Заставь богов смеяться (СИ)

Аллистер отрицательно покачал головой и опустился на корточки перед сумкой. Потянув за молнию замка, он оценивающе посмотрел на ее содержимое и, недолго думая, вытащил наружу пулемет. Прижав к себе оружие, Аллистер расплылся в широкой улыбке от уха до уха, полностью преобразившей его мрачное лицо. Смит тоже потянулся к сумке.
— Хорошо, тогда вопросы есть у меня. — Эмили нахмурилась. — Собственно, меня интересует только одно: где во время операции будешь находиться ты?
Смит вскинул на нее глаза и пожал плечами.
— Не волнуйся, Бриг. Я не собираюсь вам мешать. Посижу, как пай-мальчик, в уголке, понаблюдаю. Но с оружием в руках. С ним я, знаешь ли, чувствую себя спокойнее.
— То есть остаться здесь и подождать нашего возвращения с трофеем ты не хочешь? — без особой надежды, просто на всякий случай уточнила она.
— Нет, — отрезал он. Получилось слишком резко и категорично. Даже Аллистер это заметил и не без подозрения покосился на Смита. Тот, видимо, поспешил исправить ситуацию и потому впустил в голос бархатистые нотки: — Бриг, не надейся от меня избавиться. Намеки на то, что мое общество для тебя невыносимо, не помогут.
Аллистер хмыкнул и расслабился, но Эмили по-прежнему была настороже. Смит использовал флирт как оружие, и это раздражало.
— Что ж, значит, пойдешь со мной. Я лично прослежу за твоей безопасностью, — решила она. — Но сначала… приготовим ловушку.
***
Взбираться по выступам скал было для нее делом привычным. Ноги быстро и безошибочно находили опору. Посмотрев немного ниже и левее, Эмили с разочарованием признала, что Смит не выглядит измотанным. Видимо, сноровку тот нарабатывал не только тренировками в зале.
— Ты еще не устала? — непринужденно поинтересовался Смит. Он ухватился правой рукой за камень и примерился, чтобы подтянуться к нему.
— Уже утомился? — спросила Эмили, стараясь не злорадствовать.
— Я имел в виду, не устала ли ты быть лидером и брать всю ответственность на себя?
Эмили едва не оступилась. Она даже решила, что ослышалась, но нет. Слух ее не подвел. Нащупав ногой безопасный выступ, она перенесла свой вес на него, а затем осторожно поинтересовалась:
— С чего ты взял, что я беру всю ответственность на себя? Мы с Макинтошем команда.
— Сдается мне, ты предпочитаешь играть в одиночку и по своим правилам, а, Бриг? — Смит быстро нагнал ее и пытливо заглянул в лицо, немного сощурив глаза.
— Не уверена, что обязана развивать данную тему, — уклончиво ответила Эмили и резко отвернулась, так, что висящая за плечом винтовка больно стукнула стволом по лопатке. Скрипнув зубами от неожиданности, она заметила: — Вроде тебе нужно выступать в роли равнодушного наблюдателя, а не жалостливого врачевателя человеческих душ. С чего вдруг такой пристрастный допрос?
— И в мыслях не было! Считай это обычным интересом. — Смит подмигнул и продолжил, как ни в чем не бывало: — Так что, проблемы с доверием, да, Бриг?
Она оказалась избавлена от необходимости отвечать. Крутой скалистый подъем наконец прервался углублением внутри каменистой породы, который создавал импровизированную пещеру, высотой в полный человеческий рост, достаточно глубокую, но узкую. В пещерке, надежно укрытой от посторонних глаз острыми выступами гор, двоим было тесновато. Последнее Эмили подметила сразу — опаляющее ухо дыхание Смита весьма способствовало наблюдательности. Подавив раздраженный вздох, она опустилась на колени возле одного из горных «шипов» и быстро оценила обстановку.
«С такой высоты отстрелить голову одному кровожадному монстру не составит труда», — решила она.
Эмили прищурилась и нашла взглядом Аллистера. Тот расположился на противоположной стороне ущелья гораздо ниже их по уровню.
Она взглянула на Смита. Он всем своим видом продемонстрировал, что не собирается вмешиваться. Тогда Эмили сняла с поясного крепления рацию, приблизила ее к губам и проверила связь:
— Макинтош, слышишь меня?
— Как самого себя, — хохотнул в трубку Аллистер. — Начинаем?
Эмили окинула еще одним быстрым взглядом окрестности и скомандовала:
 
— Раз, два… давай!
Грянул взрыв, заставивший пригнуться и зажать уши. Мощность разорвавшегося снаряда была рассчитана с филигранной точностью: взрывная волна не вызвала существенного камнепада со стороны скалистых гор, но, судя по раздающемуся вдали разъяренному нечеловеческому крику, спровоцировала Горгону и позволила выманить ее из убежища.
Уже не обращая внимания на Смита, почти позабыв о его присутствии, Эмили отбросила рацию и схватила винтовку. Приклад привычно уперся в плечо, указательный палец уверенно лег на курок, свободная рука замерла на стволе оружия, фиксируя его неподвижность. Сделав глубокий вздох, не ради успокоения, а скорее в качестве неизменного ритуала, Эмили посмотрела в оптический прицел. Уже сквозь окуляр винтовки она увидела яростно приближающего к ним монстра.
Разведывательная агентура в очередной раз что-то напутала. Почти поравнявшееся с ними чудовище было ростом с пятиэтажный дом, а копошащиеся у него на голове змеи, заменяющие ему волосы, смело увеличили его высоту еще этажа на два. По спине Эмили, регулярно сталкивающейся с монстрами, поползли мурашки. В фигуре огромного чудовища с большой натяжкой можно было опознать существо женского пола: голубовато-зеленая кожа, покрытая мелкими чешуйками, поблескивала слизью и едва топорщилась на месте предполагаемой груди. На лице, больше похожем на неаккуратно вылепленную маску, зияли несимметричные ноздри и большие красные глаза, из которых, словно из дула мощнейшего лазерного бластера, направленной струей вырывался испепеляющий все на своем пути огонь. Рот представлял собой ощеренную пасть с острыми треугольными зубами, ресниц, как и бровей, не было вовсе. Длинные руки заканчивались когтями, вместо ног же гораздый на выдумку создатель Горгоны одарил ее четырьмя толстыми щупальцами, на которых она передвигалась на манер осьминога.
«Весьма шустрого и взбешенного осьминога», — мимоходом отметила Эмили.
Времени на размышления не оставалось. Помня о том, что голова чудовища им нужна целой и невредимой, Эмили выстрелила в грудную клетку Горгоны — сердце у таких тварей выполняло ту же функцию, что и у людей. Параллельно с этим раздалась пулеметная очередь Аллистера. Спустя мгновение с губ Эмили сорвалось проклятие, которое повторил Смит. Конечно, тот не смог молча наблюдать за происходящим, но сейчас у нее не было возможности препираться на этот счет. Оказавшись рядом, он тоже взял в руки оружие. Вот только целился Смит в шею, как догадалась Эмили, в район сонной артерии. Однако прочные чешуйки, на манер пуленепробиваемой брони, покрывали все тело Горгоны, делая ее практически неуязвимым.
Еще раз чертыхнувшись, Эмили отбросила винтовку и крикнула Смиту:
— Это бесполезно! Дай мне пилу!
Не споря, тот рывком сорвал со своего плеча лазерную пилу, которую вызвался тащить на себе, и бросил ее Эмили. Сам же упрямо продолжал обстреливать Горгону, настойчиво ища в ее защите слабое место.
Эмили, ухватив пилу за высокую рукоятку, навелаее на шею монстра, но не успела активизировать лазерный луч. Чудовище достигло ловушки и запуталось в хитро сплетенной веревке, растянутой между ущельем. Звериный рев из сине-зеленой груди оглушал сильнее взрывной волны и перекликался с направленным огнем из красных глаз. Мощность огненной струи была такой, что плавила даже камни. Из укрытия, откуда отстреливался Аллистер, раздался панический вопль. Эмили с ужасом увидела, как каменный выступ, за которым прятался ее напарник, рассыпался кучкой пепла, а сам он вместе с лавиной из камней и щебня, скатился вниз, прямо под щупальца Горгоны.
На мгновение Эмили задержала дыхание, моля Всевышнего, о котором вспомнила впервые за много лет, о том, чтобы Аллистер остался жив. В эту минуту, словно пользуясь короткой заминкой, на сцене появилось новое действующее лицо.
— Я Персей! Сын Громовержца Зевса и Прекрасной Данаи! Покорись мне, чудовище! — возопил совсем молоденький парнишка. Ему наверняка не исполнилось еще и восемнадцати. Он выглядел испуганным, но его голос ни разу не дрогнул. А вот колени откровенно плясали под дешевым хитоном. Эмили это было хорошо видно даже с такой высоты.