Дерзкая. Пленница (тело)хранителя (СИ)

Вряд ли это сработает с таким, как Тагир. Но если после этого он оставит меня в покое и не будет относиться так, как до того его звери, все не зря. И я напрягла память, вспоминая рассказ подруги.
Было непросто. Вообще не получалось думать о чем-то другом, кроме своей участи и неизвестности. Но если я могла выиграть себе время и придумать план побега, лучше было дать тюремщику все, чего он желает.
Втянула щеки, позволив члену Тагира проскользнуть в глубину своего ротика. Поспешно расслабила горло. Такой большой, с сеточкой рельефных вен, в полной боевой готовности. Впервые я видела его перед собой. В другой ситуации увиденное бы меня завело, а сейчас я просто искала способ облегчить свою участь.
Закрыла глаза, осознав, что Тагир ловит мой взгляд. Кто знал, как это на него повлияет, может, разозлит сильнее. Предпочтительнее было самой сделать минет, чтобы не мучиться, если он решит заставить меня брать на полную длину. Я точно этого не сумею.
Подключила язык, обернула зубы губами и задвигалась, то создавая вакуум, то расслабляя, лаская чувствительную плоть языком.
Отвращения у меня это действие не вызвало. Хотя раньше, с другими, было наоборот – я стремилась скорее завершить прелюдию и перейти к классическому сексу.
Твердая плоть подрагивала под действием моего языка. Несколько раз я даже позволила члену достать до стенки горла, удивляясь, что куда-то исчез рвотный рефлекс. От ужаса? Или произошло то, чего объяснить я не могла? Ведь меня и раньше тянуло к Тагиру. И совсем не в платоническом смысле.
А еще я ощущала что-то, похожее на власть. Сейчас вовсе не он играл первую скрипку. Это мои губы и язык задавали ритм, вырывая из его груди стоны удовольствия. В какой-то момент я неосознанно обняла руками его бедра, внизу живота странно завибрировало.
Это невозможно. Я сбилась с ритма и глухо всхлипнула. Мать вашу, как такое может произойти? Стоп, нет, я не завелась. Меня немного вшторило именно ощущение власти над мужчиной. Но никак не яга к нему! Так не бывает! Не после всего, что он со мной сделал. Только не это!
Тагир почувствовал перемену в моем настроении. Расслабил хватку в волосах, прошелся пальцами ласкающим движением. Затем отстранился, оставив меня жадно хватать воздух открытым ртом.
В одном, я могла признать, он оказался прав. Отсосала – и успокоилась.
Я все же рискнула поднять глаза. Тагир рассеянно гладил меня по голове, глядя в одну точку и шумно выдыхая сквозь стиснутые зубы. Я старалась не смотреть на его член, все еще возвышающийся перед моими глазами. Просто ощущение внизу живота не проходило. Наоборот, усилилось. Страх и неизвестность, выходит, не давали ему проснуться. А сейчас я избавилась от этих чувств. И какие-то низменные желания одержали верх над разумом.
Тагир положил мне руку на плечо, заставляя встать. Я подчинилась, забыв о том, что совершенно голая перед ним. Не произнося ни слова, он заставил меня повернуться спиной и надавил между лопатками, принуждая опуститься на колени.
Я думала, что он возьмет меня ту же секунду, но ошиблась.
Теплая вода окутала мои бедра. Мужчина за моей спиной что-то проделал, и я вскрикнула. Не от боли. Гейзер джакузи вспенился прямо возле моих разведенных ног, ударив мощной струей в клитор и по складкам вульвы.
Я дернулась, стремясь уйти от невыносимого давления, но Тагир усилил нажим, молча повелевая мне остаться на месте. Я смогла лишь немного отвести ягодицы назад, упираясь в его пах. Свои джинсы он не снял даже в воде, только спустил вниз по бедрам.
Напор воды теперь не бил, а ласкал мои складки, накатывая чувственными волнами на клитор. Или всему виной была близость Тагира за спиной? Я едва не поскользнулась, с трудом удержав равновесие. Тогда мужчина просто уложил меня спиной себе на грудь так, что я склонила голову на его плечо, ощутив кожей легкую щетину.
Когда его ладони накрыли мою грудь, я не воспротивилась. Это казалось логичным настолько, что я забыла обо всем недавнем ужасе и закрыла глаза, чувствуя невесомые, легкие поглаживания. Его ладони задевали мои отвердевшие соски, добавляя новых сладких приливов по всему телу, что только усиливало нарастающее, невыносимое давление внизу.
 
Это было похоже на бутон яркого экзотического цветка внутри, который спешил раскрыть лепестки навстречу яркому огню в моей крови. Настолько сильное и невыносимо сладкое ощущение, что я ни о чем другом уже думать просто не могла.
Это было так легко и вроде как логично – отбросить страх и не думать, что впереди. Перечеркнуть тревоги одной жирной чертой, от которой меня отделяли считанные мгновения. А Тагир продолжал ласкать мою грудь, перекатывая соски между пальцами, словно четки, усиливая нажим и заставляя меня хрипло дышать, непроизвольно двигая бедрами.
Я едва ли понимала, что трусь задницей о его пах, что эрегированный член задевает мою промежность, усиливая действие воды. В какой-то момент и вовсе прижалась со всей силы, хрипло застонав, ощущая, что стимуляции губ и клитора становится недостаточно. Внутри нарастало томление. И я жаждала во что бы то ни стало заполнить эту пустоту.
Рука мужчины легла на мой лобок. Я надрывно всхлипнула, затряслась от переполнивших ощущений. Никогда я еще не была так близка к тому, чтобы начать его умолять трахнуть меня. Прикусила губу до крови, некстати вспомнила, что он уже успел побывать во мне… но это воспоминание не сбавило градус возбуждения ни на миг.
Моя сущность жаждала реванша. Затереть моменты изнасилования, словно тьму на картине, новыми яркими красками. И пусть весь мир катится к херам. И ничего о прошлом не напоминает… о будущем, впрочем, тоже.
То, что Тагир вновь давит мне на спину, я едва поняла. Покорно прогнулась, словив новую волну наслаждения, когда край его возбужденной головки коснулся моей вульвы. Пусть следы моего возбуждения смывала вода, я прекрасно понимала, что мужчина чувствует все, что со мной происходит.
Я спалилась, когда начала так развратно прижиматься к нему, стонать и закатывать глаза. Да и сама реакция тела – твёрдые соски и бешено стучащее сердце – выдали меня с головой. Играть в недотрогу уже не было смысла. Да и это казалось кощунством, потому что я не желала упускать ощущения, на которых так ярко сосредоточилась.
Мои ладони коснулись дна эмалированной джакузи. Соски тотчас же обдало теплыми волнами, а от смены угла фонтан усиленно ударил в клитор. Я только успела поднять голову, чтобы не хлебнуть воды, и буквально взвыла.
Мне хотелось кончить с членом Тагира внутри. Да, вашу мать, после того как меня похитили и надругались при всех, после избиения и унижений мне хотелось, чтобы мой похититель наконец вошел в меня и унес на волнах оргазма куда-то далеко-далеко.
Настолько, чтобы я потеряла память, забыла, где именно нахожусь и не вспоминала впредь. Жила в счастливом неведении, занималась любовью с потрясающим незнакомцем и не вспоминала то, чего не следовало.
Первые искры зарождающегося оргазма были похожи на грозовые облака, сливающиеся в один торнадо. Еще далеко, и я изо всех сил отодвигала его во времени. Сжимала губы и гасила крики, когда пальцы Тагира гладили мою налившуюся кровью вульву, слегка проникая внутрь, угрожая довести до безумия.
Я только чудом не толкнулась навстречу, ощутив, как головка твердого пениса начинает медленно двигаться. Невыносимо медленно, заполняя меня собой, как будто стирая следы своего первого, совсем не осторожного вторжения. Я чувствовала себя беззащитной и покорной. И это было восхитительно.
Его действия отнимали у меня выбор. Я всего лишь подчинялась, потому что сопротивление могло иметь суровые последствия. Мне казалось, нет ничего хуже зависимости и уязвимости – но в этом была моя свобода.
Меня заставили. У меня не спрашивали разрешения. Я не должна была нести ответственность за все происходящее – сейчас она целиком и полностью сосредоточилась в руках Тагира. И с каждым движением его члена, уже заполнившим меня изнутри на всю длину, я отпускала свои тревоги и триггеры куда подальше. Ничего не имело значения, кроме удовольствия.