Орион Реликвий (СИ)

— Твое тело очень слабое, ты умираешь, — заговорил он. — Два дня и от тебя ничего не останется. Только тело, которое будет медленно гнить под землей.
Я бы ему ответил, чтобы он пошел на три веселых буквы, да кислород нужно было сохранить.
— Другие обходили этот клинок стороной, — тем временем продолжил он. — А ты, почему решил взять именно его?
Он тупой? Он не понимает, что я не могу говорить?
В эту же секунду, появился позыв прокашляться, с которым бороться было просто невозможно. Человеческое тело, увы, не идеально, и когда кислород в легких теряет свое свойство, этот орган пытается избавиться от него как можно скорее.
И… я бы сдох, утонул или стал одержимым, если бы не подумал об одной простой вещице.
Ересь.
«Я хочу кислород вокруг моей головы! — закричал сам в своей голове. — Мне нужен воздух вокруг меня!»
Собственно говоря, я ничего не почувствовал, но тем не менее, не унимался, проговаривая в голове одно и тоже до тех пор, пока рот предательски не раскрылся.
Твою мать…
 Глава 29 
Глоток свежего воздуха был настолько желанным, что я закатил глаза. И моя магия, к слову, сработала на ура, просто я не сразу почувствовал это и по итогу, уже чуть ли не коньки отбросил с желанием «вдохнуть». И тем самым, у меня появилась возможность говорить.
— Фух, — я часто задышал, раздражая собеседника. — Чего ты там говорил? Тело умирает? Это да… это неприятный фактор.
Синие, огромные глаза на черном фоне, еще сильнее начали «хлопать». Что в общем превратилось в какое-то мигание огромного светильника.
— Знать бы еще, как с этим справиться, — продолжил я. — Цены бы этой жизни не было.
— Как ты… — прозвучал громогласный, я бы сказал, величественный голос. Но по его интонации становилось понятно, что голос был изрядно удивлен. — Я же испытываю твое физическое тело! Каким образом ты дышишь?
— Пу-пу-пу, — издевательски протянул я. — Что там дальше по планам? Всеми стихиями проверил, делать что-то будем, или к какому-то соглашению придем?
— КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ? — не унимался демон. — ОТВЕЧАЙ!
— Чего орешь-то? — меня начало выматывать это испытание. Я почувствовал слабость, легкую, запаниковал, что дело в организме и сейчас откажут ноги и сам не понимая зачем, коснулся реликвии в кармане.
Может, это была защитная реакция организма, что-то сожрать, чтобы еще пожить, может, нечто другое. В общем, произошло то, что произошло. Я вытянул за цепочку реликвию, и, увидев ее, демон взревел.
В следующий миг, реликвия засияла, а эти огромные глаза и рот начали уменьшаться, словно эта чудовищная штучка начала его поглощать, как это было с цепями Вековой Жабы и смолой, которой кидалась Варвара.
Появившаяся из неоткуда вода тут же пропала, меня швырнуло на пол, но меч я не отпускал и спустя пару мгновений, клинок отмер. Словно я вытянул его из невидимой преграды. Я больно ударился лицом об пол, перевернулся и часто задышал, не открывая глаз.
Голова гудела, ноги болели… каждый сантиметр кожи говорил мне, что он устал… но ничего не замирало, ни отказывало, так что, я зря запаниковал. А вот затем…
Что-то влажное, мокрое, уткнулось в мою щеку. Я раскрыл глаза, понял, что нахожусь в зале и никакого испытания больше нет, повернулся в сторону «тыканья» и раскрыл рот.
На меня смотрела пара черных глаз самого обычного животного. С длинными резцами, коричневой, мокрой шерстью и длинными, серо-черными усиками. Я не мог себя сдержать, чтобы не заорать:
— БОБЕР!
— Курв-курв, — пропищал он, хлопая хвостом по каменному полу.
* * *
Адольф Брониславович сидел за круглым столом в главном здании академии. Недовольно смотрел на свиток в руках и не реагировал на галдеж других академиков. Сегодняшнее собрание было посвящено студентам, прошедших испытание. И все здесь было не так гладко, как хотелось.
Наконец, когда он устал от бесконечного трепа, Владимир Ильич сам заткнул всех одним простым обращением:
— Уважаемые, — карлик недовольно нахмурился. — У нас явные проблемы с третьим классом. Шесть мертвецов после испытания, причем, простым оружием. Понимаете, что будет?
 
Кто-то закивал, кто-то отрицательно помотал головой. А ответ был очень простым:
— Кто-то из членом приемной комиссии очень любит получить на лапу. И узнать кто именно — не составит труда. Все погибшие были приняты в академию в один день, — он криво улыбнулся и одному из академиков поплохело. — Иван Васильевич?
Он посмотрел на мужчину средних лет, с маленькими очками на носу, ровной, короткой бородой и причудливой стрижкой. И тому стало аж не по себе, от агрессивного взгляда карлика. Мужчина поежился и опустил голову.
— Что. Сказать нечего? — ухмыльнулся Владимир Ильич и махнул рукой. — Выходи, пиши заявление и мне на стол до вечера.
Но это было еще не все.
— У нас есть десять студентов с проклятым оружием, — продолжил карлик. — Трое стали одержимыми и погибли, сами понимаете, — он ловил на себе вопросительные взгляды. — Законом и правилами от их семей мы защищены. Двое — отказались от испытания.
— Что им будет? — спросила женщина в красной мантии и с колпаком на голове. — Будем отчислять?
— Не имеем права, — цокнул Адольф Брониславович. — Отказ от оружия не является поводом для отчисления. Результаты, да, — он как-то расстроенно опустил глаза на стол. — Придется обнулить и оставить их еще на полгода, до следующей пересдачи, но вот городской власти это очень не понравится.
— А при чем тут они? — отозвался молодой академик. — Мы же студентов не как наемников сдаем!
— По документам, да, — кивнул Адольф Брониславович, — А фактически, они осваивают боевые навыки за стенами. Я понимаю Карл, что ты из другой страны, да и работаешь пару месяцев всего, но не вздумай такое нигде ляпнуть. У руководства города есть свои уши, и им не понравится подобное.
Карл кивнул и больше не открывал рот.
— Теперь возвращаемся к монстрам, — эта тема была слишком щепетильная для Брониславовича. — Вековая Жаба умерла. У нас больше нет монстра для испытаний. Нужны предложения. Есть у кого какие варианты?
Разумеется, вариантов не было. Академики зашумели и галдеж начался с новой силой.
Старик, выслушивая все это, лишь недовольно качал головой. А в конечном итоге и вовсе, расплылся в своих мыслях.
«Где же мне достать в короткий срок еще одного монстра, способного получить душу демона?»
Единственным вариантом, оставался только подвал лекаря, который в свою очередь думал, что о его игрушках никто не знает. Но чтобы добраться туда и сделать это тихо, нужно было много времени. Точнее, нужно было угадать, когда можно будет полноценно этим всем заняться.
— Еще есть один момент, — заговорил, кстати, Всеволод Владимирович, отвлекая старика от мыслей. — У нас в столовой второго класса собраны одержимые из потока первого зала. Городские власти еще не пришли, а местная стража уже начинает нервничать.
— И? — Адольф Брониславович недовольно посмотрел на лекаря. — Что ты хочешь или что ты предлагаешь?
— Ну… — лекарь замялся. — Никому не интересно, зачем мэрии города такие студенты? Понятное дело, что они скоро станут людьми, а не магами, но тем не менее, зачем-то же они попросили их собрать, а не «портить» шкурку.
— Допросы, очевидно, — сказал один из академиков. — Хотят понять, почему одержимость становится все более привычным событием.
— Ты уверен в этом? Разве никому не интересно, что на самом деле думают управленцы?
На лекаря уставилось с десяток вопросительных пар глаз. Никто не понимал, к чему такое стремление быть во всем первым. Никто не знал, что лекарь мечтает освободить свою сестру от демона внутри ее. И для этого, он не остановится не перед чем.
Ему всего-то нужно было бы поговорить с парочкой одержимых. А может, и кого-то попытать. Но уже не Боброва. Бобров справился.