"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ)

– Слушаю вас, генерал.
– Здравствуйте, Василий Петрович, тут такое дело.
– Петров, не тяни кота за хвост, докладывай, а то у меня нет времени.
Петров изложил ему все необычные события, произошедшие в городе.
– Понятно, – ответило высокое начальство, – что предлагаете?
– Предлагаю проверить дочь подозреваемой и её окружение. Данные я выслал.
– У тебя всё?
– Да.
  
– Будут новости, свяжемся с тобой, – и высокое начальство отключилось.
Петров вытер рукой пот со лба: «Пронесло, никто не смеялся, а получись так, что, я официально доложил, прикрылся», – подошёл к бару, налил рюмку коньяка и залпом выпил. Потом вернулся к столу, нажал кнопку селектора и распорядился:
– Отпускайте Путова, только возьмите подписку о неразглашении.
«Ну, вот и всё, теперь проблема исчерпана», – но он ошибся: через три часа позвонило высокое начальство и сообщило, что к нему едет специальная комиссия по этому делу. Петров заскучал: не любил он этих комиссий. Но делать было нечего. Комиссия приехала. Разбирались целую неделю – в итоге объявили Веру Ивановну и её дочь пропавшими без вести, официально. А неофициально установили наблюдение за квартирой, где они жили, и институтом. На этом видимая часть работы закончилась и началась невидимая, кропотливая и долгая, из которой следовало, что, возможно, был контакт с внеземной цивилизацией. Веру Ивановну, Надежду и Артёма объявили в розыск, впрочем, особо не рассчитывая найти их.
Вею отдых был не нужен. Он бесцельно просматривал информационные кристаллы, систематизируя их.
– Сколько можно бездельничать? – накинулась на него Диетесса. – Давай подготовим ребятам место жительства на Земле.
– Как?
– Сделаем документы, напечатаем денег – и пусть занимаются тем, чем хотят.
– Я уже напечатал – в итоге меня чуть не арестовали, объявив преступником и фальшивомонетчиком.
– Согласна, это плохо, но что делать, у тебя теперь есть эксперт.
– Да, ты права, назад им дороги нет.
– Давай купим им остров в тихом океане, поселим там? Поживут немного, пока всё не уляжется, а дальше сами разберутся, как им поступать.
– Давай попробуем.
И они сделали вот что: выбрали остров в тихом океане, где круглый год было лето, нашли небольшое поселение и в нём приличный дом, напечатали достаточно денег, сделали документы на троих.
– Вей, тебе нужно поменять скафандр, ну то есть внешность.
– Это легко, скафандр может трансформироваться и принимать любую внешность и фигуру.
– Себе документы тоже сделай.
Как только всё было готово, Вей отправился на Землю. На этот раз ошибок не было. Он вошёл в компьютерную сеть, взломал правительственные базы данных и поместил туда необходимую информацию о ребятах и о себе.
– Всё, Вей, с этого момента ты находишься на Земле легально, поехали в банк.
Вей слушался Диетессу, особо не вникая в детали. В банке они открыли четыре счёта на приличную сумму и поехали покупать остров. Покупка прошла без эксцессов, они не торговались, согласившись с условиями продавца. Покончив с делами, наняли смотрителя в дом и отправились на орбиту.
– Как же у вас всё сложно, – посетовал Вей.
– А у вас проще?
– У тебя будет возможность – это узнать, – ответил он. – Раз мы уже на орбите Земли, нужно проверить работу горнопроходческого комплекса по добыче руды на дне океана.
– Это так интересно, Вей, полетели, – радостно откликнулась Диетесса.
Вей изменил орбиту модуля и в режиме маскировки начал входить в атмосферу Земли, стараясь не оставлять инверсионный след в атмосфере планеты. По касательной приблизившись к поверхности океана, он осторожно, без всплеска, вошёл в воду и стал погружаться на глубину. Диетесса с восторгом рассматривала морских обитателей, но чем глубже они погружались, тем становилось темнее. Вею темнота не мешала, а вот Диетесса привыкла к визуальному восприятию и попросила включить прожектора.
– Зачем? – возмутился Вей. – И так можно ориентироваться.
– Ориентироваться, может быть, и можно, но ничего не видно, я хочу визуально увидеть обитателей морских глубин.
– Диетесса, мы себя демаскируем светом, – не сдавался Вей.
– Да кому мы нужны на такой глубине.
– Ну ладно, – сдался, наконец, Вей и включил круговое освещение вокруг модуля.
Темнота отступила, и в свете прожекторов стали проступать силуэты рыб и различных мелких обитателей глубин. Неожиданно на глубине пять километров мелькнула огромная тень животного.
– Кто это? – спросила Диетесса.
– Сама посмотри.
Она задействовала ультразвуковое сканирование и была удивлена, увидев стометровое чудовище с пастью крокодила.
– Вот это да, реликт! Вот где они скрываются от людей.
– А может, люди от них сбежали на сушу, а? – весело заметил Вей.
– Всё может быть, – философски ответила Диетесса, продолжая наблюдать за окружающей средой.
Дно приближалось. Модуль подошёл к его куполу и пристыковался. Вей прошёл в шлюзовую камеру, а оттуда в комплекс. Всё работало в автоматическом режиме. Проходческие комплексы почти подошли к пласту залегания руды, и вскоре должна была начаться её добыча. Грузовой модуль находился в исправном состоянии и был готов к загрузке руды. Присутствия и вмешательства Вея в процесс добычи не требовалось, удовлетворённый состоянием дел, он пошёл обратно к модулю, собираясь стартовать.
– Как у вас всё просто, – иронично заметила Диетесса, – даже неинтересно: никаких трудностей.
– А зачем они?
– Как зачем? Чтобы преодолевать.
– Мы не ставим перед собой такой задачи, всё планируется и рассчитывается заранее, учитываются всевозможные штатные и внештатные ситуации, так что, Диетесса, мы просто работаем, привыкай.
– Попробую.
Модуль отстыковался от горнопроходческого комплекса и стартовал. Выйдя за пределы атмосферы, взял курс на Сатурн.
«Ну, вот и всё, добываю последние пятьдесят клантов руды, и можно стартовать к родной планете», – думал Вей, но не испытывал чувства удовлетворения, скорее, наоборот, ему не хотелось улетать отсюда. Он стал привыкать к людям, более того, Надежда ему очень нравилась. Вряд ли он в своей очень долгой жизни встретит такой чистый и одновременно горячий разум, способный на эмоции и научивший его таким эмоциям.
– Диетесса, мне сказать Надежде о том, что твой разум живёт во мне?
– Ни в коем случае, я не она, а она не я. Будет лучше, если об этом вообще никто ничего не будет знать.
– Если она меня спросит, я не смогу ответить неправду.
– И не надо, она не спросит, потому что ничего подобного от тебя не ожидает. Вей, давай договоримся.
– О чём, Диетесса?
– О сферах влияния в твоём информационном пространстве и о личном пространстве тоже.
– Давай, какие будут предложения?
– Предлагаю совместное использование трёх твоих сознаний. Моё личное пространство – это мой информационный кластер, а твоё личное пространство – центральный процессор.
– Вот ситуация! Мне мою личность предлагают поделить на две.
– Да не на две, мы можем существовать обособленно, а можем дружить и обсуждать. Главное, не нарушать личного пространства.
– Понятно, ты не хочешь быть моим четвёртым сознанием.
– А что, у меня есть выбор? – задала она резонный вопрос. – Ты взял, переписал сознание разумного существа без его согласия и хочешь, чтобы оно спокойно сидело в уголке?
– Да нет, ты как-то всё перевернула, я так не думал.
– А если не думал, то давай жить дружно. И прекрати думать о том, чтобы стереть мой кластер.
– Ладно, успокойся, я согласен, но до той поры, пока мы тебе не подберём подходящий автономный носитель.
  
«Всё идет не так, всё идет кувырком. Весь полет получился не таким, каким должен был быть. Я поступаю так, как не должен поступать представитель моей расы. А как я поступаю? Спасаю людей, которых чуть сам и не лишил жизни. Мои кристаллические рецепторы обогатились новым чувственным восприятием, моя жизнь раскрасилась в новые цвета, у меня есть собеседник, и я могу с ним разговаривать во время полёта. А когда полёт закончится, и я прибуду на свою родную планету, меня начнут обследовать, и аппаратура обязательно обнаружит изменения. Но как избежать этого? Этой процедуры избежать нельзя: она обязательна. А, впрочем, об этом буду думать тогда, когда подойдёт время, а сейчас у меня есть чем заняться».