Развод. Я тебя забираю (СИ)

Услышала звонок телефона и голос Максима. Он говорил негромко, но я поняла, что ему звонит следователь.
― Что? ― спросила, не открывая глаз, когда он закончил короткий разговор.
― Следователь попросил заехать вечером в отделение. Кажется, нашелся тот, кто хотел убить Настю.
После такой новости мне все же удалось уснуть. Я была очень вымотана и организм сказал «хватит», и стоило мне прикрыть глаза, я сразу же отключилась. А разбудил меня легкий шепот Максима, который нежно поглаживал костяшками пальцев мои щеки и говорил приятные слова. Я улыбнулась и медленно подняла века, встречаясь с красивым взглядом, в котором читалась любовь. До сих пор не верила, что все это происходит со мной. Что я чувствую рядом с ним трепет, порхание крыльев бабочек в животе, чувствую любовь. Не сдержавшись, я зажмурилась, пряча улыбку у него на шее.
― Ты чего? ― его улыбка приятным теплом отражалась в области груди.
― Поверить не могу, что я с тобой. С мужчиной, которого люблю.
― Моя девочка, ― он опустился и поцеловал мои губы, разгоняя по телу волнение.
― Макс, как Настя?
― Просыпалась и снова уснула.
― Как? Почему не разбудил? Я бы с тобой пошла.
― Соня, успокойся, Настя пока слаба, сознание еще затуманено после наркоза. Нет ничего страшного, что она тебя не видела. Девочка все равно еще будет спать.
― А можно я хотя бы немного посижу с ней? Пожалуйста.
Я посмотрела на него умоляющим взглядом. для меня было важно увидеть дочь, и лично убедиться, что с ней все хорошо. Я переживаю за нее, и хочу знать, что ей не нужна моя помощь. Хотя, чем я сейчас ей могу помочь? Глупая.
― Конечно, можно. А потом поедем в отделение.
― Точно. Следователь ведь звонил. И как я после всего этого уснула, не понимаю.
― Ты устала, тебе необходим был отдых. Ненужно себя винить.
Максим, конечно, был прав, но я все равно ругала себя за слабость. С другой стороны понимала, что Насте я нужна здоровая, чтобы могла быть ее опорой. Потому нужно просто брать себя в руки и идти к ней в реанимацию.
― Пойдем, я тебя провожу.
― Ты был у нее?
― Да, я заходил.
Пройдя по коридору, я только сейчас заметила, что на улице уже стемнело. Нахмурилась и бросила взгляд на часы на стене в начале коридора.
― Ого, уже пять. Мы успеем к следователю?
― Да, он сказал подъехать к шести.
Остановившись около реанимации, я повернулась к Максу и прикусив губу, заглянула в его глаза.
― Что?
― Как думаешь, это Лена подкупила Наташу?
― Не знаю, Сонь, но откуда‐то ведь Наташа взяла это имя.
Я кивнула.
Взяла. Как и деньги за то, чтобы лишить жизни мою дочь.
Как же мне хочется посмотреть в глаза той дряни, которая заказала убийство. Нужно быть последней мразью, чтобы пожелать убить ребенка. Это так страшно. Страшно то, что среди нас ходят те, кто желает смертей. И страшно столкнуться с таким человеком лично.
Настя спала. Бледная, уставшая, и немного похудевшая. Конечно, похудела она не во время операции. Просто все эти дни она находилась на диете и ближайшее время она продолжит питаться так же, как пропишет врач. Теперь ей предстоит реабилитация и наблюдение у Николая Дмитриевича. Но я уверена, что все будет хорошо и отторжения не произойдет. И главное, я больше не позволю Насте волноваться. всегда только позитивные эмоции и много радости. И первая хорошая новость будет о том, что Максим мне сделал предложение. Я уверена, что Настя обрадуется, ведь она всегда желала мне счастья. Моя родная, маленькая девочка. Как же сильно я тебя люблю.
Смотрела на нее и хотела плакать от счастья. Она дышит, спит, она живет. И будет жить долго и счастливо. Я буду стараться делать все, чтобы дочка была здорова.
― Реабилитация начнется с дыхательной практики. Через неделю ЛФК.
― Она же справится, Максим?
― Обязательно справится.
Иногда так важно услышать слова любимого человека. Они словно подтверждают твои мысли, твою веру, они греют твою душу и на сердце становится спокойнее. Я знаю, что Настя сильная девочка и совсем скоро она встанет на ноги. И, возможно, однажды станет мастером спорта. Ну мало ли, вдруг чем‐то увлечется. Такое тоже может быть, ведь Настя любит активный образ жизни. А с новым сердцем она сможет к нему вернуться.
  
Из клиники мы с Максом уехали вместе. Нас ждал следователь, и мой мужчина хотел в момент, когда я узнаю заказчика быть со мной рядом. У меня к Максу была просьба на счет Насти, чтобы он попросил медсестру чаще заходить к моей дочери. Я волновалась вдруг ей что‐то понадобится, а рядом никого не окажется. Он согласился со мной, и попросил Тамару остаться на дежурство за отдельную плату. Правда там такая женщина, что и бесплатно бы согласилась. Очень ответственно она подходит к своей работе и хорошо относится к пациентам. А мне так спокойнее.
Около кабинета следователя мы были в назначенное время. Остановившись в коридоре, я поняла, что сердце бешено колотится в груди. Наверное, это был страх. Я боялась узнать правду, но она нужна была мне. Потому что человек, заказавший Настю должен понести наказание. Я не позволю, чтобы меня пытались уничтожить через детей. Ни Настя, ни Юля не должны страдать из‐за идиоток, которые по какой‐то причине меня ненавидят.
― Извините, что так поздно. Я был на вызове, и не мог раньше приехать, ― произнес Тимофей Константинович, жестом руки приглашая присесть.
― Ничего страшного, мы бы и не смогли раньше приехать.
― Скажите, есть какие‐то новости, да?
Я не хотела тянуть резину и вести ненужные разговоры. Мои нервы награни, и, если я сейчас стану соблюдать правила приличия, я просто сойду с ума. Мое сердце уже достаточно настрадалось за эти дни.
― Да. Мы узнали кто заказал вашу дочь Наталье Манской.
Я нахмурилась, и почувствовала, как Макс сжал мою руку в знак поддержки.
― Это не Елена, да? ― не знаю зачем спросила, ведь и так было понятно что не она.
― Нет, не Елена. Мы организовали встречу Манской и Шавриной. Так вот Наталья на этой встрече впервые увидела Елену.
Я сглотнула и постаралась сделать глубокий вдох. Что‐то от всего происходящего голова кругом идет.
― И кто же заказал Настю?
― Агата Вельская. Ваша подруга.
  
Глава 28
 
Мы сидели с Максимом в коридоре отделения полиции, и я до сих не могла прийти в себя после слов, сказанных Тимофеем Константиновичем. Агата, человек, который был всегда рядом со мной, был близок к моей семье, знал много секретов и просто дружил со мной. Или дружила я с ней, так, наверное, будет правильнее.
Она убила моего отца, она пыталась убить мою дочь. За что? Что я такого ей сделала, что она решила лишить меня моей семьи? Да разве может быть что‐то, что толкает на подобное. Разве у кого‐то есть право лишать человека жизни?
― Не думала, что самый счастливый день, когда моей дочери сделают операцию, может перерасти в такой ужас.
― Думаю, у нее что‐то с психикой. Потому что здоровый человек на такое не способен.
Максим взял мою руку в свою и переплел наши пальцы. Только он так бережно относился ко мне и поддерживал. Не знаю, что бы я делала, если бы этот человек не появился в моей жизни.
― Я пытаюсь понять за что она мне мстит, но в голову ничего не приходит.
― У тебя сейчас будет возможность задать этот вопрос лично.
Да, будет. Следователь выписал разрешение на свидание. Рада ли я? Конечно, нет. Мне не хотелось видеть ее, но в то же время было желание посмотреть в ее глаза и спросить зачем она это сделала. И страшно услышать ответ. Но он нужен, чтобы я потом не жалела, что решила отказаться от встречи.
― Пройдемте в комнату для свиданий, ― пригласил следователь, и развернувшись пошел прямо по коридору.
Максим кивнул, мы поднялись и вместе пошли за ним. Но в комнату войти могла только я.
Меня накрыла паника, ладони вспотели, но я понимала, что нужно это сделать, чтобы идти дальше и не жить прошлым.