Заставь богов смеяться (СИ)
Чем именно занимаются в Ведомстве, мало кто знал, но никто не сомневался, что работа агентов опасна. Об этом говорила и участившаяся практика вербовки совсем молодых парней и девушек. Условия были просты: пройти тест, оценивающий основные параметры претендента — ум, знания, гибкость мышления, способность к обучению. Затем — сдать экзамен на стрессоустойчивость. При положительном результате претендента забирали на подготовительные полугодовые курсы. Из кадетов (а студентов, зачисленных на курсы Федерального Ведомства Исторической Достоверности, называли именно так) лишь одна треть могла рассчитывать на работу в качестве агента. И Эмили собиралась пойти на все, чтобы попасть в число этих счастливчиков.
Общежитие кадетов находилось в паре кварталов от парка, и она быстро преодолела это расстояние. В голове крутились мысли о предстоящем экзамене, но они оказались полностью забыты, когда Эмили, приоткрыв от удивления рот и не веря своим глазам, выдохнула:
— Артур?!
Широкоплечий молодой мужчина, одетый в черную кожаную куртку, встал с сидения мощного мотоцикла и, держа в правой руке темно-синий шлем, блеснул белоснежной улыбкой.
— Привет, Эмили. Успела заскучать?
Вместо ответа она ринулась в распахнутое объятие, позабыв о пончиках в руках и чуть не вылив на нежданного гостя горячий кофе.
***
— Здесь даже мило, — с одобрением протянул Артур, расположившись на кровати Эмили. По-хозяйски запустив руку в пакет с выпечкой, он надкусил пончик и окинул комнату оценивающим взглядом.
Эмили, торопливо выпроводившая свою соседку, несмотря на возмущенные протесты последней, смущенно оглянулась и заправила выпавшую из конского хвоста прядь. Подавив желание сесть рядом с другом, Эмили устроилась напротив него на стуле с высокой спинкой. Подтянув ногу к лицу и упершись подбородком в коленку, она попыталась скрыть счастливую улыбку и тихо спросила:
— Что ты здесь делаешь?
С Артуром Уэйном они познакомились в детском доме, когда ей было шесть лет, а ему — четырнадцать. События того дня частично стерлись из памяти, оставив лишь яркие обрывки эмоций, запахов и звуков.
Чердак, где прячется Эмили, полон пыли и грязи, но ей нет никакого дела ни до первого, ни до второго. Платье изодрано и испачкано — за такое непременно отругает воспитательница, но Эмили не собирается возвращаться. Она сбежит и найдет своих настоящих родителей. Ведь могли же они ошибочно от нее отказаться? Могли же?
Старые половицы надсадно скрипят, когда по ним ступает нога в тяжелом ботинке.
— Ну, вот ты где! Слава Богу, я нашел тебя! Пойдем, миссис Мэдисон уже все уши прожужжала о твоей пропаже.
Эмили исподлобья смотрит на высокого темноволосого мальчугана с яркими синими глазами. Она отдергивает ладони, прячет руки за спину и не дает себя увести.
Подросток тяжело вздыхает, раздраженно что-то бурчит себе под нос, а затем садится возле нее на корточки.
— Я знаю, сегодня удочерили твою подругу Лолу.
Эмили молча моргает покрасневшими глазами, но не плачет. Лишь поджимает губы и упорно не поднимает глаз от пола.
— Слушай, вы сможете писать друг другу или даже созваниваться… если ее родители оплатят звонок из Бостона… Черт! Ситуация…
Эмили с интересом смотрит на ругнувшегося мальчика. Кажется, он не собирается вдохновенно врать ей. Эмили ненавидит, когда ей врут.
— Ладно, согласен. У тебя есть причина сбежать. Но разве так сбегают?
— Как «так»? — недовольно переспрашивает она, едва шевеля губами.
— Необдуманно. Жизнь — не сказка, и к ней нужно быть подготовленным. Ты ведь не думаешь, что ты — потерянная принцесса, которую разыскивают родители?
Эмили мотает головой. Ей шесть, но она не дура.
— Значит, тебе нечего искать за порогом детского дома.
— Есть, — Эмили значимо выдает одно слово и снова замолкает.
— Хм… Упрямая бестия… Ладно, давай так. Как только я соберусь бежать отсюда, я возьму тебя с собой. Маленькие девочки не могут путешествовать одни.
— А с кем могут?
— С братом, например.
Эмили долго раздумывает, прежде чем согласно кивнуть.
Конечно, она так и не сбежала из детского дома: ни одна, ни с Артуром. Однако это знакомство породило их дружбу. Вернее, дружба была лишь со стороны Артура, Эмили же сразу влюбилась в своего названного брата — такого умного, взрослого, красивого. И то, что Артур, вот уже восемь лет покинувший стены детского дома, продолжал поддерживать с ней связь, грело душу Эмили. Письма и открытки в последнее время стали приходить реже, но все же поступали достаточно регулярно, и она, читая об удивительных местах, которые посетил ее друг, мечтала, что однажды они отправятся в одно из таких мест вместе. Неужели, ее грезам суждено стать реальностью?
Кашлянув, чтобы прочистить горло, Эмили спросила:
— Ты же последний год жил на Кубе. Что заставило тебя вернуться?
Он таинственно улыбнулся, и ее сердце пропустило один удар.
— Не мог же я забыть о твоем празднике? Конечно, День рождения только послезавтра, но я решил подготовиться заранее, — с этими словами Артур потянулся к черной дорожной сумке, небрежно брошенной у ножек низкой кровати.
Эмили с удивлением воззрилась на небольшую прямоугольную коробочку, появившуюся в его руках. Артур приоткрыл бархатистую крышку, и Эмили шумно выдохнула, увидев перед собой логотип известной марки швейцарских часов.
— Они же стоят целое состояние…
Об этом знала даже Эмили. Она не интересовалась побрякушками, ни дорогими, ни демократичными, но имя этой фирмы прочно вошло в обиход как синоним богатства и успеха. Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться о примерной стоимости подобного подарка.
Артур мотнул головой, и на его лоб упала прядка коротких, немного вьющихся темных волос.
— Мне показалось, это символичным выбором — часы для работника Федеральное Ведомства Исторической Достоверности.
Ярко-синие, сапфировые глаза с невыразимой лаской и нежностью посмотрели на нее, и показалось, что вся комната сейчас как будто растворится, вся окружающая их действительность отойдет на второй план, оставив вместо себя лишь оглушительный стук сердца, эхом отдающий в висках. Не найдя в себе сил противиться, Эмили осталась сидеть на стуле и молча протянула правую руку. Артур встал, сделал шаг навстречу и сам застегнул на ее запястье кожаный браслет с циферблатом часов.
— Спасибо… Я буду беречь подарок. Это и, правда, символично, — Эмили трепетно повертела рукой с часами, любуясь тонкой работой мастеров — большой редкостью в век современных технологий и машинного производства.
— Подтекст важен в любом деле… — неожиданно обронил Артур, и то, как это было сказано, заставило Эмили вспыхнуть и замереть: казалось, все ее мечты и фантазии неожиданно превратились в реальность. — Это стоит отметить, верно?
Эмили не успела опомниться, как тот вновь вернулся к своей дорожной сумке. Присев на корточки, он рукой в кожаной перчатке без пальцев — Артур с детства любил стиль «байкеров» конца двадцатого века — нащупал что-то на дне сумке; это что-то издало радостное дзиньканье.
Брови невольно взлетели вверх, когда Артур поставил на стол две объемные бутыли причудливой формы. Из-за соприкосновения их донышек с крышкой стола темно-золотистая жидкость слегка всколыхнулась, облизнув витиеватые горлышки.
— Что это? — она даже не старалась скрыть свое удивление.
— Черный ром с Кубы, — Артур широко улыбнулся. — И ты обязана его попробовать!
— Убедил, — хмыкнула Эмили, и вздрогнула, увидев взгляд друга. К сожалению, тогда она не смогла распознать то, что читалось в этих сияющих глазах. Теперь же, много лет спустя, Эмили бы узнала взгляд, сверкающий торжеством победы из тысячи других подобных ему. Но в тот момент она была просто влюблена, счастлива и… слепа.
***
— Артур, но должен же быть какой-то выход?!