Полёт феникса (СИ)

— Я этого не вынесу, не могу без него!!! Зачем теперь всё это?!! — причитала она.
Эллис ходила по квартире заламывая руки и постоянно плача. Кирби ходил за ней следом, не в силах подобрать нужные слова для утешения.
Открылась дверь, и в комнату вошел Ник. В его глазах, серых глазах яшвара была опустошенность, он уже знал, что случилось с его отцом, узнал в тот момент, когда отец погиб. Ник не плакал, он остановился и скорбно взглянул на мать. При его виде, Эллис залилась слезами настолько горько, что Кирби уже не мог этого вынести.
— Мама не плачь, — тихо сказал восьмилетний мальчик, так похожий на своего отца. — Ничего не изменишь, будь сильной. Папа думал о тебе, я слышал, когда он умер.
— Не могу, не могу смириться с этим, у меня нет больше сил! — Эллис плакала, причитая уже целый час и ни Кирби, ни Ник не знали, как её успокоить.
— Может, вызвать медицинскую службу? Пусть они дадут ей сильное успокоительное, — сказал вслух сам себе Кирби.
— Не надо! Мама этого не любит, оставьте её, — ответил Ник. — Лучше я позвоню тёте Джуди, может, она сможет хоть как-то успокоить маму.
Эллис не обращая внимания на их разговоры, замкнулась в своём горе. Ник набрал нужный номер и, сдерживаясь, проговорил в трубку:
— Джудит, приезжай успокоить маму. Папа погиб.
— О, господи, нет! — только и раздалось в трубке.
Через пятнадцать минут Джуди была уже у них. Когда Эллис увидела подругу, она вытерла слёзы и злобно прошептала:
— Почему же ты плачешь, Джуди? Разве ты не скажешь мне, что это тоже чудесный план бога и на всё его воля? И что я всё выдержу как феникс, воскресая из пепла и ещё встречу много прекрасных людей? Так вот что я тебе скажу — феникс сгорел, а его пепел развеял ветер! И этот бредовый план я не принимаю! Где был твой милосердный бог, когда забирал моего Данаса?!! Я ненавижу его, его нет, нет твоего бога!!!
— Эллис, дорогая, — всхлипывая, проговорила Джуди. — Не надо так. Ты же сама учила Данаса слушаться своего сердца. А у него было доброе и благородное сердце, он спас этих людей, сделав свой выбор и ему будет слава на небесах. Позже ты поймешь это, сейчас горе застилает твой разум. Я думаю, господь доволен его поступком и он тоже скорбит с тобой. Помолись, отдай свою жизнь в руки бога, и он утешит тебя.
— Доволен?!! Скорбит?!! Как он мог допустить такое? Меня мог утешить только Данас, я хочу к нему. Прекрати нести этот бред, Джуди или уходи и молись сама!
— У тебя есть его сын, и ты должна жить ради него! — ответил Кирби.
— У меня нет сил пережить это снова! Почему я теряю любимых людей? У меня всех отбирают. У меня не выработался иммунитет к потерям. Нет! Нет! Это несправедливо! Оставьте меня в покое! Одну! — запричитала Эллис, снова заливаясь слезами.
— Мы не можем оставить тебя в покое одну! — раздался голос позади них. Это был голос Харидаса. Он стоял, смиренно глядя на горе, пришедшее в этот дом. — Я пришел, как только смог, чтобы поддержать тебя, Эллис.
Эллис повернула к нему осунувшееся лицо с красными от слёз глазами, горько усмехнулась сквозь слёзы и иронично сказала:
— Снова чудо телепартации, Карл? Ты пришёл принести в моё сердце покой и радость? Успокойся, Эллис, так надо, Эллис, да? Святоши чёртовы!!! Я уже тридцать лет как Эллис и не могу всё время терять и быть несчастной! Бог оставил меня, он забрал у меня моё сердце и вынул мою душу!
— Не пускай в своё сердце ночь и отчаяние. Чем легче человек переносит горе, тем сильней его личность. Алмаз надо искать среди камней. Господь трудностями проверяет силу преданности и веру, но он только свидетель. Бог не раздаёт награды и наказания, мы сами решаем свою судьбу ещё до нашего рождения на этой Земле, наша судьба предопределена нашими прошлыми жизнями. И сейчас перед тобой есть выбор, мы можем изменить свою карму лишь преданным служением. От того, что ты выберешь, будет зависеть твоя дальнейшая судьба, — убеждая ее, произнес Харидас.
— Я могу поклясться, что ты знал о том, что произойдет ещё шесть лет тому назад, на Локке! Отвечай, знал или нет?!! — выкрикнула Эллис.
 
— Знал, приблизительно. Но если бы я и рассказал, ничего бы не изменилось. У Данаса такая дхарма — спасти людей ценой своей жизни, — ответил он.
— И моей, — простонала Эллис.
— Нет, ты будешь жить ещё очень долго и ты никогда не будешь одна. Ты будешь получать помощь даже от того, от кого её не ждешь, — снова проговорил Харидас.
— Всем вам легко судить со стороны, говорить высокие фразы. Вы никогда не переживали того что я! Оставьте меня в покое! Ты можешь забрать с собой Джуди, Харидас, вы говорите на одном языке. Я больше ничего не хочу понимать! — устало простонала Эллис. Она вскочила и побежала в свою спальню. Там она упала на кровать и опять разрыдалась. Образ Данаса всюду следовал за ней. Каждая вещь в этом доме, каждый угол напоминал ей его, её любимого, её родного, которого она больше не увидит, к которому больше никогда не прикоснётся.
Ник испугано притих в гостиной. Карл посмотрел на Кирби и Джудит и уверенно проговорил:
— Она должна это вынести, хотя будет очень сложно. Мне пора уходить, берегите её, — он растворился в воздухе, так же неожиданно, как и возник.
Джудит тяжело вздохнула и обратилась к Торесу:
— Она теряет веру, Кирби, а это самое страшное. Я не знаю, что ей ещё можно сказать, какие доводы привести.
— Надо подождать, она опомнится. Я позову свою жену Линду, она психолог, может ей, как специалисту удастся найти нужные слова. Во всяком случае, Эллис нельзя оставлять одну, чтобы она не наделала глупостей, — проговорил он.
— А я заберу, Ника к себе, ему незачем видеть её в таком состоянии, — сказала Джудит.
Кирби позвонил домой и без объяснений попросил Линду немедленно прийти к Дейнам. Джуди с Ником уехали.
Линда мягкой походкой вошла в квартиру, она ещё никогда не видела своего мужа таким угнетенным и расстроенным.
— Что случилось, дорогой?
— Данас погиб. Эллис сходит с ума от горя, никого не хочет слушать. Поговори с ней.
Отправившись в спальню к Эллис, Линда долго пыталась убедить её осторожными фразами, что нельзя так бурно и неадекватно реагировать, что её состояние может пагубно сказаться на её здоровье и ещё десятком выражений, которыми пользуются психологи в своей практике, когда пытаются наладить контакт с пациентом. Эллис оторвалась от подушки и посмотрела ей в глаза:
— Скажи мне, Линда, ты бы сидела с таким спокойным лицом, прикрываясь своими умными фразами, если бы сейчас вошли и сказали, что твой ненаглядный муж погиб как герой? Ты бы спокойно пережила тот факт, что твоего обожаемого Кирби не стало? Задумайся, а потом давай советы. Уйдите все, я хочу остаться со своим горем наедине. Я не могу понять, почему у меня не дрогнула душа, когда он улетал, не возникло никакого предчувствия? Я бы его не пустила! Наверное, я сама собой приношу несчастья людям. Я потеряла родителей, Марка, дочь, а теперь и Данаса. Как я устала, смертельно устала…
— Выпей снотворного и отдохни. Я принесу тебе воды.
Линде с трудом удалось уговорить Эллис выпить успокоительного. Она сидела и гладила Эллис по плечу пока та, наконец, не уснула. Линда на носочках вышла из спальни к ожидающему Кирби:
— Уснула всё-таки. В такой ситуации трудно подобрать слова, когда рана так свежа, душевную боль так просто словами не унять. Она должна сама заставить себя успокоиться, — сказала Линда мужу.
— Возвращайся домой, а я останусь здесь. Её нельзя сейчас оставлять без присмотра, — выдохнул Кирби.
***
Спустя столько лет, Карл снова оказался у себя дома на Земле, в доме своих родителей, где он не появлялся бог весть сколько. После того как он навестил Эллис, Карл отправился к отцу. Капитан Нэм давно оставил службу и спокойно проводил время на пенсии. Он сидел перед телевизором, слушая последние новости галактики, когда его сын неожиданно сел рядом с ним.
 
— Карл, ты меня напугал! …Снова эти штучки. Неужели ты тоже овладел такими знаниями?