Заставь богов смеяться (СИ)
В глазах Эмили замельтешило от многочисленных Миносов, и она моргнула, мысленно отметив, что на стоящие тут и там ложа и кресла, инкрустированные серебром и слоновьей костью, наброшены тканевые покрывала и гобелены. На всех гобеленах красовались изображения Минотавра — человека с головой быка. Эмили стало не по себе.
В этот момент занавеска, отделяющая спальню от основного зала, всколыхнулась, и в проеме показался Минос.
— Я привел Меланту, как и было приказано, — Аттик, завидев царя, торопливо отчитался и с испугом склонил голову.
— Как я вижу, не только ее… — с угрозой в голосе проговорил тот, но осекся, когда рука Кэролайн нежно легла на талию Эмили.
— Не вини слугу, — мурлыкнула Кэролайн. — Я отказывалась оставить свою подругу в одиночестве. Она могла заскучать…
Эмили понадеялась, что сумела «сохранить лицо», но не особо рассчитывала на это — удивленно взлетевшие брови должны были в полной мере продемонстрировать ее отношение к ситуации. Впрочем, Минос не обратил никакого внимания на ее реакцию, он смотрел на Кэролайн, и в его глазах разгорался голодный огонек. Облизнув пухлые губы, Минос не спеша прошелся взглядом сначала по фигуре Кэролайн, споткнулся на ее груди, надолго остановился там, а затем с некоторым трудом проследовал дальше и переключился на Эмили, уделив особое внимание ее длинным ногам. В Эмили сразу вспыхнули два желания: отправить критского царя в долгий нокаут и сходить в душ, чтобы смыть с себя липкий, пропитанный пошлыми фантазиями мужской взгляд
— Ты права, — сглотнув, удовлетворенно сказал Минос, — мы не дадим твой подружке заскучать. — Пошел вон! — неожиданно рявкнул он, обращаясь к Аттику, и тот поспешил исчезнуть за порогом.
— Ну что ж, афиняночки, почему бы нам не продолжить наше знакомство в спальне? — предсказуемо предложил Минос и облапал ихобеих, нагло притянув к себе.
Эмили уже прикинула, как именно можно вырубить Миноса с наименьшими усилиями, и недоумевала, почему напарница медлит.
— Звучит заманчиво, — жеманно хохотнула Кэролайн.
Эмили промолчала и продолжила перебирать взглядом многочисленные вазы, стоящие по углам огромной гостиной. Впрочем, она могла бы обойтись и без варварского уничтожения раритетов древности, но мужская волосатая рука, покоящаяся на ее пятой точке, буквально призывала забыть о конспирации и максимально эффектно покарать обидчика, так, чтобы памятный след об этой ночи у него навсегда остался на лбу.
— Люблю горячих женщин, — зачмокал губами Минос, ногой открывая дверь в спальню и пропуская их вперед. — Такие женщины могут не бояться сгинуть в Лабиринте. Во всяком случае не завтра утром…
«Или два следа, — задумчиво поправила себя Эмили, — скажем, на лбу и на затылке. А можно просто нажать на точку в районе сонной артерии…».
Тут ее взгляд упал на огромную кровать, в которой мог бы разместиться весь их полевой отряд, и она сбилась с мысли. Заметив ее замешательство, но неправильно истолковав его причины, Минос ободряюще хлопнул ее пониже спины и подтолкнул к постели.
— Не тушуйся, девочка! Еще ни разу не спала в такой роскоши?
Эмили скрипнула зубами и уже сделала шаг в сторону для маневра, намереваясь вырубить критского царя, если не навсегда, то надолго, но в этот момент вмешалась Кэролайн:
— Может быть, нам стоит выпить вина, чтобы избавиться от ненужного смущения? — с обманчиво мягкой улыбкой предложила она, незаметно для Миноса показав Эмили кулак.
— Почему бы и нет? — с легкостью согласился тот и направился к небольшому столику с фруктами и вином.
— Не смей! — одними губами прошептала Кэролайн.
«Почему она не хочет вырубить Миноса? Какую игру затеяла?».
Прийти к какому-то определенному выводу Эмили не успела, потому что Минос уже вернулся, сжимая в руках амфору и три кубка.
— Я помогу, — с готовностью откликнулась Кэролайн, забирая у него амфору. — Думаю, здесь нам будет вполне удобно, — продолжила она, первой располагаясь на кровати.
«Что ж, тело не придется перетаскивать с пола на кровать, — одобрила Эмили. — Это и правда будет удобнее».
Минос довольно осклабился и присел рядом с Кэролайн, по-хозяйски притянув ту к себе. Она наигранно хохотнула и отдала критскому царю сноровисто наполненный ею кубок.
— За нас?
Неожиданно взгляд Миноса потемнел, в его глазах всколыхнулось опасное пламя.
— Выпей вина первой.
Кэролайн замерла всего на мгновение, но Эмили успела заметить ее замешательство, так же как и обратить внимание на два кольца, сверкающие на ее руке крупными камнями.
«В таких кольцах удобно хранить яды…»
Прежде чем Минос догадался о заминке, Эмили с легким, несвойственным ей смехом смело, почти дерзко потребовала:
— Нет, угостите сначала меня! Я хочу попробовать это вино первой!
Минос, не ожидавший от нее подобного пыла, обернулся всего на пару секунд, но этого времени хватило с лихвой. Над кубком так стремительно мелькнула рука Кэролайн, что затруднительно было сказать наверняка: исчезнувший на дне овальной чаши белый порошок — это правда или игра теней в полумраке спальни.
Взяв из рук Кэролайн вино, Эмили спокойно сделала глоток горячительного напитка, прекрасно зная, что снотворное или же иное сильнодействующее вещество, уже обезврежено противоядием.
Минос с подозрением понаблюдал за ней, а затем расслабился и откинулся на многочисленные подушки, разложенные по кровати. Бросив Кэролайн многообещающий взгляд, он лениво взял с лежащего рядом с ним подноса кубок, но, повертев его в руках, поставил обратно, так и не поднеся его ко рту.
Эмили досадливо куснула губу.
«Минос слишком мнительный: не станет распивать с афинянами вино, пусть даже и в собственной спальне», — поняла она и приготовилась зайти со спины критского царя, но не успела.
Кэролайн сделала большой глоток из своего кубка и страстно притянула к себе Миноса, целуя его в пухлые, жирные губы.
Пока Эмили ошарашенно размышляла, не является ли этот поступок следствием кратковременной потери рассудка на нервной почве и стоит ли вмешаться, чтобы прекратить это безобразие, Минос захрипел и попытался отстраниться от целующей его женщины, но хватка у той была железной. Промычав что-то, Минос дернулся пару раз в обманчиво нежных объятиях Кэролайн и медленно сполз вниз, уткнувшись лбом в грудь своей несостоявшейся любовницы. Кэролайн брезгливо оттолкнула от себя мужчину и сплюнула остатки вина в свой кубок.
— Это что такое было? — напряженно спросила Эмили, прислушиваясь к начинающему храпеть Миносу.
— Проницательный ублюдок! — выругалась та вместо ответа и, остыв, все же пояснила: — Пришлось целовать его, чтобы вино со снотворным попало ему в рот. Сама чуть не наглоталась, уж очень активно он двигал своим языком…
Эмили поморщилась, ее плечи невольно передернуло. Она всегда тщательно охраняла личное пространство, и ей было непонятно, как Кэролайн терпит столь интимные посягательства на свои границы.
— Ты не могла просто вырубить его?
— Конечно, могла. Но ты видела этого борова? Почти наверняка он бы оказал сопротивление, и эта борьба оставила бы следы на его теле. А с утра нас ожидало бы много вопросов от критского царя с больной головой и провалами в памяти…
— А так провалов в памяти не будет? — с сарказмом уточнила Эмили.
— Почти нет. В порошке не только снотворное, но и своего рода наркотик. Минос сейчас видит те сны, которые нашептала ему его пошлая фантазия. Чистая работа, комар носа не подточит, — с удовлетворением подвела итог Кэролайн и с отвращением вытерла свои губы раскрытой ладонью, а затем, прищурившись, посмотрела на Эмили и огрызнулась: — Чтобы что-то получить, иногда нужно искупаться в грязи. Впрочем, тебе этого не понять.
Эмили услышала нотки боли в ее голосе и неожиданно для себя молча присела рядом на кровать. В чем-то Кэролайн была права, но она все равно не могла согласиться с ее логикой.
— Зачем ты пошла со мной, Бриг? — устало спросила Кэролайн. — Сомневаешься в моей квалификации? Думаешь, если я не раскидываю мужиков голыми руками, то и доверить мне ничего нельзя?