Абсолем

Слова сами собой лились из его уст, сопровождаемые соответствующим выражением лица. В любое другое время Тилль провалился бы сквозь землю от стыда за такое наглое вранье. Но сейчас на кону стояла сотня тысяч жизней, в том числе и этого волонтёра.
— Хорошо, только постарайтесь найти друга как можно быстрее. Соревнования уже начинаются.
Действительно, первая десятка уже стояла на старте. Трибуны зашумели, предвкушая долгожданное зрелище. Неожиданно арена затихла, послышался хлопок, и через секунду трибуны взорвались. Не в силах усидеть, зрители вскакивали со своих мест, громко крича и подгоняя конькобежцев. Тилль с трудом пробирался сквозь беснующихся болельщиков, одновременно выискивая взглядом рыжую голову Барнаби Бартлби. Наконец он нашел его. Барнаби стоял рядом с красивой светловолосой девушкой. Одной рукой он обнимал её, другую вскидывал вместе с остальными студентами в такт движения конькобежцев.
— Давай-давай! — орал он.
Тилль притормозил, наблюдая за ним. Парень был похож на обычного оголтелого болельщика. Казалось, в эту секунду ничего, кроме соревнований его не интересовало. Неожиданно весь зал охнул. Блондинка, стоявшая рядом с Барнаби, с визгом уткнулась ему в грудь. Барнаби крепче прижал к себе девушку. Он и сам выглядел взволнованным и потрясённым. Тилль посмотрел на арену и увидел скорчившегося у борта конькобежца. Вокруг него были брызги крови, судя по всему, он повредил руку. Тилль вновь перевёл взгляд на Барнаби, тот уже эмоционально обсуждал произошедшее со своим приятелем.
Нет, это был явно не абсолем, он вел себя как обычный болельщик. Человек. Тилль еще пару секунд помялся. Он понимал, что необходимо было убедиться наверняка. По крайней мере, так бы сделала Лира. Уж она-то всегда все доводит до конца, не то что он. Тилль сделал несколько глубоких вдохов. Он засунул руку в карман и вытащил зажигалку, которую утром взял у отца. Он сжал её в потной ладони и двинулся вперёд. Он медленно приближался к Барнаби Бартлби, который даже не замечал, что является объектом чьего-то пристального внимания. Когда между ними оставалось не больше метра, Тилль включил зажигалку. Проходя мимо Барнаби, он «споткнулся» и полоснул того горячим жидким лазером по руке.
— Ай! — Барнаби громко вскрикнул, прижав к себе руку.
Прежде чем он подскочил, Тилль успел заметить небольшой свежий ожог.
— Совсем с ума сошел?! — Разозлённый Барнаби схватил Тилля за грудки. — Ты чего зажигалку в толпе включаешь?
Сзади его уже взволнованно пыталась оттянуть девушка.
— Прости, — тут же проговорил Тилль, — случайно вышло, я на арену засмотрелся и споткнулся.
— Оставь этого дурака, — проговорила блондинка, — дай я лучше руку посмотрю.
Барнаби отпустил Тилля, который тут же развернулся и пошёл обратно. Итак, это был точно не абсолем. Защитными свойствами организм Барнаби не обладал. Нужно было найти Лиру и сообщить ей, что Барнаби не тот, кто им нужен. Тилль включил манипулятор и набрал Лиру, но звонок, как назло, не проходил. То, о чём он недавно врал волонтёру, оказалось чистой правдой — все местные сети были перегружены…
* * *
…С ориентированием у Лиры никогда не было проблем. Она быстро нашла нужную трибуну. Удача явно благоволила ей: когда она подошла к нужному сектору, то увидела Лену Блаватски. Они вместе посещали дополнительный курс профессора Шпильмана. Лена тут же помахала Лире:
— Привет, давай к нам! У нас как раз есть свободное место. — Лена с трудом перекрикивала шум толпы.
— Привет! Не могу остаться. Я ищу одного человека, он учится с тобой в одной группе. — Говоря это, Лира пробежалась взглядом по ряду, но не заметила среди сидящих Эзру Ковача.
 
— Кого?
Лира нагнулась ближе к уху Лены:
— Эзру Ковача.
Лена отстранилась и многозначительно посмотрела на Лиру.
— Мы бы и сами хотели его видеть, — проговорила Лена.
— В смысле? — не поняла Лира.
— В смысле, он с утра какой-то странный, ни с кем не разговаривал, был хмурый, даже Кларе нагрубил, когда она пристала к нему с расспросами. А ведь она хотела как лучше, думала, ему нужна помощь. Кстати, я тебя на его место звала, — добавила Лена.
Лира смотрела на третьекурсницу. Сердце её лихорадочно забилось.
— Где вы его видели последний раз? Мне очень нужно его найти.
Лена пожала плечами:
— Я ещё утром его видела, в колледже. Скорее всего, Клара была последней, кто с ним разговаривал. Эй, Клара! — Лена позвала высокую темноволосую девушку, сидевшую через одного человека от неё. — Ты ведь видела Эзру недавно…
Чёрные как смоль брови Клары недовольно съехались.
— И надеюсь, в ближайшее время не увижу. Пока не извинится, не буду с ним разговаривать!
Лира нетерпеливо протиснулась к ней:
— Где ты его видела в последний раз?
Клара оценивающе посмотрела на Лиру:
— А тебе зачем?
— Нужно! — возможно Лира ответила грубее, чем следовало.
— Тебе нужно, вот и ищи его сама, — отрезала Клара и уставилась на линию старта, на которой уже выстраивалась первая группа конькобежцев.
Лира смотрела на грубый профиль Клары и понимала: еще секунда, и она вцепится в ее чёрные волосы. К счастью, вмешалась Лена:
— Клара, да брось ты. Скажи, где Эзра. Лира же не виновата, что он на тебя накричал.
Клара повернулась к ним и прижала палец к губам. Все трибуны притихли. Тишина. Хлопок. И взрыв, заставивший Лиру вздрогнуть. Трибуны ревели. Сердце девушки бешено заколотилось. Нужно было торопиться.
— Клара, пожалуйста, где Эзра? Это очень важно!
Лира попыталась вложить в свой голос всю мольбу и вежливость, на которые была способна в эту минуту, однако всё равно вышло нервно и нетерпеливо.
— Да внизу твой Эзра, возле раздевалки участников. Это рядом с восточным выходом.
Лира знала, где это. Развернувшись, она уже продиралась обратно сквозь болельщиков к платформе, которая должна была спустить ее обратно в общий холл, опоясывающий арену. Через минуту она была в совершенно пустом холле, не было видно даже волонтёров, которые тоже мечтали увидеть соревнования воочию, а потому были на арене, кто-то стоял в проходах, кому-то повезло устроиться на ступеньках. Лира понеслась по прямой. По ее расчётам, нужно было преодолеть около двухсот метров. В тот момент, когда первая группа конькобежцев делала крен на очередном повороте, входила в поворот и Лира. Она промчалась мимо трех выходов на трибуны и, наконец, увидела указатель в первую зону спортсменов. На запрещающих лентах светились уровни допуска. Лире вход туда был запрещён. Но волонтеров, следящих за порядком в этой зоне, не было на месте. Лира пролезла под лентой и подошла к раскрытой двери, ведущей в коридор с раздевалками. Девушка вошла в него и прислушалась, было тихо. Она заглянула в первое помещение, внутри было пусто. На диванах валялись сумки с повседневной одеждой и бутылки с питательными растворами. Лира заглянула в другое — пусто. И только в третьем оказались люди. Две девушки-волонтёра наводили порядок в раздевалке. Одна толкала перед собой портативный утилизатор, вторая шла рядом, поднимала пустые бутылки и обёртки от питательных батончиков и бросала в утилизатор. Девушка, шедшая сзади, заметила Лиру: