Дерзкая. Пленница (тело)хранителя (СИ)

- Кальян на кардамоне. Ты же вроде раньше любила. Все хорошо?
Но я ответить не успела. Мое внимание привлек огромный букет роз. Сотня, не меньше. Кто и с какой целью припер его сюда?
Ответ я, к сожалению, узнала быстро, хотя могла б и догадаться. Кто меня заваливал такими вениками все это время? Вот и он. Улыбка до ушей, в глазах сказочная пр….дония. Вырядился, будто на неделю высокой моды. Руки трусятся, еще немного, слюна потечет по подбородку. Мой муж, дамы и господа. Максимка Косач.
- Прости, не смогла отказать. Он уже месяц сам не свой. – Лерка сжала мое плечо. – Вам не обязательно выяснять отношения. Тут и не поговорить. Просто посидим вместе, выпьем. Потихонечку, да?
- Юля! – Максим своих чувств не сдержал, подскочил ко мне и тут, не стесняясь никого и ничего, упал на одно колено, одержимо целуя мои руки.
Я поняла по взглядам своих друзей – если сейчас оттолкну или уйду прочь, буду в их глазах эгоистичной стервой и к тому же психически нестабильной после похищения.
- Ну привет, муженек, - как можно искреннее улыбнулась я, протягивая ему ладонь и приглашая встать…
Глава 26
После выпитого мартини, который почему-то показался мне приторным и отдавал «пектусином», напряжение начало понемногу отпускать. От запаха роз и приторного кальяна болела голова, и почти весь вечер я провела на танцполе.
А Макс от меня не отставал. Ни от одного медленного танца откосить не удалось. Но хоть какая-то польза – я не горела жаждой новых знакомств. А все парни, чье внимание я привлекла, были мне не знакомы и откровенно пугали.
Ноги гудели. Время давно перевалило за полночь. Свалила в грядущий рассвет Лера с каким-то клоном Вин Дизеля. Алиска пьяно спала на плече скучающего Сашки, который по обыкновению залипал в телефоне. Две пары тоже незаметно ретировались, Дашка только отжигала под треки, никого вокруг не замечая.
А я, хоть и устала, поняла, что сна ни в одном глазу. И что возвращаться домой не хочу – вновь обрушится вязкая пустота, которая закончится приступом жалости к себе, кровью из разбитого сердца и обильными рыданиями. Со мной вообще в последнее время творилось что-то непонятное. Да и немудрено – после такого потрясения мне уже никогда не быть прежней Юлькой Беляевой.
Я расстегнула верхнюю пуговку рубашки. Становилось душно. От спертого воздуха и запахов электронных сигарет с кальянами кружилась голова. Посмотрела на Макса, который выглядел, как именинник, которому свезли все торты и плюшки мира.
Это была бредовая идея, и по-своему безумная. Но дальше так продолжаться не могло. Я должна любой ценой разорвать замкнутый круг, в который меня поместил Тагир. Все равно, как. Новые знакомства меня откровенно пугали, а тут рядом терся мой законный муж, который так и не дождался первой брачной ночи.
Странно, но эта мысль не вызвала во мне отвращения. Равнодушие – да. Но за надежду освободиться от мыслей о Тагире я была готова цепляться обеими руками.
Остановилась, тяжело дыша. Шагнула к Максиму, который ни на миг не утратил своего влюбленного запала, и взяла его за руку.
- Пойдем.
- Ч… куда? – растерялся он. – Домой? Юля, давай еще посидим… если хочешь, можем по городу покататься. На крыше перекусить, я позвоню и закажу столик. Я так давно тебя не видел!
- К тебе поехали. Только если твоих предков там нет. Потому что твою мамашу хватит удар, когда узнает, что мы собрались заняться сексом.
Его глаза надо было видеть. Понадобилось бы – стукнул родителей по темечку и спрятал в подвале, чтобы получить доступ к моему телу. Дышать становилось все труднее, и я просто потащила супруга за руку к выходу, на свежий воздух.
- Родители в доме… но у меня ключи от папкиной квартиры на Майдане. Окна на площадь. Пока тебя искали, он там все время заседал, искал зацепки. Сейчас за город переехали, а ключи мне дал, чтобы я не гонял за город после клуба. Поедем туда?
- Поехали, - я подняла голову вверх, глядя на тусклые звезды. Может, упадет одна, я загадаю желания и забуду Тагира без секса с другим? Нет, ничего не упало.
 
- Я сейчас, хочешь, суши закажу? Или что ты хочешь, скажи. Я все для тебя…
- Да не есть мы к тебе едем, Максик. Чувствую себя ужасной женой, которая так и не дала мужу доступ к телу. Пора исправить. Или ты меня уже не хочешь после того, как меня на свадьбе, у всех на глазах…
Смотрела в его глаза даже с какой-то надеждой – вот сейчас увижу в них брезгливость, как у его мамаши, печаль, ревность, и много чего другого. Будет легальный повод уйти, а потом и подать на развод. Для отца это тоже будет аргумент. Я еще не поднимала тему развода, но было чувство, что он прислушается к словам.
Но, увы, ничего. Только восторг и слепая влюбленность.
- Тебя принудили! Я видел, как ты плакала, ты этого не хотела! Если бы я защитил тебя, ничего бы не случилось! Я растерялся… я никогда себе этого не прощу…
- Поехали, Макс.
То, что ничего хорошего из моей затеи не выйдет, начала понимать уже в машине. Мое состояние напоминало отрешенность. Мелькали огни, редкие встречные машины. Несколько минут – и мы дома у Максима. Меня при этом прогнали через металлодетекторы, и явно засняли на камеры. Хорошие квартиры. Ничего не скажешь.
Внутри тоже было роскошно. Я без цели меряла шагами гостиную, пока Максим готовил нехитрые закуски и охлаждал шампанское. Он уже дрожал от нетерпения. Но когда полез целоваться, я испытала отвращение.
- Давай ты в душ сходишь, хорошо?
- Пошли вместе!
- Непременно. Я фрукты хочу красиво порезать, и сразу приду. Тут будем?
У Макса глаза загорелись. Мысленно он уже раздевал меня и владел во всех позах, не в силах поверить своему счастью.
- А давай, знаешь где? В кабинете отца. На столе… там так шикарно!
- Давай, - дождалась, пока откроет дверь. – Жди в душе. Закончу с закусками и присоединюсь к тебе. А ты фантазер, дорогой муженек.
- Я готов удивлять тебя до конца своей жизни! – на ходу снимая пиджак и футболку, прокричал Макс, чтобы скрыться в душе.
Я же смотрела на открытую дверь кабинета… а в голове внезапно вспыхнуло озарение.
Брачный контракт. Косач явно хранит его здесь! Надо его изъять, найти координаты нотариуса, а потом заставить его переделать все в свою пользу. Тогда я точно получу развод!
И, забыв про Макса и фрукты, я прислушалась к шуму воды, перед тем, как войти в кабинет.
На столе было чисто и пусто. Я подняла голову к потолку. Камеры есть, но сейчас отключены. Видимо, всегда отключают, когда хозяина нет дома. Странно что Макс их получил. Хотя, может, никакого договора с отцом у него нет, и он просто стянул ключ, чтобы впечатлить очередную даму сердца подобными хоромами? А тут я подвернулась.
Скорее всего, так оно и было. Что ж, значит, это удача. Спонтанная, как все, что происходит со мной в последнее время. Только остатка ночи не хватит, чтобы все обыскать.
Я переложила бумаги в деревянном поддоне. Какие-то рабочие моменты. Ничего интересного. А вот шкафчики оказались заперты. Я же не думала, что будет так просто?
Но сдаваться не собиралась. Прошлась вдоль шкафа черного дерева. За стеклом были папки для документов с непонятными надписями на разных языках.
Открыв дверцы, я взяла первую попавшуюся. Пролистала. Много документов, договора и сертификаты, названия организаций, свидетельства. То же самое – в пятерых рандомных. Ничего я тут не найду.
И все же какая-то неведомая сила удерживала меня возле стеллажей, будто что-то важное было на виду. Что-то, что ускользало.
- Юля! – позвал Максим, перекрикивая шум воды.
- Иду, мой сладкий! Сейчас отведаешь моей сладости! – как можно бодрее и громче прокричала я, сдвинув одну из папок.
Раздался скрипящий звук. От испуга я подпрыгнула на месте и едва не забилась в угол – показалось, что кто-то вошел в двери, и меня поймают на месте преступления. Но нет. Несколько папок, оказавшихся бутафорией на газлифте, поднялись кверху, открывая небольшой стенд с различными ключами.