Блог демона Шаакси, или адская работёнка (СИ)

Хотя ответ и очевиден, конечно: трепаться, трепаться и ещё раз трепаться.
— Дорогая, — сказал я Ю., — что нашло на тебя сегодня? Я в целом не против всяких игр в связывание и тому подобного, но сейчас не время, мягко говоря. Тебе так не кажется?
Она рассмеялась и присела рядом со мной, изящная и элегантная. Я мысленно выругался: не стоило, ох не стоило мне в своё время делать её такой похожей на моего Ангела… теперь в глубине души что-то ёкает, когда я вижу кровь на этих белоснежных одеждах и безумие, горящее в глазах.
— Ах, Шакс, лицемерная тварь! — её смех звонок, как колокола восточных храмов, и остёр, как тысяча бритв. — Ты даже сейчас в своём репертуаре? Брось притворяться и пытаться задурить мне мозг. Сам ещё не понял, что теперь я тут хозяйка?
Ну да, ну да. Обиженные жизнью девочки и их мания контроля — плавали, знаем… К сожалению, о том, как опасно бывает оказаться в полной власти такой вот обиженной девочки, мне тоже известно не понаслышке.
— Ты всегда была тут хозяйкой, драгоценная… И, я смотрю, проблема с соперницей решена? — учитывая кровавый натюрморт, украшающий навершия заточившей меня пентаграммы.
Ю. снова засмеялась.
— О, что ты, дорогой! Вон то сердечко, действительно, принадлежит этой шлюшке. Ты видешь, оно ещё бьётся? Разве это не мило?
Я только мысленно вздохнул, прикинув, что где-то поблизости опять, как тысячу лет назад, бродит хищная девица-зомби в поисках принца-некрофила. И это, конечно, не зомби-апокалипсис, но — Шеф и все его карманные Пророки, какой же Бездны?! Это же Земля-4, тут зримая магия вскоре после становления офисов стала почти полностью невозможна! Тут не может быть зомби!..
Ну да. А ещё не может быть самих собой бьющихся сердец.
Пора было понять уже: если уж в этом мире смеялся сам Легион, пора мне пойти на буй со всякими там “невозможно”. Благо для этого любителя нарушать правила, ненавидящего систему офисов, возможно вообще всё.
И кстати, говоря о сердцах и прочем ливере…
— Ну ладно, — сказал я, — а другие комплектующие ты откуда взяла, драгоценная? Ты ещё какую-то соперницу употребила по назначению?
— О Шакс, разве я могла быть настолько неуважительной по отношению к тебе? Я была очень точна в своём желании исполнить ритуал правильно. Каждая из, как ты выразился, комплектующих принадлежит одной из моих соперниц.
Ох.
Я задумчиво посмотрел на Ю., попивающую коктейль.
Ну ничего себе.
В смысле, её история и должна была закончиться очной ставкой с соперницей, убийством, падением и прочим, но вот это… Как бы ни была плоха моя ситуация, я не мог не восхититься: мало кто из демонологов, подписавших с нами такие контракты, способен перекроить свою судьбу. Но Ю. вот смогла.
Не может не впечатлять.
— Понимаю твоё молчание, — проворковала Ю., — и догадываюсь, о чём ты думаешь сейчас. Ты ведь уже сбросил меня со счетов, верно? Счёл отработанным материалом? Высокомерная демоническая тварь, считающая меня только игрушкой, а себя — венцом творения… Меня таким не удивишь, дорогой. Ты ничем не отличаешься от всех других мужчин в моей жизни. И я поступлю с тобой так, как всегда поступала с ними: выдою и уничтожу.
 35 
Скажем, не удивила.
Это вообще типичный мировоззренческий паттерн для зеркальных королев: женщины у них поголовно соперницы, мужчины — источник благ и полезный заменяемый ресурс, дети — средство достижения статуса и целей. Как несложно догадаться, никого близкого у зеркальной королевы быть не может, такова уж особенность пути. Способность сопереживать и чувствовать благодарность тоже пропадает, хотя и на более поздних стадиях: это типично для людей, заключивших кабальные сделки с демонами. На так называемые “высокие” эмоции нужно много духовных сил, а у опустошённого сосуда их банально не хватает. В случае Ю. сосуд был уже практически пуст: ей оставался всего один рубеж до того, как она окажется полностью нашей. Мало кому при таком раскладе удавалось вырваться из наших лап и избежать падения с дарованной нами вершины, и точно это не были ведьмы уровня Ю.. Однако пора смириться: дороги, закрученные лично Легионом, полны сюрпризов.
 
Учитывая всё вышеперечисленное, ни на какую благодарность или снисходительность со стороны Ю. мне рассчитывать не было смысла. Но какой у меня выбор, кроме болтовни? Пока она занята разговором, есть вероятность, что она по крайней мере не разберёт меня на комплектующие. Или какие у неё планы на ставшее внезапно смертным тело? Вот, заодно и поинтересуюсь: зеркальные королевы обожают говорить о себе, самолюбие их больная точка, как и у большинства прочих клиентов нашего отдела.
— И каким же именно способом ты собралась меня доить? — я со значением поиграл бровями. — Кажется, я знаю парочку интересных вариантов…
Меня прервала пощёчина. Один из массивных перстней, украшавших нынче тонкие и обманчиво хрупкие пальчики, прочертил на моей щеке обжигающе-горячий росчерк. По коже потекло нечто тёплое.
Я шокировано моргнул.
Это было… странно.
Я никогда раньше не задумывался на самом деле о том, как ощущают это люди.
То есть… Духам тоже можно причинить боль, разумеется. Существует множество разновидностей духовного оружия, и магических полей, и энергетических волн, и аур, и излучений, которые влияют на нашу сущность так или иначе. Некоторые из них вполне способны нас серьёзно ранить или полностью уничтожить. Однако… Боль духа — это боль духа. Человек тоже может испытать её, например, оказавшись перед неприемлемым выбором, или пережив глубокий катарсис, или услышав по-настоящему разрывающую сердце музыку… В принципе, любое искусство, созданное мастером боли из подлинных тёмных творцов, в этом вопросе сойдёт.
Так что да, человек может почувствовать боль духа.
Но дух не может ощутить боль человека вместе с ним, даже во время так называемой одержимости. На двоих дух и человек ощущают только добровольно разделённую боль, что огромная редкость — кто ж из наших согласится?.. Ну, то есть, случаи бывали, конечно: под сенью Древа в принципе очень мало есть вещей, подлинно невозможных. Но такая степень взаимного доверия между человеком и слабой сущностью — всё же, редкость.
Духи же моего ранга и вовсе вселяться в людей не могут, как минимум, надолго и без гарантированной смерти хоста. Нет, демон вроде меня способен воспользоваться телом своего контрагента, как марионеткой, причём количество таких тел-марионеток прямо пропорционально уровню могущества. Мне, например, под силу контролировать до двух сотен марионеток за раз, и это считается достаточно высоким уровнем… Нет, понятно, что мой старый-новый приятель Хэл, по слухам, может жить во множестве им же под свои нужды сотворённых тел и контролировать до нескольких миллионов марионеток в разных мирах, при желании дополняя свою армию контрагентами любого из своих подчинённых. Количество же тех, в чей разум он может вложить необходимую ему идею или эмоцию, и вовсе поражает воображение.
Собственно, это вторая причина, по которой Легион именуется именно Легионом.
Так или иначе, я за свою жизнь управлял немалым количеством марионеток (собственно, Ю. тоже должна была на некоторое время стать одной из них). Но все эти куклы были и оставались всего лишь мясными мешками, боль которых не имела ко мне ни малейшего отношения. А сознательно разделить с кем-то тело… в моей жизни были люди, которым я доверял в достаточной степени, но ни одного из них ни при каких обстоятельствах я не убил бы таким образом.
Так что да, вот в чём штука: я никогда не ощущал человеческую боль. Я не знал, какова она. И это странное, беспомощное ощущение глубоко шокировало меня. Настолько, что я на некоторое время потерял дар речи.
Впрочем, Ю. красноречия не утратила и высказывалась, можно сказать, за нас двоих.
— Заткнись, — сказала она, — заткнись! Думаешь, и дальше смеешь разговаривать со мной таким тоном? Я теперь здесь хозяйка! Я теперь всё контролирую! А ты — всего лишь жалкий человек. И, прежде чем забрать твои силы себе и стать демоницей, я покажу тебе всю боль, которую может испытать человеческое существо!