Заставь богов смеяться (СИ)

— Мы с Аресом нуждаемся в отдыхе. Где можно остаться вдвоем, так, чтобы нам никто не помешал?
Смит, услышав подобную постановку вопроса, закашлялся и спрятал хитрую улыбку в кулак.
Ясон быстро сориентировался и тут же предложил решение:
— Как насчет моей каюты? Там вы сможете перекусить, привести себя в приличный вид и… отдохнуть, — парень споткнулся на последнем слове и поспешно указал рукой в сторону носовой части корабля. — Сюда, пойдемте.
Смит первым зашагал в сторону каюты, за ним — Эмили, а Ясон ненавязчиво пристроился рядом с ней.
— Здесь и каюты есть? — Она не стала скрывать своего удивления, которое, очевидно, польстило их провожатому.
— Я же говорил, что корабль сконструировал Дедал, — не без гордости напомнил Ясон. — А его не зря называют величайшим изобретателем Эллады. Говорят, что Боги покровительствуют ему…
Эмили промолчала, сделав вид, что не заметила подначивающего взгляда. Ни подтверждать, ни опровергать сплетни она не хотела. Парнишка, так и не дождавшись ответа, понятливо вздохнул и легко сменил тему:
— А ведь не зря о мужестве Афины слагают легенды!
— О чем ты? — непонимающе откликнулась Эмили. Смит, шедший впереди, не обернулся, делая вид, что не слышит их разговор.
— Ты увела любовника у самой Афродиты, — пояснил Ясон и не без восхищения добавил: — Смелый поступок!
Эмили споткнулась на ровном месте, прожгла собеседника раздраженным взглядом, но промолчала — легенду, объясняющую их совместное со Смитом путешествие, она не придумала, а спорить с парнишкой, не имея в голове четкого плана, опасалась — могли возникнуть проблемы.
«Макинтош, что б его! Это он запустил сплетню о любовной связи Ареса и Афродиты. Как же быстро разлетаются слухи…», — Эмили тяжело вздохнула.
Между тем Смит первым оказался перед дверью каюты и, толкнув ее плечом, вошел внутрь. На секунду он повернулся боком, и Эмили успела заметить довольную ухмылку на его губах — он, определенно, слышал реплику Ясона.
Эмили снова вздохнула и последовала за напарником.
Каюта оказалась небольшой, но мебели в ней было достаточно: деревянная скамья с изголовьем, тяжелый с виду сундук, грубо сколоченный низкий табурет, стол, с высящимися на нем свитками пергамента и папируса. Среди этого бумажного беспорядка скромно затерялась миниатюрная каменная чаша со мхом, пропитанным маслом, — источник освещения комнаты. Окон не было, поэтому внутри царил полумрак. Эмили даже не сразу заметила два высоких кувшина, стоящих в углу, и широкую чашу, похожую на обычный тазик.
«А как же хочется принять нормальный душ!» — простонала про себя Эмили. После Лабиринта она мечтала об одном — помыться по-человечески; смыть не только грязь, но и воспоминания об этом дне.
Ясон зажег огонь в чаше на столе и, открыв сундук, достал два треножника. В каюте стало светлее и уютнее.
— Ну вот, — протянул он, словно подытожив. — Здесь вас никто не побеспокоит.
— Спасибо, — Эмили улыбнулась вполне искренне. Условия были просто царские. О таком она и не мечтала.
Ясон еще раз обвел взглядом каюту и тактично ретировался:
— Я принесу еды и вина. Вы пока отдыхайте… — и он исчез за дверью.
— Забавный парень, — мимоходом заметил Смит. — Откуда ты его знаешь?
— Старый знакомый, — неопределенно протянула Эмили и зачем-то добавила, как будто оправдываясь: — Он не опасен. Абсолютно безобидный малый.
— Выгораживаешь его? — поднял бровь Смит. — Думаешь, я уничтожаю свидетелей без разбору?
— Я тебя не знаю, — честно ответила она и пожала плечами.
Взгляд Смита обжег, и она нахмурилась: почему его обидели эти слова?
— Ладно, давай начистоту, — сказала Эмили, скрестив руки на груди.
— Именно после этой фразы люди начинают лгать с особым вдохновением, — усмехнулся Смит.
Окинув каюту быстрым взглядом, он подошел к табурету, оседлал его и кивнул на деревянную скамью, предлагая ей располагаться поудобнее.
— Что ты хочешь знать?
Эмили настороженно опустилась на скамью и оперлась ладонями на покатый край сиденья по обе стороны от коленей. Подавшись вперед, она решила начать с вопроса, беспокоящего сильнее прочих:
 
— Зачем нас использовали как смертников? Выжить в Лабиринте было нереально.
— Вам просто не повезло. Контора хотела проверить правдивость той информации, которую поставляла разведка. Сведений было мало, да и те обрывочны. Назрела необходимость прояснить ситуацию, пусть и за счет жизней… кого-то.
«Спасибо, что вовремя остановился и не вставил фразу про «пушечное мясо», — раздраженно подумала Эмили.
— Проверить информацию более безопасным способом было нельзя? Послать большее число агентов, снабдить нормальным оружием? — в голосе помимо воли прорезался сарказм. Эмили вцепилась в деревянную скамью так, что пальцам стало больно. Пришлось ослабить хватку.
Смит отвел взгляд и, помедлив, неохотно проговорил:
— В Конторе сейчас не самые спокойные времена.
— А немного яснее?
Смит дернулся, будто хотел встать, затем передумал и бездумно дернул ногой. Посмотрел вниз, а затем поднял на нее глаза.
— Идет борьба за власть. Две партии соревнуются между собой, подставляя друг друга по мелочам, чтобы затем иметь на руках компромат на соперников. Одна из них подтасовала ситуацию так, чтобы отправить вас в Лабиринт без должной подготовки, напирая на срочность и чрезвычайность проблемы. Члены другой партии сглупили и приняли аргументы оппонентов за чистую монету. Поверь, когда мы вернемся на Базу, вся Контора будет стоять на ушах. Одни будут рады нашему возвращению, другие — возненавидят за то, что мы выбрались.
Упоминания о Конторе заставили потянуться к холщовому мешку, мотающемуся за спиной. Она так и не удосужилась его снять. Не сбрасывая лямок с плеч, она запустила внутрь руку и сразу наткнулась на то, что искала — коммуникатор в виде наручных часов.
Смит настороженным коршуном следил за ее движениями и как только понял, что она хочет сделать, сорвался с табурета и рывком вырвал часы из раскрытой ладони.
— В чем дело? — Эмили нахмурилась. — Разве мы не должны включить его и дать знать, что живы?
— Не сейчас, — покачал головой Смит и уже спокойно опустился на стул. — Слишком опасно. Нас могут убрать по дороге, как мельтешащих под ногами тараканов. Доберемся до Базы сами, и тогда…
— Что тогда? — тихо откликнулась Эмили.
— Тогда я наконец выясню, кто стоит за всем этим и разберусь с ним, — жестко бросил Смит и сжал правую ладонь в кулак. В левой ладони покоился ее коммуникатор, как напоминание о том, что все только начинается…
Эмили глубоко вдохнула и прикрыла глаза. Вопросов в голове вовсе не становилось меньше, наоборот, список лишь рос…
— Зачем же ты вообще брал коммуникаторы на Крит? Это же была твоя идея!
Смит криво улыбнулся краешком губ.
— Я недооценил масштаб проблем. Не думал, что все настолько выйдет из-под контроля… Те, кто заварил эту кашу, гораздо опаснее, чем я предполагал. Я понял это, когда увидел, что они сделали с Минотавром…
Эмили хотела было спросить, что именно он имел в виду, говоря о Минотавре, но одернула сама себя. Вместо этого поинтересовалась:
— Как же мы вернемся?
— Через кабину перехода. В Афинах же она есть?
— Да, используется как запасный вариант на случай поломок локальных переходников.
— Где именно?
— Храм Зевса.
В каюте повисло неуютное молчание. Каждый думал о чем-то своем. Эмили куснула губу и решила, что выяснит в этот раз все, что только сможет:
— Почему Контора посчитала проблему срочной и важной? Минотавр — обычный монстр, что заставило устранить его в первую очередь?
— Бриг, некоторые вещи…
— Почему?! — рявкнула она. — Я имею права знать!
Смит колебался. Эмили это видела и была уверена, что он промолчит, но ошиблась.
— Ты сама видела, что Минотавр — не такой монстр, к каким мы привыкли. Он другой.
— Какое это имеет отношение к…