Абсолем

— Корсаков, — произнес он.
Адриан кивнул:
— Он не был безнадежным. И я послал к нему человека, который дал ему то, что помогало людям жить задолго до нашего пришествия. Это книга, которая рассказывает, к чему вы должны вернуться. Она много сильнее всех ваших научных исследований, вместе взятых.
Пока Адриан говорил, Макс лихорадочно соображал. Он никак не мог взять в толк, почему к ним не спешила помощь, почему в ангар не ворвались отряды полицейских.
— Откуда вы пришли? — спросил Макс.
Адриан приподнял руку и звонко щёлкнул большим и указательным пальцами:
— Вот оно! Вопрос неимоверно интересный, но задан исключительно из желания потянуть время.
Адриан смотрел Максу в глаза, он словно использовал их в качестве входа в мозг. Это было так явно, Макс буквально чувствовал, как у него в голове бессовестным образом копались, ворошили всё самое заветное, скрытое, неприкосновенное.
— Прекрати! — не выдержал Макс.
Адриан вскинул руки ладонями вперёд:
— Прости, но тут, знаешь ли, без вариантов. Здесь мне больше некого читать, кроме тебя. Я сейчас поясню. — Адриан сложил руки за спиной и проехался к лежащему без признаков жизни Тиллю. — Этот всегда слишком громко думал, мне даже не нужно было делать усилий, чтобы читать его. Он был поистине открытой книгой. Поверьте, вот такие и погубят ваш вид. Но сейчас, как видите, он совершенно бесполезен. Эту книгу я дочитал. — Адриан развернулся и подъехал чуть ближе к Лире. — Ты…
Он притормозил и провел указательным пальцем по серебристому локону, выбившемуся из общей копны волос. Лира даже не дернулась. Застыв словно изваяние, она смотрела прямо перед собой, ни разу не скосив взгляд на Адриана.
— Ты всегда была самым тяжёлым партнёром для меня, — продолжил Адриан, — тебя мне было необычайно сложно читать. Мне лишь изредка удавалось пробиться в твою голову. И когда это удавалось, я терялся. Твои мысли ускользали от меня, я только хватал одну, как тут же терял её, чтобы попытаться ухватить завершение следующей. И так бесконечно. А потом меня вдруг выкидывало из твоего разума, и уже я ощущал сильнейший дискомфорт в своей голове. Я долго мучился, прежде чем понял, в чем дело. Ты жертва фобоса, твой организм ещё в утробе матери получил ударную дозу и выработал иммунитет… — Адриан вновь поднял руку и начал перебирать пряди на голове застывшей Лиры. — Твои серебряные волосы, как защитный шлем от моего проникновения.
Он прекратил так же резко, как и начал. Мгновение, и Адриан уже стоял возле Макса:
— Теперь ты понимаешь, остаешься только ты, дядя.
Макс не отвел взгляд в сторону. Они стояли друг перед другом, лицом к лицу, дядя и племянник, человек и человекодемон — кровные родственники.
Наконец Адриан прервал молчание:
— Хорошо, отвечу, тебе действительно стало интересно. Демоны — странники. Путешествуют с планеты на планету. При необходимости способны быстро эволюционировать в тот вид, который обитает на выбранной планете. Кстати, вы делите демонов на разные виды, на самом деле те, кого вы называете ангелами, сарафами, гипнозами и фобосами, изначально были обычными красными рядовыми. Это те, кто эволюционировал в очередной вид и ещё не успел вернуть себе первоначальный облик. Но это, в общем-то, неплохо. Некоторые возможности, которые приобретают демоны, эволюционируя в выбранный объект, весьма полезны. Что бы я делал без помощи гипнозов?! — Адриан лукаво улыбнулся, обнажив ровный ряд идеальных зубов. Прищурив черные глаза, он подмигнул Максу: — Ну, неужели ты думал, что Стаховский действительно такой никчёмный преподаватель по стрельбе? Нет, отдадим ему должное, парень в порядке. В ночь Бала Победителей он был всего лишь под действием гипнозов. Это он разрядил вайпер Троя, а сам стрелял куда попало, чтобы быстрее разрядить свой, ах да, ещё передержки. Я представляю, как тебя это бесило, дядя…
 
Адриан засмеялся звонко и… по-доброму.
— Вернемся к эволюции, которая так взволновала вас. На Земле такой необходимости не было, здесь демонам было комфортно в их естественном виде. И Дино стал первым, кто эволюционировал на этой планете. А знаешь, в чем ещё мой отец был первым? Даже приняв новый облик, демоны никогда не вступали в контакт с тем видом, в который они эволюционировали. Даже после эволюции они скрещивались только меж собой. То, что сделал Дино, было неестественно даже для демонов.
Адриан изменился в лице, стал задумчивым. Он отвернулся от Макса и сделал несколько шагов вперёд, затем обернулся и развёл руками.
— То, что произошло, непостижимо. Даже для меня.
Адриан поднял руку и сжал семнадцатый номер. Он медленно перекатывал колбочку между указательным и большим пальцами, задумчиво глядя перед собой. Глаза Макса и Лиры зорко следили за каждым перекатом. И с каждым движением их сердца замирали и сжимались. Вправо — замерло, влево — сжалось, вправо — замерло, влево — сжалось, вправо…
Макс чувствовал, как струйки пота стекают по спине, испарина покрыла и виски. Вправо — замерло, влево — сжалось, вправо — замерло, влево — сжалось…
Лира вдруг ощутила, что это одновременное чувство загнанности, беспомощности и страха ей знакомо, она уже испытывала нечто подобное, но когда? Где? Она не могла припомнить ни одной даже близко похожей ситуации. Кто и когда ее так загонял, пугал, а она была совершенно беспомощна? И тут она с необычайной ясностью поняла, это было давно, тогда… ещё в утробе матери, которую загнал фобос.
— Какая гамма эмоций! — неожиданно произнёс Адриан.
Он смотрел на них с неподдельным восхищением.
— Не думал, что кто-то еще способен переживать подобное. Здесь буквально всё вибрирует от ваших переживаний и ощущений. Я это чувствую, это так будоражит. — Абсолем говорил с наслаждением, словно и вправду испытывал нечто неимоверно приятное. — Как хорошо прощаться на таком пике.
Адриан лёгким рывком сорвал колбочку с гидронити. Макс почувствовал, как вместе с этой нитью оборвалось и что-то внутри него. Он почему-то подумал о последних минутах жизни Софии. Когда пуповина между ней и её ребёнком была разорвана, его сестра перестала контролировать это существо, и тогда мир стал обречён. Или он был обречён задолго до того, когда лишился… как он сказал… веры?
— Подожди! — Это сказала Лира.
Макс решил, что она произнесла это в порыве, в панике, но взгляд у девушки был совершенно спокойный и осознанный. Адриан смотрел на неё заинтересованно.
— Ты же всё понимал, — проговорила Лира, приближаясь к абсолему.
Макс даже не сделал попытки остановить студентку: какая разница — мгновением позже, мгновением раньше?
— Тебе придётся пояснять, тебя читать я не могу, — напомнил Адриан.
— Ты же давно понял, что я испытываю что-то к тебе. — Сказав это, девушка посмотрела в сторону, пряча лицо, словно стушевалась.