Генезис (СИ)
- Поберегись! - крикнул я, и проводник метнулся в сторону, а мимо него наружу пролетели два тела.
Потом за второй парой сбегал и третьей, освободив наше купе. А старушка с девушкой и ребёнком имели билеты. Сразу показали.
- Что же вы их не выпроводили? - спросил я.
- Таких бугаёв выпроводишь. Две наши полки заняли, - проворчала старушка, и неожиданно поблагодарила что избавил от наглых попутчиков.
К нам заглядывали, спрашивали есть ли свободные места, на что уже я интересовался наличием билета именно в наше купе, ехать в тесноте я не собирался. Милиция или те наглецы так и не появились, и наш поезд покидая Ростов устремился в сторону Москвы. Тут глубокий тыл - и несмотря на то что немецкие бомбардировщики нет-нет, но устраивают налёты на тыловые города, в безопасности нашего маршрута я был уверен. Поэтому изрядно поразился, когда ночью наш поезд встал в степи и стоял на месте до самого утра. Я вышел спросить у проводника. Оказалось, мост разрушен, с обеих сторон скопились составы. Ремонтный поезд подойти не может. Сейчас поезда отгоняют назад, на узловые станции, освобождая путь. Наш к мосту первым подошёл, чудом не сверзился вниз, какой-то доброхот остановил, махая белой тряпкой. Я не поленился, выглянул, сзади путь ещё занят, поэтому выйдя в открытую дверь, тут несколько пассажиров снаружи курило, и сбегал вперёд, посмотреть, что у моста происходит. Действительно разрушен, его осматривали несколько мужчин, тут были и в железнодорожной форме.
- Диверсия, - сразу определил я. - Это не налёт. Был подрыв моста.
Говорил я больше для себя, но кто-то из присутствующих услышал. Вот один мужчина в костюме и плаще, не смотря на жаркую ночь, спросил:
- Почему ты так решил?
- Тоже мне нашли откровение. Взрыв снизу был, потому обломки рельсов вверх заданы. При взрыве бомбы была бы большая воронка и вниз вдавлены. Да и рельсы бы волнами пошли. А тут ничего такого нет, точечный подрыв. Диверсионная группа работала. А это странно. Степи кругом, поискать на самолёте, можно будет обнаружить. Зачем так рисковать? Да и мосток плёвый, через овраг, однопролётный. Дня за два отремонтируют. Кстати, а его разве не должны были охранять, всё же важный объект на транспортной магистрали?
- Вроде как должны, - пожал мужчина в плаще плечами.
Посмотрев на наш поезд, эшелон что стоял за ним всё ещё на месте, но другой отходил задом, пятясь, я решил, что время есть и побегал вокруг. Охрана действительно была, четыре тела нашёл в форме железнодорожных войск, ножами сняты, спрятаны дальше в кустах, о чём сообщил железнодорожникам, те к ним пошли, а я бегом вернулся в вагон и в своё купе, где снова разделся и вскоре уснул. Чувствуя, как дёрнувшись, поезд наш стал пятиться назад.
Вот уже как два дня мы стоим на полустанке в тупике, кроме нас сюда загнали ещё один поезд, другие дальше отогнали. Полустанок пустой, вдали хутор виднелся, но ни деревни ни села тут не было, постройки, три дома местных служащих, и всё. Даже буфета тут не было. Этот полустанок использовался как технический, для заправки танкеров паровозов водой и углём. Хорошо у меня припасов порядочно, соседей по купе подкармливать начал. Другие вот и на хутор бегали чтобы что-то купить. Там стали готовить и продавать готовую пищу, хуторяне явно изрядно подзаработали на этом, потому как служащие станции этим ничуть не озаботились. Однако вот, мимо прошёл ремонтный поезд и по второй колее встречные поезда пошли, ну и нам дали три гудка и наш поезд вернувшись на колею направился в сторону Москвы. Починенный мост выдержал массу нашего поезда, и мы устремились дальше. Лёжа на полке я размышлял. Воевать в РККА я не собирался. Тут и возраст не тот, специально замедлил чтобы дольше молодым оставаться, и желания нет. Взрослые люди в армию идут, вот пусть и воюют. А случай в Крыму с перехватом вражеской авиации, это так, баловство. Повеселился я. Тем более я уже воевал, пусть и был убит. Только вот до этого момента произошло много неприятного, от расстрела до трибунала, так что не горю желанием связываться с местными властями. При этом повоевать с немцами я был не прочь, но сам, без руководящих органов над головой. То есть, устроить личную войну, если кто не понял. Партизанить.
Идея мне нравится, и возможно именно поэтому в Москве я останавливаться не хотел. Сойду раньше, и приобрету билет на Ленинград. С остальными родными у меня всё в порядке, беспокоил средний брат что будет сбит над Балтикой седьмого августа. Нужно подготовится, я чувствовал ответственность за них, всё же не чужие люди. В том письме что пришло на моё имя было подробно описано очевидцами как всё произошло, но главное, когда и где. Название финского острова я хорошо запомнил. Парашют брата видели, прыгнул он, но потом бой сместился и что происходило дальше те не знали. Бой над финскими водами был, там мелькали их сторожевые катера, могли брата из воды поднять. А это значит плен. Будем решать этот вопрос. А пока мы катили всё дальше и дальше. График перевозок был изрядно нарушен, мы часто стояли на полустанках, тут степи пустынными выглядели, но всё же дошли до Воронежа. Кстати, мои соседи тут сошли, и сели другие пассажиры. Я бегал на вокзал у старушек припасов прикупил, мои мы подъели. Так поезд и шёл дальше. Сойти перед Москвой я не успел, ночь была, поезд не останавливался и так без остановок в Москву и зашёл. Пришлось сходить. К моему удивлению, меня никто не встречал. Тут или телефонограмма не дошла, или из-за изменения расписания, из-за уничтоженного моста, не знали, когда прибудем. Тем более тот я, будучи в теле Юры Некрасова, что-то не припомню чтобы родственник объявлялся, так что перед очами семьи до его гибели, а это в начале сентября произойдёт, появляться не стоит. Уж я найду себе занятие по душе.
Раз меня не встречают, я решил провести разведку, узнать, что тут вообще происходит. Пользуясь ночью, скрылся в темноте, а то один из пассажиров в купе надо мной шефство хотел взять, я анекдотами путь скрашивал, разными юмористическими рассказами. Хохотало всё купе, к нам набились попутчики из соседних, в коридоре стояли, тоже слушали. А тот больно уж интересовался этим. Правда, не говорил зачем. Так что свалил от него, тот с чемоданом замешкался в тамбуре, и ушёл. Бегаю я хорошо, добежав до парка Горького, обустроился там на ночёвку и вскоре уже спал. Завтра рынок посещу, для таких ночёвок идеально подходит плащ-палатка, всегда ранее ею пользовался, или плащами, а так курткой укрываться не совсем то. Да и защита от дождя в случае нужды.
Утром, позавтракав, крохами, тем что осталось, я собрался и направился на рынок. Тот самый, колхозный, где в прошлой жизни в теле Некрасова сам часто закупался. В общем, купил утварь, плащ-палатку долго искал, редкий товар, но приобрёл новенькую зелёную армейскую. Припасов взял, с возможностью долгого хранения. Тут же поел, у одной старушки мясной пирог обнаружил, та только пришла, вот и купил, половину убрал в сумку к припасам, и крынку мясного бульона приобрёл, ещё тёплого, и сидел рядом со старушкой, завтракал второй половиной пирога. Тех крох что час назад съел, мне было мало. А вообще я на удивление прилично питался, больше чем обычный среднестатический мальчишка, как взрослый. Но для чего понятно, организму требовался материал. Тем более я остановил старение, остановившись на одном возрасте, на это тоже нужны материалы.
Покинув рынок, всё что нужно я приобрёл, вернулся в парк Горького и погуляв по нему, обнаружил отличное место для схрона, дупло в вековом дереве. Золото и деньги при мне, зачем мне их в Ленинград возить? Заберу тысячу рублей и с десяток золотых монет как НЗ, остальное тут спрячу. Вернусь, приберу. Так я и сделал. Укрыл в дупле всё ценное, даже закопал, мусору в нём хватало, вот и убрал. А дальше сунув в дупло почти пустой вещмешок, да и сумку тоже, спустился вниз, дупло в шести метрах от земли находилось, и побежал к той больнице, где лежал в прошлой жизни со сломанными рёбрами. Там и обнаружил Юру Некрасова. Потом до вечера наблюдал за жизнью Тоси и родных из семьи. Ну и подговорив одного мальчишку, отправил к младшей сестрёнке, чтобы расспросил ту, не ожидают ли те родственника, получали ли телефонограмму. Вернулся он быстро, ничего не получали, потому и не ожидают никого. Уф-ф, гора с плеч. Дальше я не стал следить, и так знал, что у моих всё в порядке. Поэтому приобрёл билет до Ленинграда, через местных забулдыг, в купе место удалось купить, даже нижнюю полку, повезло что один мужчина свой билет сдавал. И утром следующего дня отбыл в Ленинград.