений… К сожалению, под чары Ярославы попал еще один парень.
— Ну а теперь, — продолжал Яркан, не подозревая, какие страсти кипят в жизни юных учеников, — когда мы наконец разобрались с причинами гибели Южного материка, можно приступить к новой теме. Придется вам изрядно постараться, слушая мою лекцию, потому что по ней вас ждет проверочная работа. И, если кто-то не справится, ставя под сомнение мои способности как преподавателя, придется ему присоединиться к сударю Курилину на зимних каникулах.
После такой угрозы ни у кого не осталось мятежного духа, и все ученики обратились в само внимание, ловя каждое слово Яркана. А рассказывал он все-таки интересно, не так, как Мщеров, но в своей импозантной манере:
— … поэтому паники не было, избранная группа действовала точно по протоколу. Однако рано или поздно трудные времена показывают, чего стоят те или другие драконы: даже среди лучших колонизаторов нашлись дураки, решившие, что материк еще можно вернуть, и хотели возвратиться обратно. Не знаю, чем бы закончилась история великой расы, если бы не решительность дракона Солнечного Ореола Казимира: он жестко подавил бунт, испепелил на месте непокорных, твердой рукой направил корабли на заданный курс, и никому не позволил усомниться в принятой ранее миссии колонизации новых континентов. Ему помогали Ясногор Денницин (основатель небезызвестной вам династии Ясногоровых) и Вулко Кратон, прямым потомком которого является мой коллега господин Круторогов.
Едва заметно дернулась, надеясь, что никто не смотрел на меня в этот момент. Раз Артемий Круторогов мой отец, то и я принадлежу роду великого Кратона! Кто бы мог подумать, как судьба надо мной посмеется: еще недавно я считала себя сироткой, дочерью бедных людей, а сейчас вполне могла гордиться, зная, что моему роду тысячи лет. Роду драконов, могущественных, наделенных властью! А самое смешное, что никто об этом не знал и не должен был узнать.
— Втроем они установили жесткий порядок, который порой переходил границы разумного, но только благодаря их усилиям колонизаторы достигли новых берегов. Иначе паникеры убедили бы остальных в неразумности миссии, и вернулись бы на Южный материк. Ну а там все бы погибли, как те, кому не досталось места на спасательных кораблях.
— Можно вопрос? — неожиданно поднял руку Демьян Клеверов.
— Задавайте, — разрешил Яркан с поистине драконьим благодушием, от которого у меня мурашки по коже пробежали.
— А почему не снарядили больше кораблей? Почему многим драконам позволили погибнуть? Вряд ли дело было в нехватке материальных ресурсов, раз у них были амбиции захвата чужих континентов.
— Хороший вопрос! Еще немного, и я «излечу» всех от глупости, навеянной вам классическими учебниками. Пожалуй, даже стоит назначить господина Мщерова в попечительский совет вместо себя: он будет настаивать на одобренном материале, а я — сражаться за чистоту и непредвзятость знаний.
Мне его грубость и сарказм начинали нравиться, хотя кровные драконы с шоком привыкали ко столь непривычной манере обращения.
— Отвечая на вопрос сударя Клеверова, сразу попрошу прощения за следующие слова. Возможно, нежным барышням понадобятся платочки — утирать впечатлительные носы, но я не могу вам лгать, какой тогда из меня преподаватель?
Он обвел нас цепким взглядом, и без дальнейших предисловий заявил:
— Слабые должны умереть — таков был порядок нового мира. Идя на войну, никто не возьмет с собой обузу, которую нужно кормить, охранять и все время поддерживать. Корабли с избранными, самыми лучшими драконами Южного материка отправились создавать новый мир; те же, кто не мог терпеть тяготы плавания и дальнейших сражений, остались дома, погибая вместе со своей родиной. И никто не ныл, нет, это было честью, достойной гибелью. Ну а колонизаторы остались сами по себе, представ перед простым выбором: либо смерть и забвение на чужбине, либо победа и вечная слава. Итог очевиден.
— Да, южане покорили всех! — с важным видом вставила Нина Грачева, будто завоевание Норгратера — ее личная заслуга.
— Не всех. Северяне так и остались непобежденными, и встали под стяг Казимировых по своей воле, — его горячий взгляд снова мазнул по Ярославе. — И это я не говорю о пустынных жителях. Вы же знаете о них? Эти невероятные драконы песков Сахры Ульмовти наотрез отказались признавать над собой чью-либо власть. Когда их попытались истребить, фидаины дали такой отпор, что нам до сих пор не удалось захватить кого-либо в плен или узнать что-либо об их укладе жизни. Они с легкостью уходят под песок, преодолевая расстояние прямо под дюнами, их коже не вредят бури, которые сдирают лица с простых смертных. Кстати, именно по этой причине в Сахре Ульмовти не живут люди: им там и минуты не продержаться.
Макар и Нина бросили на меня одинаковые взгляды, словно говоря, что у жителей той страны есть определенное преимущество.
— А о морских обитателях кислотного моря вы можете узнать у сударыни Беломорской: она с ними встречалась достаточно часто.
Все снова глянули на Ярославу, которая по-прежнему не проявляла эмоций. Если Яркан хотел раззадорить ее, то пока что проигрывал.
— А люди? — вдруг спросил Макар, отчего образовалась мертвая тишина. — Как покорители впервые встретили людей? На Южном материке ведь их не было. В учебниках нет прямого ответа, хотя в ходе завоевания велись хроники.
Преподаватель хмуро посмотрел на парня, но причин не ответить у него не было: Макар не проявил открытого неуважения, и сформулировал вопрос вполне корректно. Хотя я отчетливо почувствовала исходящие от Александра и других мальчишек волны ненависти к Курилину.
— Те, кто вели хроники, не дали четкого ответа, поэтому в разных державах данную часть истории покорения трактуют по-разному. Могу сказать одно: драконы не были готовы к подобной встрече. Они считали себя единственной разумной формой жизни на планете. Может, разведывательные группы и встречали коренных драконов Норгратера, но вот о людях им точно не было известно. Какими они предстали перед закаленными в испытаниях и технически развитыми выходцами Южного континента? Слабые, недолго живущие и быстро стареющие, верующие во всяких нелепых богов, которых сами же себе и выдумали. Южане презирали все, что выходило за пределы логики и научных рамок, поэтому долго не признавали новоявленных соседей. А потом, перестав испытывать отвращение, решили покорить, как и драконов Норгратера. И первым, что колонизаторы сделали, — запретили любые религии и прочие свидетельства невежества. Это дало свои плоды: как только люди отринули бессмысленных богов, в их жизнь пришла гармония, процветание, знания и возможность жить в добрососедских отношениях с драконами. Как вы знаете (или не знаете, в своем невежестве вы меня сегодня едва не утопили), смертные сейчас трудятся во многих важных сферах, живут в достатке и пользуются самыми разными привилегиями, например, они могут учиться в Академии!
Идиоты вокруг благостно кивали, довольствуясь осознанием своего благородства как «высшей расы». Ублюдки! Кровь вскипела от унижения и невозможности высказать всю правду в лицо. Привычным усилием сдержала рвущийся наружу крик, пытаясь изобразить спокойствие или хотя бы просто не пропустить ненависть во взгляд.
В одной из башен Академии зазвенел колокол, возвещая конец занятия.
— Ну надо же, как быстро прошло время! А мы столько еще не прошли, — ученики облегченно вздохнули, но поперхнулись от следующих его слов. — Тогда придется дать вам для самостоятельного изучения побольше материала, чтобы на следующей встрече вы меня поражали знаниями, а не тупостью!