Пипец Котенку! 4 (СИ)
— Да ты с ума, что ли, сошёл, — пытаясь прикрыть гематому на лице, бормочет та. — Я ещё не согласилась!
— Согласилась, просто сама этого не поняла.
Алиса молча кивает, а Светик сухо говорит:
— Здравствуй, Жанна.
— Здрасьте, — смущённо бормочет та.
— Что это с тобой? — спрашивает Света, сверля Огурцову взглядом.
— Помогла мне в бою и немножко получила, — отвечаю я вместо Жанны. — Алиса, отведи её к целителю. И будьте добрее, девочки, что вы как волчицы на неё смотрите. Друг друга вы же любите? Вот и с Жанной надо подружиться.
— Мы попробуем, — не особо обнадёживающе говорит Алиса и мотает головой. — Пойдём.
Они с Огурцовой уходят в дом, и мы со Светиком остаёмся наедине.
Выглядит моя первая жена не особо здорово. Бледная, под глазами тёмные круги. Беременность, кажется, даётся ей нелегко.
— Как ты, моя хорошая? — осторожно обнимаю Светочку и целую в щёку.
— Нормально, — бурчит та. — Сегодня утром приезжал целитель. Специальный, он умеет работать с беременными. Наложил какое-то заклятие, мне полегче стало. Взял кровь на анализ, сказал, что подготовит для меня снадобье.
— Вот и хорошо. Хочешь прогуляться? Или, может, пойдём вздремнём вместе?
— Вздремнуть было бы здорово, — вздыхает Света. — В последнее время я плохо сплю.
— Пошли, — обняв её за плечи, веду в дом. — Вот увидишь, рядом со мной ты сразу уснёшь.
Едва успеваем зайти в поместье, как у меня звонит мобилет. Незнакомый номер.
— Поспать нам не удастся, да? — раздражённо спрашивает Светочка.
— Всё в порядке, дорогая, — не обращаю внимания на её эмоции и сбрасываю звонок. — Дела подождут.
Но мобилет звонит снова и снова. Мысленно матерясь, беру трубку:
— Алло!
— Гутен таг, Китцхен, — раздаётся хриплый голос.
— Опять ты. Мало получил, что ли?
— О нет, мне понравилось биться с тобой. Это было азартно. Можешь считать за комплимент.
— Угу, спасибо. Чего хотел?
— Ты уже виделся со своей фрау Светланой?
Перевожу взгляд на Светочку. Невольно скриплю зубами от злобы. Только то, что Рихард упоминает имя моей жены, заставляет ненавидеть его стократ сильнее.
— Молчишь? — с усмешкой спрашивает Бремзин.
— Давай-ка ты сразу скажешь что хотел, и не будешь играть со мной в эти дебильные игры, — говорю я.
— Как скажешь, рыжий граф. Она уже сказала тебе, что к ней приезжал целитель, м-м?
У меня по спине пробегает холодок. Да, блин, сказала. Целитель приезжал, наложил заклинание и…
Взял кровь на анализ.
А герцог Бремзин, мать его, маг крови.
Рихард смеётся в трубку и восклицает:
— Я, я! Ты правильно думаешь! Я будто слышу твои мысли! Кровь твоей беременной женщины у меня. И знаешь, что я сделаю⁈ Ты убил моего сына, рыжий граф! Поэтому взамен я убью твоего вместе с твоей женой!
Глава 12
Отшвыриваю мобилет, даже не сбросив вызов. Слышу, как Бремзин продолжает что-то орать. Пофиг.
Вспыхнувшая было ярость моментально отступает на второй план. Я холоден и сосредоточен. Светочка, напротив, пугается. Она не понимает причин моего поведения и вдруг начинает плакать:
— Ярослав, что случилось?
Осторожно беру её за плечи и целую в губы.
— Прости меня. Всё будет хорошо, обещаю. Ничего не бойся.
— Да что случилось? Ой…
Светик вдруг вздрагивает. Её лицо искажает гримаса боли. Света хватается за живот и цепляется за меня. Пальцы крепко стискивают плечо, бледное лицо покрывает испарина.
— Ярослав, мне больно…
— Тише, — я уже создаю высшую печать, изгибая пальцы в сложных жестах. — Я сказал, ничего не бойся. Всё будет в порядке.
Света стискивает зубы, сдерживая крик. Не сдерживает. На всё поместье разносится её вопль, и от него моё сердце покрывается чёрной коркой.
Рихард, ублюдок. Я убью тебя. Убью жестоко, разорву на части, растопчу и сожгу!
— Тише, моя хорошая, тише, — с трудом сохраняю спокойный тон. — Обещаю, всё будет хорошо.
— Ярослав, что-то с ребёнком! Я чувствую!
— Могу помочь! — Люсиль-человек появляется рядом.
— Обезболь, — коротко бросаю я.
Альбиноска кивает и накладывает на Светика нужное заклинание. Та перестаёт кричать и корчиться, но в её глазах всё равно бушует паника, а кожа становится бледнее, чем у Люси.
Печать Анабиоза готова. Напоследок ещё раз целую Свету в лоб и нахожу в себе силы улыбнуться.
— Сейчас всё пройдёт.
Пускаю ману в печать, и Светочка моментально засыпает. Падает мне на руки, я ловлю безвольное тело и бережно переношу жену на кресло в гостиную. Люсиль семенит за мной.
Анабиоз позволит ей продержаться какое-то время. Все жизненные процессы приостанавливаются, но проклятие Рихарда не так просто отразить. Уж я-то знаю, почувствовал сегодня на себе.
Одной печати будет недостаточно. Максимум что может дать Анабиоз — это то, что Света и ребёнок внутри неё умрут не сразу, а через несколько часов. Такой вариант не подходит. Нужно что-то более радикальное.
— Что случилось⁈ — в комнату вбегает Алиса с револьвером в руках. Охотница моя. — Что с ней?
— Герцог наложил проклятие, — говорю я, не отрывая глаз от Светочки.
— Как он…
— Целитель, которого ты вызвала, работает на него. Или был подкуплен.
Даже не видя Алису, чувствую, как сильно ошарашил её.
— Ярослав… — шепчет она. — Я не знала, я даже не…
— Тебя никто не винит. Позови нашего лекаря и Добрыню. Быстрее.
Алиса убегает выполнять поручение. Люсиль стоит рядом со мной. Чувствую, как она создаёт постоянное исцеляющее заклятие. Тонким ручейком мана непрерывно течёт в тело Светы. Хоть как-то, но противостоит нарастающей силе проклятия.
Светочка почти не дышит. Со стороны может показаться, что она уже мертва. Если бы я самолично не наложил на неё Анабиоз, то так бы и подумал.
Но нет, она жива. И она не умрёт! Сейчас, только дайте мне вспомнить нужную печать.
Млять, ещё бы сил на неё хватило! После схватки с герцогом я не в лучшей форме.
Люсиль тоже истощена. Она медленно опускается на колени, но продолжает держать руку возле Светы и направлять в неё целительную энергию.
— Ярослав, я долго не выдержу, — слабым голосом говорит она.
— Потерпи немного. Я сейчас. Потом мне нужна будет вся мана!
— Господин граф! — в комнату забегает слуга. — Что произошло? Что с госпожой?
— Макры. Быстро! У меня в спальне шкатулка под кроватью. Бегом, твою мать! — рявкаю я.
Слуга моментально испаряется. А я тем временем нахожу в духовном пространстве нужную печать.
Да, подойдёт идеально. Проблема в том, что нужно много маны, которой сейчас нет. И эта проблема не единственная, но думать об этом не время. Главное — спасти Свету.
Начинаю создавать плетение. От недостатка энергии у меня перед глазами пляшут разноцветные круги и холодеют пальцы. Делать сложные жесты становится всё труднее. А печать, зараза, многослойная, мыслеформой здесь никак не отделаться.
Где там грёбаный слуга с макрами⁈
Где целитель⁈ Мне нужно отвязать Люсиль, чтобы было больше маны!
Где Добрыня с его сраными артефактами⁈
Где, сука, все⁈
Светочка вздрагивает раз, другой. У неё из носа вытекает медленная струйка тёмной крови.
Я не успеваю. Сил Люсиль не хватает. Проклятие берёт верх.
Нет-нет-нет, не позволю!
Плетение почти закончено. Слышу быстрые шаги, на миг бросаю взгляд за спину. В комнату вбегает целая делегация: Алиса, Жанна, наш домашний лекарь и запыхавшийся Добрыня с целой сумкой артефактов. Мгновение спустя приносится слуга, прижимая к груди шкатулку с макрами.
— Макры сюда! — командую я. — Алиса, Жанна, мне нужна мана. Люсиль, отключайся. Целительное заклинание на Свету. Добрыня, что-нибудь против энергии смерти.
Карлик грязно ругается и начинает ковыряться в сумке, гремя артефактами:
— Задал ты, б**дь, задачку! Как всегда! Против магии смерти хер что придумаешь!