"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ)

Последние триста метров проходили медленно, тщательно сканируя пространство впереди.
– Как дела, что нового? – вышел на связь Адамал.
– Медленно продвигаемся вперед, никаких преград не фиксируем, плотность породы и состав соответствует глубине залегания, излучение как бы обтекает нас со всех сторон, но на связь и состояния «Крота» пока не влияет, – докладывала Ника.
Неожиданно связь стала ухудшаться и через несколько метров совсем исчезла, Ника остановила «Крота» и дала задний ход. но не тут то было!
  
Как только оборвалась связь с «Кротом», Адамал запаниковал и потянул гравитационный луч. телеметрия показала невозможное – луч обрезан. Адамал покрылся липким потом.
– Что делать, Алекс? – закричал он. – Они отрезаны, гравитационный луч обрезан неизвестным полем, связи нет!
– Спокойно, Адамал, – раздался голос Алекса, – через пятнадцать минут будем у вас на орбите, продолжай вызывать «Крота» всеми имеющимися на «Пегасе» способами.
Весть о потери связи с экспедицией мгновенно разнеслась по «Ковчегу».
– Старт через одну минуту, – проинформировал Алекс команду, – следуем к планете, все вопросы потом, через двадцать минут сбор экипажа в кают– кампании, – и отключился.
На орбиту планеты прибыли без происшествий, экипаж собрался в кают– компании «Ковчега», настроение было подавленное, вошёл Алекс, все взгляды с надеждой обратились к нему.
– Связи с «Кротом» нет, – ответил он на безмолвный вопрос, – если мы будем сидеть и печалиться, толку от этого будет мало, предлагаю встряхнуться и провести мозговой штурм, – бодро говорил Алекс, хотя давалось эта легкость ему не легко. Вошел Адамал, «Пегас» он оставил на орбите в автоматическом режиме. Алекс прервался, взглянув на него вопросительно.
– Связи нет! – ответил на немой вопрос Адамал.
– Садись, Адамал, и давайте шаг за шагом проанализируем все события, предшествующие потере связи с Никой и Деноном, – предложил Алекс.
Анализ длился два часа, но к разгадке они не приблизились ни на шаг.
– А как мы получили неизвестный сигнал и идентифицировали его как разумный, если он основан на совершенно иных принципах? – задался вопросом Серден.
– Ника говорила, что неизвестное поле их как бы закапсулировало, после чего связь оборвалась. Да, но сигнал продолжил поступать и регистрируется нашими приборами, только изменилась его мощность и периодичность, – продолжила Дэя, – словно теперь в него уже заложена другая информация. как идет дешифровка сигнала, Алекс?
– Дешифровка идет, только вот результатов нет. информация, заложенная в нем, пока недоступна. Как мы запеленговали сигнал? – рассуждал Алекс. – «Ковчег» шедевр, вершина технологий и научной мысли великой цивилизации. В нем заложены новейшие разработки и сенсор, благодаря которому мы засекли сигнал, разрабатывался на основе теории о возможности изменения гравитационных вибраций в необычных пространствах или условиях. Этот сенсор, как и многое другое на «Ковчеге» – экспериментальный образец, вот он то и позволил нам засечь сигнал.
– Так, может быть, и нужно оттолкнуться от этого основного факта! – воскликнул Антон.
– Уже оттолкнулся, – остудил его Алекс, – с момента получения сигнала все вычислительные мощности «Ковчега» работают над этой проблемой, но это была всего лишь теория о нестандартных пространствах, не до конца разработанная, и только теперь мы можем сказать, что она верная, потому что подтверждена практикой.
– Нужно что-то делать, – вновь загорячился Адамал, – я должен был быть с ними, прошло два с половиной часа, что с Никой Деноном мы не знаем!
– «Крот» – совершенная машина, – веско начал Алекс, – на борту имеется все необходимое для длительного пребывания в экстремальной среде и выживания в течении длительного времени, вопрос в другом: с кем они сейчас вступили в контакт? С живыми разумными существами или всё-таки машинным разумом? И то и другое возможно, Ника и Деном могут общаться на этих уровнях. я верю, что они смогут установить контакт.
Молчавший до сих пор Антон поднялся.
– Контакт. Если предположение о разумности верно, то контакт нужно попытаться установить нам с «Ковчега».
– Как, Антон?! – воскликнул Адамал.
– Попробовать отразить этот сигнал обратно, с вкраплением в него обычной гравитационной составляющей. сможет сенсор сформировать такой ответный сигнал? – посмотрел он на Алекса.
– Это сенсор приема. впрочем, минуту, – Алекс, казалось, уснул, сидя с закрытыми глазами, когда он их открыл, в них было изумление: – Я добавил в сенсор контур отражения сигнала.
– И что? – нетерпеливо заерзала Дэя.
– Сигнал исчез!
Страха не было, да Ника еще и не испытывала это чувство, но самым неприятным в этой ситуации для нее была потеря связи с «Пегасом», который был ее родным домом. Как только Денон осознал, что «Крот» в ловушке на глубине пятисот километров – внутренне похолодел, мурашки страха пробежали по спине и спрятались где-то на затылке, отдавая холодком, но вида не показал. Назад хода нет, закрыт полем неизвестного происхождения, страховочный гравитационный луч обрезан. Связь оборвалась, вокруг кипела лава, расплавленная полями «Крота», и ее температура повышалась, потому что «Крот» не двигался, охлаждающие контуры стали греться. Осознав случившееся и поняв, что, запаниковав, они подпишут себе приговор, Деном проговорил:
– Ника, мы с тобой вдвоём, и пока мы живы – будем бороться. нас не бросят. но стоять на месте мы не можем – «Крот» долго в такой температуре не выдержит. Давай двигаться дальше?
– Да, Денон, нам больше ничего не остается.
И Ника медленно повела «Крота» вперед.
– Плотность и давление породы впереди уменьшаются, – чтобы не молчать, докладывал Деном – негласно Ника была выше рангом, все-таки капитан «Пегаса». «Как вернемся, надо и мне какой-нибудь статус попросить у Алекса», – думал Денон.
– Приняла, – отвечала Ника, – сигнал сто процентов, отключаю бур.
– Ты что! – воскликнул Денон. – Нас раздавит!
– Нет, Деном, не раздавит, мы закапсулированы, и поле тащит сквозь породу «Крот» вперед, в работе бура необходимости нет. Гусеницеобразный «Крот» полз вперед теперь уже по тоннелю, который образовывало неизвестное силовое поле. Денон подошел к Нике и обнял ее.
– Что ты делаешь? – задохнулась она.
– Я не знаю, как сложатся события дальше, но хочу тебе сказать, ты мне нравишься, ты лучшая девушка в галактике и я хочу, чтобы мы были вместе, – целуя ее, шептал Денон.
Ей приятны были его признания, прикосновения, поцелуи, что-то незнакомое теплое поднималось внутри.
– Денон, мне незнакомы чувства и слова, о которых ты говоришь, но я хочу быть с тобой.
И они слились в поцелуе. «Крот» ощутимо тряхнуло, оба уставились на обзорные экраны и показания датчиков – сенсоры и датчики ничего не показывали. На обзорных экранах темнота или вещество черного цвета вдруг лепестками, похожими на диафрагму объектива, ушло в стороны, из образовавшегося проема пробивалось голубоватое свечение.
Денон обнял Нику и они как завороженные смотрели на экраны, наступал момент истины, от них в настоящий момент ничего не зависело, но страха не было. По мере продвижения «Крота» вперед сияние становилось ярче и наконец они вползли в огромный грот, – именно так он воспринимался. Посредине грота располагалось образование, сияющее и светящееся изнутри, переливающееся всеми цветами радуги. Образование чем-то напоминало растение, похожее на цветок. Зазвучали звуки, похожие на музыку, и от цветка в их строну метнулся один лепесток, обследовал сегменты «Крота» и снова вернулся к цветку, – такая манипуляция повторялась несколько раз.
  
– Нас приглашают выйти, – догадалась Ника, – я пойду одна.
– Нет, – возразил Денон, – пойдем вместе, что я тут буду делать один – защита «Крота» не является преградой для тех, кто нас сюда затащил.
– Да, ты прав, – согласилась Ника.
Заработали датчики окружающей среды, в гроте температура – двадцать пять градусов по Цельсию, имелась атмосфера, отличная от земной, но дышать было можно.