Полёт феникса (СИ)
В Денвере они сняли новое жилье, находившееся в непосредственной близости к космодрому. Рэй отправился осмотреть город и Эллис, наконец, осталась наедине с сыном.
Ник как будто тоже ждал этого:
— Это не мой папа, он чужой, только похож сверху, — прошептал он ей.
— Ты хотел сказать внешне? Да это не папа — это его родной брат, я не нашла папу. Но на свою голову я встретила вот этого, теперь пока наш папа не вернётся, мы будем слушаться Рэя и пусть все думают, что это и есть наш папа, — с горечью проговорила Эллис, обнимая сына.
— Не буду! Мой папа живой! — упрямо проговорил, не по своим годам развитый малыш.
— Правда? О, господи, почему же он тогда не возвращается?!! Мы будем его ждать, малыш, да? Он нас найдет, только не выдавай Рэя, не знаю, понимаешь ли ты, что я пытаюсь тебе объяснить или ты ещё слишком мал для этого. Не называй его ни папа, ни дядя, лучше никак! Скажи, Ники, ты можешь передать папе, туда, где он находиться, что мы в беде? — спросила Эллис, заглядывая сыну в глаза.
Малыш отрицательно покачал головой:
— Не могу … далеко … очень далеко.
Эллис улыбнулась ему. Несмотря на свой возраст, Ник иногда размышлял как большой и напоминал ей Данаса в миниатюре.
Эллис почти целыми днями сидела с сыном в комнате, правда они немного гуляли днём, но далеко от дома не отходили. А Рэй пропадал в городе, а когда появлялся, то они в основном не общались, но Эллис замечала, с каким довольным видом он возвращался. В таком режиме прошла целая неделя и рано утром на восьмой день Рэй объявил о своем решении:
— Я отказываюсь от второй недели отпуска и перевожусь в наземную службу координации разведполётов. У меня уже есть план действий. Кстати, я каждый день передаю от тебя привет на Яшвр в лагерь пленных. Не надо сразу так злиться, мне больше нравиться, когда ты улыбаешься!
— А не пошел бы ты, Рэй! Я хочу быть уверена, что с землянами не обойдутся жестоко, и не хочу, чтобы мои жертвы пропали даром из-за тебя. Как ты собираешься менять место работы, если у тебя нет личностного кода Данаса? — резко проговорила она.
— Думаю, не резонно переубеждать тебя, что, назвав меня идиотом, ты сильно ошиблась. Представь себе, я предусмотрел и это! У меня есть точно такой же код, как и у … твоего мужа. Конечно, это было сделано не законным способом, но я люблю рисковать, мне всегда не хватало адреналина в крови и я обожаю опасности. И ещё, вы будете сидеть дома взаперти. Так надежнёй!
Эллис подскочила со своего места:
— Это невозможно! Ребёнку нужно гулять каждый день на свежем воздухе, общаться с людьми! Я же сказала, что буду молчать! — закричала она.
— Кто тебе сказал, что воздух здесь свежий? На вашей планете нечем дышать, мне ясно, почему ваши сопланетники стали такими хилыми и ищут прибежища на других планетах, создавая там для себя колонии. А общаться с людьми вам как раз и не надо! Поэтому гулять, если это так уж необходимо и чтобы поменьше привлекать внимание к вашему заточению у соседей, вы будете со мной по вечерам. Мне не нравится твоя покорность. Ты обещаешь молчать, а сама только и думаешь, как кому-нибудь намекнуть! — он схватил её за плечи и развернул к себе лицом. — Что ты хотела сказать своей подруге Джудит? Кто такой этот Марк? После твоих слов у неё помутился рассудок! — Рэй пристально вглядывался ей в глаза, до боли сжимая ей плечи. — А ты умеешь, когда надо контролировать свои мысли, детка! Лучше рассказывай сама, а то мне придётся взломать твой блок, а это неприятно, но зато тогда я буду знать всё! Я в совершенстве владею техникой телепатии и гипноза, поэтому не надо долго раздумывать. Я прочитал мысли Джудит, и ты её испугала своими последними словами. Так что там у нас?
Рэй толкнул её в кресло и сел напротив. Эллис сдержано проговорила:
— Что ты хочешь услышать? Марк это наш общий знакомый.
— А ты врешь! — усмехнулся Рэй.
В голове у неё сразу неприятно зашумело и её передернуло от шокового импульса:
— Не надо! — сказала она, посмотрев ему в глаза. — Я сама! Марк это мой первый любимый человек. Это был особенный парень, мы должны были с ним пожениться. Был потому что он погиб. Корабль с гуманитарной помощью расстреляли … яшвары. Вы убили его! Ты и твои солдаты!
Он выслушал её и глазом не моргнул:
— И твоя подруга знает, что он покойник и об этом знает Данас, и этими словами ты пыталась привлечь её внимание. Браво! И после этого ты хочешь, чтобы я тебе доверял? Первый раз я тебе прощаю, по-родственному, но второго раза не будет!
— У меня к тебе один вопрос, Рэй! Ты участвовал в войне за колонию на Кальпе? — взволновано спросила Эллис.
Рэй посмотрел на неё долгим взглядом, при этом несколько смешанных эмоций отразились в его глазах, но так ничего ей и не ответил. Он вышел и вернулся через десять минут:
— Я ухожу до вечера, — и за ним закрылась дверь с кодовым замком, так началось их с Ником заключение.
Он лишил её всякой связи с внешним миром. Днями она играла с Ником, делала от скуки мелкую домашнюю работу, чтобы хоть как-то развлечься, она улыбалась для сына и ела через силу, чтобы не огорчать внимательного Ника. Вечером, когда возвращался Рэй, в своей новой синей форме старшего сержанта наземной службы они покидали свою тюрьму и выходили на прогулку.
Ник был славным ребенком, в его маленьком чистом сердечке не было столько злости на Рэя, сколько было её у Эллис. Он пытался общаться с дядей, подкупая его своей детской наивностью. Малышу не хватало общения, и поэтому он с удовольствием разговаривал даже с таким человеком как Рэй. Эллис наблюдала, как часто её сын семенит рядом с ним, не поспевая за размашистым шагом Рэя, как садиться возле него на скамейке и с интересом задает ему порой смешные, а порой не детские вопросы. Но как ни странно, Рэй не игнорировал ребёнка, он охотно отвечал малышу, пытаясь упростить свои ответы для детского понимания. И он никогда не был суров с мальчиком. Ник никогда не видел от него проявления жестокости, и ему вся больше и больше нравилось общаться со своим дядей, а со временем он и вовсе привязался к нему. Но Эллис была не в восторге от этого, чем больше её сын привыкал к Рэю, тем больше ей это не нравилось, ей казалось, что Рэй нарочно втирается в доверие к ребёнку, ставя перед собой неизвестно какие цели. Однажды она не удержалась и высказала ему свои претензии:
— Не надо притворяться заботливым дядей и использовать моего сына!
— Для чего? — сухо взглянув на нее, спросил Рэй.
— Не знаю, но меня ты не обманешь!
— Тебя легко обмануть, его нет! — резко ответил он.
— Да, я знаю, я наивная дура! Сама не знаю, почему я верю тебе, может, пленных на Яшвре давно уже нет в живых, а ты до сих пор шантажируешь меня этим! Чем ты мне докажешь, что они живы? Я ведь могу так легко выдать тебя и избавиться от тебя раз и навсегда! — проговорила она с вызовом.
— Можешь, но ты не сделаешь этого, потому что ты сомневаешься, а вдруг я не вру. Чем доказать? А ничем. Тебе придётся поверить мне на слово. Яшвары не умеют сюсюкать и распыляться в пышных фразах, пускать пыль в глаза, давать напрасные обещания, но они твёрдо держат свое слово. Если сказали, убьют, значит, сделают это, если сказали, отпустят, значит, выполнят, все чётко и ясно. Моё слово закон для меня и я не люблю менять своё решение. А если ты надумаешь сдать меня властям … ну что ж, только учти твоя жизнь и жизнь твоего ребенка зависит от меня, как и жизни пленных зависят от тебя. А по большому счёту, Эллис, ты жертвуешь не ради своей команды, ты вернулась сюда только ради сына. И я знаю, что это действительно так. Сколько я не наблюдал за землянами, я все равно не могу их понять, вы все такие разные, у каждого свой мир внутри, столько глупых мыслей засоряют ваши головы, непонятных чувств. Взять хотя бы твою подругу Джудит. Она верит в существование какого-то Творца?
— Что тебе до неё? Ты никогда не будешь такими как мы хоть ты и на половину человек, потому что тебя воспитали моральные уроды! — со злостью в голосе проговорила Эллис.