Пипец Котенку! 4 (СИ)

 Глава 18 
В поместье никто не ожидал, что мы внезапно куда-то отправимся. Тем более, в Москву на встречу с императором! Новость разносится со скоростью молнии, и дом превращается в растревоженный муравейник.
Света, Алиса и Жанна в один голос заявляют, что поедут со мной. Жёны никогда не были в столице и очень хотят побывать. Жанна, в отличие от них, несколько лет проучилась в Питере и не раз заезжала в Москву.
— Дурацкие города! — объявляет она. — Шумно, грязно, люди злые. Ни за что бы не хотела туда вернуться.
— Так оставайся дома.
— Вот ещё! Я со всеми хочу. К тому же с тобой мне не страшно.
— Приятно слышать, — улыбаюсь я и оглядываю гостиную. — Где, блин, мой ремень?
— Ой, он у меня в спальне остался, — краснеет Жанна. — К изголовью кровати привязанный…
— Точно. Неплохо мы с тобой повеселились ночью, — подмигиваю я.
— Ярослав! — окликает меня Алиса с другого конца гостиной.
Она стоит возле сейфа, спрятанного за картиной. Поворачивается ко мне, держа в руках два револьвера. Один серебристый, поменьше, другой воронёный, побольше.
— Какой лучше взять с собой, как думаешь?
— Серебристый. И возьми тот коротенький, дамский.
— Нафига он мне, — презрительно морщится Алисочка.
— Для Светы. Жанночка права, город большой и злой. Надо позаботиться о самообороне.
— Давай лучше ты меня будешь защищать! — Светик как раз спускается со второго этажа.
— Конечно, буду. Но мало ли что, — я хлопаю в ладоши. — Так, ладно. Собирайтесь дальше. Мне надо отдать приказы.
Отправляюсь на улицу. Тороплюсь и не замечаю препятствие на пороге. Спотыкаюсь обо что-то невысокое, и это что-то начинает вдруг яростно материться.
— Ой, Добрыня. Извини, я тебя не заметил.
— Не заметил он, б**дь! — орёт карлик. — Я что, настолько маленький⁈
— Ну, вообще-то…
— А ну перестань! — артефактор грозит мне волосатым пальцем. — Ты князь и всё такое, но оскорблять себя я не позволю!
— Выдохни, дорогой, — улыбаюсь я. — Ты же знаешь, я шучу.
— Засунь такие шуточки в свою дворянскую задницу! Короче, рыжий. То есть, ваше высочество, — исправляется Добрыня, видя недовольство на моём лице. — Я тоже с вами поеду. Охота в мастерские заглянуть, с московскими артефакторами пообщаться.
— Да пожалуйста, — киваю я. — Только оставь подмастерьям всё необходимое.
— Я этих говнюков нагрузил как следует! — хвастается карлик. — Пусть только рискнут халявить, приеду — вые…
— Я понял! Ты большой молодец. Пробегись по дому, проверь, чтобы все защитные арты работали как надо.
— Да они у меня всегда зае**сь работают! — отмахивается Добрыня, но ловит мой строгий взгляд и кивает. — Ладушки, ща пробегусь.
Прохожусь по территории поместья, раздаю поручения слугам и гвардейцам. Напоследок решаю заглянуть к Маргарите.
Так и не виделся с ней с тех пор, как сразился с князем Корсакиным. Мне передавали, что Маргоша просит о встрече, но я просто внаглую игнорировал.
Теперь, перед отъездом, решаю поговорить. Мало ли что у неё там, вдруг что-то важное.
Степанчик спит у себя в колыбельке, а Маргоша стоит у окна. Услышав шаги, оборачивается и бежит ко мне. Я моментально напрягаюсь, хотя в руках у неё только надкушенная печенька.
Убить меня печенькой будет проблематично. У Маргариты есть, конечно, и магия, надевать на неё ошейник я не стал. Но с её силами это будет всё равно что выйти с зубочисткой против казацкой шашки.
 
Маргоша заключает меня в объятия и начинает плакать. Стою, молчу, руки по швам. Обнимать в ответ не собираюсь.
Конечно, у нас были горячие моменты, мне очень даже нравилось развлекаться с бывшей секретаршей. Но после всего случившегося как-то не хочется.
— Ярослав, ну наконец-то! Я думала, ты совсем забыл про меня!
— Я и забыл. Много других дел было, — убираю её руки от себя. — Пойдём за стол. Есть ещё печеньки?
Маргарита наливает мне чай и пододвигает коробку с печеньем. Я на всякий случай проверяю угощение на предмет отравы. Чисто. Но мало ли что, Ротановой я не доверяю.
— Ты достал Шиповник, — утвердительно говорит она.
— Угум, — киваю я, уже жуя печенюшку. — Крутая штука. Но обращаться с ней надо уметь, я пока не особо научился.
— А разве тебе не нужно провести ритуал?
— Нет. Без тебя справился.
— Можно мне… — Марго закусывает губу, — взглянуть на меч?
— Нельзя.
Воцаряется неловкое молчание. Ну, для Маргариты неловкое, мне-то пофиг.
Вкусный чай у неё, кстати. Да и печенье не дешёвое. Нифига себе. Мою пленницу неплохо снабжают.
— Ты хотела меня видеть? — наконец, спрашиваю я. — Рассказывай, в чём дело.
— Ну, я хотела помочь тебе с Шиповником, — Маргоша, опустив глаза, теребит подол платья. — А ещё попросить позволения на прогулки.
— Нет.
— Малышу нужен свежий воздух! Открытого окна недостаточно.
— Блин. Ладно, фиг с тобой. Но на прогулках будешь надевать ошейник. Гулять под охраной и только вокруг дома. Прикажу стрелять на поражение, даже если на шаг в сторону отойдёшь.
— Ладно, — покорно соглашается Маргарита, и на мгновение мне даже жаль её становится.
Быстро прогоняю это чувство. Слишком хорошо знаю стерву, чтобы жалеть её. Обведёт вокруг пальца и глазом не моргнёт.
— Я так понимаю, Слепни побеждены? — спрашивает Марго.
— Да. Но твой любовничек остался жив и сбежал в Монголию.
— Значит, он вернётся, — вздыхает Ротанова.
— Да ладно, не притворяйся, что ты расстроилась. Ведь это значит, что вы с ребёнком останетесь здесь. Не могу позволить, чтобы Рихард вас достал.
— Ты… сказал ему, что на самом деле это я виновата в гибели нашего сына? — с каждым словом всё тише спрашивает Маргарита.
— Хм. Нет. Как-то не получилось, мы сразу решили поубивать друг друга, — отставляю пустую чашку. — Ну, это всё?
— Только один вопрос, — Маргоша поднимает на меня зелёные глаза. — Я как-то могу заслужить твоё прощение?
Фыркаю и встаю из-за стола.
— А зачем оно тебе? Допустим, я тебя простил. Дальше что?
— Я хочу перестать быть пленницей.
— Так ты прощения хочешь или свободы? — усмехаюсь я. — Одно за другим не следует.
— Но… — начинает Маргарита.
— Посиди пока, — перебиваю я. — Подумаю, что с тобой делать. На прогулки можно. Один раз в день, с обозначенными условиями. И я не шучу. Попробуешь бежать — гвардейцы тебя убьют.
— Ладно, — покорно опускает голову Маргоша.
Отправляюсь в Котёновку. Надо отдать приказы солдатам и деревенскому старосте.
Да, моей личной гвардии больше нет. Почти все бойцы в казарме — окуневские. Кто-то из них, возможно, сражался против меня под поместьем Ирисовых. Но теперь это неважно, потому что графиня Окунева теперь моя Алиса.
После Котёновки решаю сгонять на другой берег, проверить, как там дела в гостиницах и ресторанах. Дела там, конечно, хреновые — после войны и нападения Кровавых Слепней у нас не осталось ни одного туриста.
Управляющий по туризму и Василий в один голос обещали, что в ближайшее время всё наладится. Не сомневаюсь, что так и будет, только пока я теряю нехилые деньги. Разориться не разорюсь, но всё равно обидно.
Я не ожидал, что за несколько часов до отъезда получится наладить дела по щелчку пальца. Причём мне даже щёлкать не придётся, это сделает кое-кто другой.
Первая гостиница на пути встречает меня мечтой. Той самой эротической мечтой, которую я так хотел осуществить.
— Доброе утро, господин! — в один голос говорят Аня и Настя, те самые деревенские близняшки.
Ну как тут отказаться…