Согрей моё сердце (СИ)

– Мне нельзя лететь с тобой. Во всяком случае, в открытом аэрокаре, – шепчет Сир, зажимая у столика. – Но если что-то пойдёт не так, у тебя есть крылья, клыки ицара и оружие. Не паникуй и стреляй в голову.
– Почему тебе нельзя со мной? – облизнув губы, поднимаю голову.
– Я правитель другой планеты, и ахернарцы не поймут тебя. Не будем эпатировать их раньше времени. Мы вчера уже хорошо так шокировали публику.
– Вы не нашли зачинщиков? – киваю. Действительно, будет странно, если в открытом аэрокаре поедут два не связанных друг с другом правителя. Это могут неправильно истолковать и поднять бунт.
– Нашли. Мёртвыми, – мрачно отвечает Сир и, придержав мою голову, целует в губы. – Я буду сразу за тобой.
Собравшись с силами, мы выходим из комнаты. В коридоре тут же окружают королевские гвардейцы в доспехах и обвешанные оружием. Сириус провожает прямо до холла. Сжимает пальцы, улыбается и, отступив, уходит в противоположную сторону. Четвёрка бравых солдат доводит до кортежа. Белого старинного автомобиля с хромированными дисками, без крыши и украшенной гербами Ахернара. За рулём один из доверенных лиц Арткура.
Усевшись со всеми удобствами, сжимаю в руках цветы, распрямляю плечи. Ицар прыгает сразу за мной и, свернувшись калачиком в ногах, укладывает голову на сидение. Треплю его шёрстку и улыбаюсь, он придаёт уверенности. Рядом с водителем занимает место один гвардеец, а на запятки встают ещё двое. Сегодня мы не летим. Во всяком случае, пока не доберёмся до Заурака. Кортеж проедет по главным улицам столицы на колёсах. Как в древние времена. Это своего рода церемония такая. Чтобы королеву проводили, увидели и поздравили простые жители. Они ведь не зря палатки разбивают у дороги.
– Можем ехать? – спрашивает шофёр, смотря в зеркало заднего вида. Киваю, и он тут же заводит машину.
Кортеж плавно выезжает из дворцового комплекса. Наша машина пристраивается в середине колонны и неторопливо движется. Первые жители нетерпеливо вытягивают шеи и высматривают меня. Улыбаюсь, машу рукой, слышу одобрительный гул. Ахернарцы более сдержанные, но вот другие расы радостно свистят, кидают цветы под колёса машин, поздравляют, зовут меня посмотреть на них. Слышу даже признания в любви. От этих выкриков улыбаюсь шире и душу греет непонятные, но тёплые эмоции. Всё-таки я тщеславная, очень.
На небе летают дроны, снимают со всех ракурсов проезжающие раритетные машины. А столицу украсили к такому праздничному мероприятию в цвета гербов и флагов планет моих женихов. Даже витрины магазинов и здания украшены, разрисованы, везде баннеры с нашими изображениями со вчерашнего бала. Как мы кружились с Проционом, и он поцеловал меня, вредина такая. Проекция сменяется на наш танец с Арткуром. Позабыв о поездке, таращусь на билборд. Соскучилась по своему хмурому безопаснику.
Постепенно широкая дорога заканчивается. Мы выезжаем из столицы. Разумных на обочине становится меньше. Улыбаюсь всем, машу, эта часть свадьбы мне очень нравится. Несмотря на присутствующих стражников, побыть одной редко удаётся. И я откровенно наслаждаюсь этой поездкой.
Замечаю, как едущие впереди аэрокары взлетают и прячут колёса. Хмурюсь. Что-то не по плану пошло?
– Почему они взлетают? – обращаюсь к водителю.
– Коланца перестраховался и изменил маршрут, Ваше Величество, – отвечает он. И, нажимая на кнопку, закрывает крышу.
Машина слегка вибрирует и взмывает в небо. Обернувшись, замечаю, что весь кортеж уже над землёй. Кажется, даже вижу хмурого Сириуса. Хотя, скорее всего, просто воображение разыгралось, стёкла-то затонированы.
Теперь мы летим быстрее. Совсем расслабившись, откидываюсь на спинку сидения и прикрываю глаза. Аэрокар лавирует, и через час мы добираемся до горного перевала. Тут тоже есть подданные, которые не поленились и приехали прямо на церемонию, чтобы проводить, так сказать, в последний путь незамужнюю королеву.
Авто снижается, чтобы меня лучше было видно. Машу жаждущим увидеть королеву гуманоидам. До святилища остаётся совсем немного: пролететь через узкое ущелье перевала, и будут те самые две скалы, между которыми и горит вечный огонь.
 
Колонна аэрокаров вытягивается в шеренгу, водитель зачем-то сбавляет скорость и начинает перестраиваться.
– А теперь что ты делаешь? – хмурюсь, мне немного тревожно.
– Это тоже перестраховка, мы полетим сразу за следующим каром, – отвечает спокойно мужчина, и мимо нас как раз пролетает авто с Сириусом.
Хмыкнув, опять не спорю. Мужчины все-таки жуткие параноики. Но за это только похвалю. Потом. Когда-нибудь.
– Лети! – раздаётся через пять минут из динамика приказ сеатца, и аэрокар, дёрнувшись, набирает скорость.
Мы влетаем в полутёмный тоннель. Меня опять снедает тревога, ладони потеют. Зарываюсь в шёрстку Бластера, он чувствует мою нервозность и, рыча, поднимается.
Как вдруг яркие вспышки озаряют узкое пространство. Салон заполняется едким дымом, от которого слезятся глаза, чешется горло и мутнеет сознание. Аэрокар теряет управление, ударившись о камни, крутится вокруг оси и падает вниз. Раскашлявшись, зажимаю браслеты женихов, но дотянуться до оружия или попытаться выбраться не получается. Нас с ицаром крутит по салону и дезориентирует в пространстве.
Время, словно тяжёлая капля мёда, застывает. Тянется тягуче. Аэрокар продолжает падать в бездну. Умудряюсь лишь зафиксировать себя на сидении. Стараюсь не дышать. Но этот дым… он полностью заволок закрытое пространство. Бластер уже не рычит. Водитель и гвардеец тоже не шевелятся. Кислорода не хватает. И неосознанно вдыхаю. Лёгкие на краткий миг обжигает кислота, а дальше наступает темнота.
 Глава 46 
Прихожу в себя от грозного рычания и скрежета когтей ицара. В голове шумит и горло очень пересохло. Вспоминаю, почему мне так плохо и, подтянувшись, сажусь. Замечаю пульт управления и четверых мужчин за ним. Через лобовое окно вижу мириады звёзд. Мы в космосе. В каком-то шаттле. Меня просто бросили в сторонку, а вот ицара заперли в клетке. Очень зря.
Немного придя в себя, осматриваю свой угол, щупаю кисти. Браслетов нет. Даже Алькоровский подарок сняли. Убью за него всех. Тянусь к лодыжке и выдыхаю. Пистолет ещё при мне. Осторожно вытягиваю его и снимаю предохранитель. На звук затвора один из пилотов вскакивает с кресла и настороженно движется в мою сторону.
Без жалости жму на курок. Мужчина падает с дыркой во лбу прямо в центре помещения. Тройка оставшихся вскакивает. Включается верхний свет, и на меня наставляют бластеры. Слегка жмурюсь от яркого света, перед глазами всё плывёт. Но я уверенно держу оружие и прицеливаюсь к ближайшему.
– Не советую, Ваше Величество, – цедит хрипло один из них.
– Или что? Убьёшь меня? Если бы хотел, я была бы уже мертва, – отвечаю и выстреливаю.
Мужчина уворачивается, но успеваю снести ему ухо. Он изрыгает мат и, держась за повреждённую конечность, стреляет в ответ. Перекатываюсь за небольшой столик в последний момент, а сородичи выбивают из его рук оружие и, усмирив раненого, выходят вперёд. С этого ракурса нормально прицелиться невозможно. Да и патроны беречь нужно. Это тебе не перезаряжаемый бластер.
– Убери оружие и в скором времени вернёшься домой, – миролюбиво предлагает один из похитителей.
– Да что вы с ней возитесь! Пристрелите и дело с концом! – рявкает раненый.
– Заткнись! – шипит на него третий. – Иди залатай себя, пока не залил всё кровью.
Раненый, ругнувшись матом и ударив по корпусу, удаляется. Перевожу дыхание.
– Кто вы и что вам нужно? – начинаю свои переговоры.
– Нам нужен твой любовник, – отвечает один из них.
Интересное дело. Когда я обзавелась любовником? Минуту осмысливаю сказанное. И это моя фатальная ошибка. Ко мне подбираются двое. Один хватает со спины и, прижав к корпусу, поднимает. Брыкаюсь. Тут появляется и второй. Они пытаются вырвать из рук оружие, я же – выстрелить в них. Ицар громко рычит и ломает крепкие прутья своей клетки.