Удержи меня (ЛП)

Тупой ублюдок.
Я вхожу внутрь, и он поднимает голову, смотрит на бумаги, которыми занят, затем снова поднимает взгляд. Его глаза становятся круглыми, как блюдца, и он пытается вскочить со стула, но ему удается только упасть на задницу.
— Мистер Левин, подождите. Подождите!
Я опускаю пистолет и качаю головой в сторону мужчины.
— Хорошо, я подожду.
Он, наконец, поднимается на ноги и, дрожа как осиновый лист, дико оглядывает комнату.
— Я могу вам заплатить.
Я качаю головой.
— Это был бизнес.
Я вздыхаю и делаю шаг вглубь комнаты.
— Я рад, что ты знаешь, почему я здесь. Это сэкономит мне время на объяснения.
Я внимательно смотрю на человека, убившего Мориса, затем говорю:
— Я здесь от имени Камиллы Дюбуа.
Его лицо бледно, вся кровь отхлынула от него.
— Я могу заплатить вдвое больше, чем она платит вам, — пытается он выторговать себе жизнь.
— К сожалению, не можешь. Я оказываю услугу своей невесте.
— О Боже, — всхлипывает он.
Вот почему я не люблю убийства с близкого расстояния и личные убийства. Они всегда мочатся и пытаются заключить сделку. Это не мой стиль. Точный выстрел с дальнего расстояния намного лучше.
Я планировал немного помучить его, но теперь, когда я лицом к лицу с этим ублюдком, я просто хочу покончить с работой, чтобы вернуться к Ками.
Нуждаясь в ответе на один вопрос, я спрашиваю:
— Ты был ответствен за нападение на пентхаус Камиллы?
Он неуверенно кивает.
— Я могу объяснить. Давайте поговорим как разумные люди. Я уверен, мы сможем заключить сделку, которая будет выгодна нам обоим.
Подняв руку, я направляю глушитель на Ру.
— Морис был хорошим человеком, и тебе следовало хорошенько подготовиться, прежде чем убивать его. Ты бы знал, что нельзя совершать такую глупую ошибку.
— Он собирался…
Я нажимаю на спусковой крючок, всаживая пулю ему в горло. Мгновение я наблюдаю, как он хватается за шею, пока из отверстия хлещет кровь, затем я делаю еще один выстрел прямо ему между глаз.
Я снова вздыхаю.
— Всего этого можно было избежать, но тогда у меня не было бы Ками. — Я подхожу ближе к телу и делаю еще один выстрел ему в висок, дабы убедиться, что этот ублюдок чудом не выживет.
Закончив работу, я выхожу из дома тем же путем, каким вошел, и кладу оружие обратно в спортивную сумку. Я перебрасываю сумку через стену, а затем перелезаю через нее сам.
Вернувшись к внедорожнику, я завожу двигатель и еду обратно к дому Ками.
Теперь, когда эта глава закрыта, мне осталось сделать всего одну вещь, и тогда я смогу спокойно жить с Ками.
Ну, настолько спокойно, насколько это возможно для ассасина.
Глава 38
Ками
Я практически подпрыгиваю от волнения, наблюдая за приземлением самолета, и в тот момент, когда он останавливается, я подхожу ближе.
Двери открываются слишком долго, и когда Макс наконец появляется, я бросаюсь вперед.
У подножия лестницы я утыкаюсь ему в грудь и обнимаю до боли в сердце.
— Боже, я так по тебе скучала.
Он хихикает, когда прижимает меня к своему телу.
— Прошла всего пара дней, детка. Но мне нравится теплый прием.
— Все прошло хорошо? — Спрашивает Николай позади меня.
Ветровы были идеальными хозяевами, и я узнала Эбигейл немного лучше. Она ненамного моложе меня, и я надеюсь, что в будущем мы сможем подружиться.
Макс отстраняется от меня, чтобы пожать руку своему другу, отвечая:
— Да, это было легко. — Он переводит взгляд на меня. — Цель уничтожена.
Накатывает волна эмоций, и осознание того, что Фабиан Ру заплатил за то, что он сделал с нами — за убийство моего отца, — дает мне еще и чувство справедливости, в котором я отчаянно нуждалась.
Это завершение.
Макс быстро притягивает меня обратно в свои объятия, и через секунду из меня вырывается всхлип. Впервые с тех пор, как не стало моего отца, я плачу не от горя, а от сильного облегчения.
— Спасибо, — шепчу я, пытаясь восстановить контроль над своими эмоциями.
Макс осыпает поцелуями мои волосы и крепко прижимает меня к себе.
— Не за что, детка.
 
Когда я успокаиваюсь, Николай спрашивает:
— Ты остаешься?
Макс качает головой.
— К сожалению, нет. Мне нужно позаботиться кое о чем важном.
Пока мужчины пожимают друг другу руки, я спешу в комнату, где оставила свою сумку. Когда я возвращаюсь к Максу, он забирает у меня багаж.
— Еще раз спасибо, что присмотрел за Ками, — говорит он Николаю.
— В любое время, брат.
— Спасибо, что пригласили, — говорю я с улыбкой. — Передай Эбигейл, что я скоро напишу ей.
— Обязательно, — отвечает Николай. — Жаль, что у нее назначена встреча с дантистом и она не смогла тебя проводить.
Макс берет меня за руку и ведет вверх по ступенькам. В салоне я занимаю свое место, пока он укладывает мой багаж в отсек, прежде чем уведомить пилота о взлете.
Когда Макс садится рядом со мной, я хватаю его за подбородок и крепко целую. Мой мужчина отвечает на поцелуй со страстью, которую я привыкла от него ожидать.
Отстраняясь, я спрашиваю:
— О чем ты хотел меня спросить?
Я умираю от любопытства. У меня есть идея, в чем может заключаться вопрос, но я не хочу обнадеживать себя. Возможно, он просто хочет взять меня с собой в отпуск.
— Подожди, пока мы не окажемся в воздухе, тогда ты не сможешь выйти из самолета, — говорит он.
Я хмурю брови.
— Теперь ты заставляешь меня волноваться.
Вот и все мои догадки.
Макс переплетает свои пальцы с моими и просто смотрит на меня, пока самолет взлетает.
Я жду.
И жду еще.
Когда я больше не могу терпеть, говорю:
— Задавай уже вопрос.
Серьезное выражение застывает на его лице, и мое сердце начинает биться в сумасшедшем ритме.
Макс делает глубокий вдох, и когда в его глазах появляется беспокойство, в моем сердце зарождается тревога.
— Огнестрельная рана у тебя на спине…
— О, Боже милостивый, — облегченно усмехаюсь я. — Я думала, это будет что-то плохое.
Огнестрельное ранение.
Я никогда не рассказывала Максу о том, что произошло.
Мое сердцебиение замедляется, когда я думаю об одном из самых мрачных периодов в моей жизни.
Я ерзаю в кресле.
— Это случилось, когда мне было семнадцать.
Похоже, Макс хочет что-то сказать, но я качаю головой.
— Я вроде как должна выложить все это на одном дыхании. Мне трудно говорить об этом, поэтому было бы здорово, если бы ты просто выслушал, пока я не закончу.
Он кивает и крепче сжимает мою руку.
— Итак… — Я прикусываю нижнюю губу, пытаясь придумать, как это сформулировать. — У меня была депрессия, и, честно говоря, я даже не могу вспомнить почему. Она постепенно подкрадывалась ко мне и затягивала в темную дыру.
Не в силах продолжать смотреть на Макса, я опускаю взгляд на наши соединенные руки.
— В общем, я связалась с одним парнем, Аленом Барнардом. Папа не одобрял его, но я не слушала. — Я горько усмехаюсь. — Я думала, что влюбилась.
Я делаю глубокий вдох, но это не помогает. Сожаление о самом глупом поступке, который я когда-либо совершала, тяжелым грузом лежит на моем сердце.
— Он отвез меня к себе домой, и как только мы оказались там, его поведение изменилось. Оказывается, я позволила похитить себя ради выкупа. — Господи, как же я была доверчива тогда. — Ален и его отец хотели записать меня на видео, где я должна была сказать своему отцу, чтобы он заплатил двадцать миллионов евро. Я подслушала, как они говорили, что им придется убить меня после того, как они получат деньги от моего отца. Я запаниковала и начала драться. Я просто продолжала думать, что должна выбраться оттуда.
Я набираюсь храбрости и поднимаю глаза на Макса. На его лице написано сострадание, и это придает мне сил закончить свой рассказ.
— Когда я набросилась на Алена, думая, что действительно могу с ним справиться, полетели пули. Одна попала в меня, и когда я очнулась, то оказалась в больнице. — Я пожимаю плечами и неловко усмехаюсь. — И это история о самом глупом дерьме, которое я когда-либо совершала.