Измена. Не фригидная жена (СИ)

Он говорит мне, что отец сломал его. Все-таки сломал, хотя внешне все было хорошо и прекрасно. Говорит, что я превратилась в его шанс стать нормальным человеком, но он сам у себя этот шанс отнял, как последний слабак и придурок…
Дамир остается у моих колен, но не предпринимает никаких попыток возобновить прикосновение. Он и выглядит иначе – как минимум надломленным мужчиной, за который прячется подросток. Все его детские травмы проявили себя сегодня. Он прятал их глубоко, я и не заметила, безупречно играя роль уверенного в себе харизматичного бизнесмена. Внешне Дамир был мечтой почти любой девушки, но внутри его головы творился хаос, настоящий ураган.
– У меня отношений до тебя не было, Виталина. Нет, я не жалею об этом… Но откуда мне было знать, как себя вести? Я допустил столько ошибок, я так и не сделал тебя счастливой… – он говорит, не давая мне даже слова вставить. – Я так хотел семью с тобой, я жил этими глупыми надеждами, что все может быть хорошо рядом с ним. Я хотел ребенка, думал, что он, отец, отстанет от нас, надеялся, сможем защитить малыша и уже не будет у него такого детства. Но это же все бред, да? Просто бред. Я бы его не защитил… А я должен был, не ты, ты не знала ничего…
– Дамир…
– Нет, Вит. Ты слишком многого не знала обо мне. Я не должен был делать тебе предложение, не посвятив в семейное дерьмо. Ты не заслужила такой подставы.
Еще громче, с большим надрывом.
Я прикладываю ладони ко рту, слушая его исповедь.
Выхода у меня нет.
Пусть я только что обозвала его психопатом, углубившись в душевную боль, его слова мгновенно перебивают ее, перенастраивая меня на сострадание.
– Я уже столько раз пожалел, что связался с Мартой, что придумал тот глупый план. Каким же он мне теперь кажется глупым, – грустно смеется Дамир.
Говорит, что он не нашел в себе достаточно храбрости признаться мне.
Я беру его за руку, стараясь успокоить, показать, что я рядом. Руки Дамира холодные, как лед, они всегда такие, если он нервничает. Боже, я ведь всегда была рядом. Если бы этот разговор состоялся пять месяцев назад, ему бы не пришлось рассказывать на полу съемной квартиры. Когда случилась Марта у нас, правда, были некоторые проблемы – много работы, много личной усталости. Не все идеально в постели. Но мы бы справились, теперь, когда я снова узнаю своего мужа, Дамира, в которого я так влюбилась с первого взгляда, я знаю, что справились!
Вместо этого, он все уничтожил.
– Дамир, – наконец, пока он переводит дыхание, я отвечаю. – Ты сделал меня счастливой. Честно. Ты делал меня счастливой много месяцев подряд, и все у нас было хорошо… Ты же помнишь, правда?
Он с готовностью кивает.
Глаза в глаза.
Сжимает мои ладони, я не возражаю.
– Но потом ты все уничтожил.
– Я знаю, знаю, малышка, я ненавижу себя за это… И буду ненавидеть…
– Послушай, – перебиваю, но потом делаю паузу, формируя свой вердикт.
Дышать легче стало после всего.
Мы с Дамиром стали ближе, вернулись к доверительному разговору.
– Послушай, – мой голос звучит увереннее, – я не могу тебе в данный момент ничего обещать, Дамир.
– Я понимаю.
Если он и ждал от меня прощения, то не показывает этого.
Кивает, медленно встает с колен.
Эмоциональная обнаженность Дамиру к лицу, думаю я мимолетно. Он таким родным и знакомым кажется, когда задумчиво поджимает губы, глядя куда-то в пол.
– Я тогда поеду найду себе номер в отеле, – говорит он.
Забирает с собой папку, в которой какие-то бумаги.
Видимо, еще не пришло время мне ее показать. Папка занимает мою голову на долю секунды, потому что я близка к тому, чтобы попросить его остаться. Нет, не так, предложить ему остаться.
Не хочу, чтобы он ехал.
– У меня есть диван, – выдыхаю я судорожно, останавливая его на пороге комнаты. – Если хочешь.
Мурашки по всему телу от мыслей, что мы с Дамиром останемся вдвоем ночью – в каких-то двух метрах друг от друга. Впрочем, Дамир может и не согласиться…
– Остаться у тебя?
– Угу.
– Ты десять минут назад назвала меня психопатом.
 
– Два раза, – напоминаю я, сцепляя ладони за спиной.
– Тем более.
– К твоему счастью, я изменила мнение, и думаю, что мне не будет ничего угрожать.
Он грустно усмехается.
– Я с радостью посплю на твоем диване.
На том наш странный диалог и заканчивается. Собрав себя в кучу, я иду на кухню, а Дамир остается в комнате.
Стук в дверь я не слышу за шипением подсолнечного масла на сковороде. Понимаю, что ко мне кто-то пришел в момент открытия Дамиром замка. На пороге стоит Сергей и он, черт возьми, держит букет роз в правой руке. Боже мой. Мне хочется провалиться этажом ниже, а лучше телепортироваться куда-то далеко.
***
– Чем могу помочь? – спрашивает Дамир.
Я не вижу его лица, но голос у него по-змеиному доброжелательный.
То есть – абсолютно не доброжелательный.
– Я удивлен, что ты еще здесь…
– Привыкай.
– Вита, ты тут? – зовет меня Сергей.
Я выглядываю из-за угла, как будто боюсь попасть под перекрестный огонь – но Сергей даже не пытается оторвать взгляд от Дамира, он меня в упор не замечает.
– Она не настроена с тобой говорить, – отвечает Дамир.
– Боюсь, это не тебе решать.
Они все больше распаляются, как два молодых быка. И какая-то часть меня хочет оставить все как есть, звонко хлопнуть дверью, прокричав: «я вообще-то нуждаюсь в тишине и спокойствии!» Но если я не вмешаюсь, ситуация может стать неконтролируемой. Они мне оба дороги – хотя и по другому. Оба дороги, несмотря на то, что один разбил мне сердце, а второй впервые решил подарить мне букет ровно в тот вечер, когда приехал Дамир.
– Успокойтесь оба! – кричу я.
Но слишком поздно.
Даже если они и начали соперничать за меня, то сейчас сфокусировались на ненависти друг к другу. Как же меня бесит эта мужская привычка решать проблемы. Я подхожу к Дамиру, цепляюсь за его плечи, чтобы он пропустил меня.
Если встану между ними, то сумею утихомирить ситуацию.
Но Дамир выше меня, сильнее.
Он выставляет руку, не давая пройти.
– Вита, оставайся в квартире…
– Дамир! – не добившись от него реакции, я поворачиваюсь к Сергею. – Давай мы поговорим позже, ок? Иди домой, Сергей.
– Потому что он так сказал? – бросает Сергей. – Вита, я давно хотел сказать…
Они снова вспоминают о причине своего конфликта. Обо мне.
– Давай ты скажешь мне это не сейчас.
– Нет. Сейчас, пусть он тоже слушает… – Сергей пытается войти в квартиру, но заканчивается все тем, что Дамир хватает его за свитер, и толкает назад. – Вита, не надо возвращаться к нему из-за страха… Или неуверенности. Растить малышку одной тяжело, но у тебя есть я!
…И становится только хуже.
Широко открытыми глазами я смотрю на Сергея, не в силах пошевелиться. Как он… посмел. Я делилась с ним своими опасениями, но вовсе не за тем, чтобы он так опозорил меня перед бывшим мужем. Дамир, наоборот, начинает действовать. Он бьет Сергея в грудь, выталкивая из квартиры, Сергей отвечает таким же тычком, и они оба падают на открытые двери, которые с громким стуком, треском соприкасаются со стеной подъезда.
– Стойте, прекратите! – я кричу. Я стараюсь до них докричаться. Но с таким же успехом я могла бы быть немой… – Давайте решать дела цивилизованно! – собрав все силы, я кричу еще громче: – если вы сейчас же не прекратите, я звоню в полицию! Вам ясно?! – ноль реакции.
На моих глазах Дамир и Сергей едва не падают с лестницы…
Дамир пропускает удар по щеке, но сразу же отвечает Сергею. Он толкает его в грудь и вместе с ним ударяется об стену…
– Ладно, если так, пусть во всем разбирается полиция!
Я забегаю в квартиру, надеясь найти телефон… Но тут же бегу назад, чтобы проверить, не свернул ли кто-то кому-то шею. Не могу их одних оставить, руку кладу на живот, стараясь начать думать. Снова призываю их остановиться… Сюрреализм какой-то. В толкотне они спускаются на один пролет, и сразу же сбивают цветок, который заботливая тетя Нина поставила на подоконник. О нет.