Однажды в Лопушках (СИ)
— Покажи, — Олег протянул руку.
И договор ему предоставили.
Хороший такой договор. Грамотно составленный. С некоторым, хотя следует отметить, что вполне обычным, количеством подводных камней.
— Стало быть, двенадцатиэтажка…
— Именно! В самом почти центре…
— В стороне от транспортных развязок. Тут до ближайшего автобуса полчаса идти…
— Это временно. У нас имеется договор с городской управой об организации дополнительного маршрута специально…
— И в какой стадии находится строительство?
— Поверьте, «СамСтрой» работает очень и очень быстро…
— И все-таки?
Молчание.
— Фундамент хоть залили?
— Уже приступили к возведению стен… — обиженно произнес риелтор.
— Ага, и какой процент квартир продано?
— Это… это закрытая информация! — возмущение заставило риелтора выпрямиться. И подбородок задрать. Стало быть, с продажами у них хреново. Вот и решили сразу две дыры заткнуть, переселить деревеньку, вероятно, даже не одну, а заодно провальный проект спасти.
Олег покачал головой и бумаги вернул.
— Во-первых, — сказал он, обращаясь к Марии Афанасьевне, что не спешила отступать за границу забора, но слушала превнимательно. Стало быть, сказанное к вечеру по деревне разнесется. — Вам предоставляют не квартиру. Точнее, квартиру, но получите вы её после введения дома в эксплуатацию. А когда это произойдет…
— Согласно плану в декабре нынешнего года! Это есть в договоре!
— Во-вторых, в договоре указана возможность… как бы это… изменения сроков сдачи, вот, — Олег вспомнил нужную строку. — Без применения штрафных санкций по отношению к субподрядчику. А это значит, что стройку и заморозить могут.
Мария Афанасьевна покачала головой.
— В-третьих, если вдруг это случится, то жалобу вы подать не сможете, ни на фирму, что организовывала размен, ни на субподрядчика.
— Надо же, как интересно… — произнесла Ксения презадумчиво. — То есть, дома отдать сейчас, а въехать в квартиры как-нибудь потом?
— Именно, — подтвердил Олег.
А риелтор засопел и оглянулся на провожатых, которые держались чуть в стороне и ждали инструкций. Подумалось, что драку затевать он не станет.
Не прилюдно.
Посередь бела дня да при Марии Афанасьевне, что трепетно оглаживала рукоять мотыги.
— Поймите, — риелтор вырвал договор из рук Олега. — Именно эта схема и позволит вам рассчитывать на действительно качественное жилье! Вы переедете в город!
— Чегой я там не видала, — проворчала Мария Афанасьевна, мотыгу, впрочем, не выпустив.
— Центральное отопление, канализация…
— Мил человек, так мы и туточки, чай, не дикарями живем…
— Отличная инфраструктура! В городе и поликлиника, и больница… в вашем возрасте актуально!
— Это ты на чтой намекаешь? — нахмурилась Мария Афанасьевна.
— Доктору гораздо проще будет добраться к вам туда, чем сюда.
— Сюда тоже добирается, — отмахнулись от аргумента. — И вообще, у нас туточки ведьма имеется, на кой ляд нам ваш дохтур. Говорю же ж, иди-ка ты, дорогой, туда, откудова явился. И передай, что никто-то из наших в город не хотит. А если кто хотит, то пущай едет…
И повернулась спиной, пошла медленно, вразвалку.
— Она…
— Медведица, — шепнула Ксения. — Это двоюродная бабушка. Моя.
И зарделась слегка.
— Папина тетка, — уточнила зачем-то Калина. — Её отца…
— А отец…
— Медведь, — Калина явно насмехалась, а Олег подумал, что… в общем, медведей он всегда уважал. Сильные звери. Умные.
Надо будет познакомиться.
Просто… на всякий случай, только сперва одежды прикупить и бритву тоже. Да, бритву нужно нормальную, потому как тем самым «Спутником» только резаться и можно.
— Послушайте, — риелтор вдруг подскочил, потеснивши Калину, и подхватил Олега под руку. От этакой наглости Красноцветов онемел даже. — Я понимаю, что вы хотите как лучше, но вы мне кажетесь человеком разумным.
— И что?
Он пошевелил пальцами. Вяло подумалось, что, ежели дать в морду этому вот, цепкому, то драка начнется. Потом разбирательство.
Еще и пресса набежит…
На кой ему такое?
— Мы могли бы сотрудничать… поверьте, мои поручители умеют ценить полезных людей.
— Ага…
— От вас многого не требуется. Просто… скажем так, побеседовать с местными, объяснить им, что предложение хорошее. И за каждый подписанный контракт вы получите премию… очень хорошую премию?
Калина отстала, и Ксению попридержала, сказав что-то.
А ведь…
Она многое способна рассказать, если уже не рассказала… и как быть?
— Предложение ведь отличнейшее! Смотрите, уже есть планы квартир, возможность выбрать этаж. И мы готовы пойти навстречу, скажем, увеличив площадь жилья, если квартира будет, скажем, на первом и двенадцатом…
…наверное, совсем дела погано идут, если даже этаж выбрать можно.
— …оговорить ремонт, точнее наличие его, что цену поднимет, но с другой стороны…
Риелтор, кем бы ни был, но деньги свои отработать пытался. Да что-то подсказывало, что не выйдет.
— Боюсь, ничего не получится, — Олег осторожно высвободил свою руку, отметив, что удерживать её не стали, а этот, в сером костюме, еще и ладони вытер. Ну да, Олег слегка взопрел и запылился, так ведь работал же ж. — Здесь люди очень к домам своим привязаны.
— Это пока есть к чему привязанным быть, — ответили ему с улыбкой. — А то ведь, понимаете, всякое случится может…
Хуже всего было то, что Олег и вправду понимал.
Глава 33 О девичьих беседах и планах
Грустной жопой радостно не пернешь.
Синюхин обнаружился ка кухне, куда я отправилась воды выпить, ибо после этаких снов, которые вовсе не сны даже, жажда обуяла неимоверная. И даже вид Синюхина, устроившегося на старом котелке, на который он заботливо газетку положил, чтоб штаны не вымазать, жажду эту нисколько не успокоил.
Напротив.
Пила я жадно, много, едва ли не захлебываясь.
— Все-таки манеры твои, как и прежде, оставляют желать лучшего, — произнес Синюхин и очочки снял. Говоря по правде, зрение у него было отменным, и очки он носил исключительно солидности ради. Еще на четвертом курсе начал, когда доверили на практикумах ассистировать. Тогда-то и пожелал выделиться.
Мы вместе эти очочки покупали.
Он перемерил с дюжину оправ, громко вздыхая над теми, что подороже, только денег от вздохов все одно не прибавилось, отчего Синюхин впал в тоску и неделю со мной сквозь зубы разговаривал.
И почему я терпела-то?
— Какие уж есть, — ответила я спокойно.
— Я хочу с тобой поговорить.
— Говори.
— Серьезно!
— Говори серьезно, — вытащив телефон, я убедилась, что время обеда близится, а у меня и конь не валялся. С другой стороны, суп готовить недолго, а картошки мне Лика целый таз начистила, хватит и на второе, и на ужин. — Только помоги…
Кастрюлю я на плиту-то могла поставить, но все одно тяжеленная.
Синюхин не шелохнулся, только процедил сквозь зубы:
— Я не обязан.
— Не обязан, но ведь можешь.
И отвернулся. Ну да, не царское это дело, на кухне убиваться. Ладно, сама справлюсь. Почему-то подумалось, что Николаев вот не отказался бы. И вовсе он, кажется, не особо различий делает между мной и остальными.
Горельный камень зашипел.
Вода закипит быстро. Костей варить не буду, а вот тушенки добавлю, специально брала свиную, с жирком, чтобы суп был понаваристей. Теперь луковицу, резать не стану, но потом, как бульон сварится, вытащу да выкину. Не все лук в супе любят, но без него бульон не такой прозрачный.
Морковь я чистила сноровисто.
Синюхин молчал.
И чего, спрашивается, приперся? Инспекцию учинять?
— И все-таки я должен поговорить с тобой!
— Говори, — морковь я ополоснула и принялась нарезать тонкой соломкой. Вот ножи бы еще поточить. В ресторане-то отличные были, резали морковь, что бумагу, а у этого лезвие нет-нет и застрянет.