"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ)

«Я ей помогу», – встрял в разговор Антон.
– Нет, ты и Ника возвращаетесь из виртуального пространства станции, мы продолжаем дальнейший путь.
Связался с Адамалом:
– Операция затягивается, и ее затяжка грозит непредвиденными последствиями. К Луне уже направляются пять, – пока пять! – научно-исследовательских звездолетов. координируешь работу в едином комплексе задач, и еще – постарайся найти генерала. За прошедшие тысячелетия он подготовился.
  
«Я понял всю ответственность, которая на нас ложиться, командующий, и постараюсь работать на опережение».
– Да, Адамал, проверь звездолеты и зонды в ангарах станции, генерал может обосноваться там.
«Хорошо», – и Адамал отключился.
Техром сидел молча, никак не проявляя своих эмоций, если они у него были. Антон открыл глаза, прибыв из виртуального пространства, где он пытался поцеловать Дэю, и ему это почти удалось, но Алекс в самый неподходящий момент отозвал его.
– Ты чего такой безучастный? – обратился он к Техрому.
– Что значит это слово?
– Это значит, что ты не участвуешь в происходящем, а дальше есть такой глагол – безынициативный.
– Хватит Антон, – прервал его Алекс, про себя подумал:
«А ведь он прав, надо Техрома втягивать в дела команды!»
– Ты лучше расскажи Техрому что к чему, а не иронизируй.
– Как скажешь, – энергично кивнул Антон.
– Настало время преодолеть последний участок пути. все готовы?
– Готовы! – за всех весело ответил Антон.
Алекс подошел к пульту управления лифтом и набрал код активации и конечный пункт назначения, мелодичный голос на древне месхийском языке попросил список лиц, сопровождающих командующего. Алекс ввел, и после мгновенной задержки голос сообщил, что, в соответствии с действующими инструкциями, кибернетический механизм Техром, обладающий автономным саморазвивающимся интеллектом, не может быть допущен в центр управления станцией.
– Вот это новость! Техром, как ты это объяснишь? – удивленно спросил Алекс.
– Я не знаю, – замялся тот, – у меня живой мозг…Мелодичный голос возразил:
– Квазимгновенногравитационное сканирование показало, что у Техрома нет ни одной живой клетки.
Все стояли, как громом пораженные.
– Адамал, ты слышал?
– Да, командующий. мы не подвергали его сканированию на наличие живых клеток.
– Адамал, все подвергай сомнению и перепроверяй.
– Хорошо, – огорченно кивнул тот.
Ника высказала свои предположения:
– Возможно, в процессе эволюции, заменяя живые клетки на нейросети, в них была заложена информация о том, что мозг остался жив и продолжает функционировать.
– Возможно, – согласился Алекс и добавил: – что-то это как-то так.
Техром не мог поверить в происходящее, растерянно встал и все повторял:
– Я живой. живой!
– Не волнуйся ты так, – обратилась к нему Ника, – я тоже была только ИИ и понимаю, как тебе трудно поверить в сказанное, но наше отношение к тебе и твоему народу не изменилось. Техром, тебе придется остаться, поможешь Адамалу в работе на станции до нашего возвращения.
Появилась голограмма Адамала, он подошел и сказал:
– Пойдем, Техром, не будем задерживать экспедицию.
Техром понуро зашагал за Адамалом, у двери повернулся и сказал:
– Возвращайтесь скорей!
И дверь за ними закрылась.
– Приятной поездки, – пожелал все тот же приятный, но обезличенный голос.
Алекс поймал себя на мысли: «Вот это – искусственный безэмоциональный голос, а у Техрома эмоции остались. что я делаю неправильно? Ну что?.. – напряженно перебирал и анализировал Алекс. – А вот что!» Открытие поразило его простотой – по прибытию на «Ковчег» его встретил обезличенный искусственный интеллект, подчиняющийся только необходимой целесообразности, а здесь – встретили разумы людей, инсталлированные в ИИ. И как он сразу не понял? «С ИИ и ее управляющей программой я еще не общался!»
Лифт несся вниз, гравитация уменьшалась с каждой минутой и составляла всего один G. Алекс вызвал по связи Адамала, ответа не было, тот же бесстрастный приятный голос проинформировал, что кабина лифта экранирована от проникновения всех излучений, инсталлированные сознания не имеют допуска на эти уровни.
– А кто ты? – уже догадываясь, спросил Алекс.
– Я управляющая программа искусственного саморазвивающегося интеллекта станции «Надежда».
Антон с Никой от удивления открыли рты.
– А кто же тогда Адамал, Дэя, Делом, генерал СБС? – пришел в себя Антон.
– Вы знаете – кто, – отвечала управляющая программа искусственного саморазвивающегося интеллекта, – бывшее руководство станции, которое нашло способ инсталлировать свои сознания в мои логические цепи. Я им это позволила и правильно сделала – много пользы принесла эта операция, их доступ к программам и действия строго контролировались, ваше появление на станции – тоже. Поздравляю вас с прохождением всех тестов и проверок на станции «Надежда», я в вас не ошиблась. Вашей команде предстоит пробудить системы станции от векового сна и приступить к подготовке по предотвращению грядущих событий.
– Значит, о людях, андроидах, мутантах и Кибнариях тебе было известно?
– Да.
– А почему же их не видели остальные?
– Потому что я им не показывала, чтобы не травмировать. Они справлялись со своими функциями в рамках заложенных задач.
– Ну, хорошо, – махнула рукой Ника, – а как же ты разрешила разогрев ходовых установок, инициирующих планетарную нестабильность?
– Эта процедура время от времени проводилась мною с целью проверки исправности работы систем силовых установок. Сейчас для этого как раз самое подходящее время.
– А как же инопланетяне на поверхности? – вступил в разговор Антон.
– Вот с ними нужно решать. лучшее решение – безболезненное удаление их баз с поверхности на другой спутник, своими посадками и взлетами все время сбивают орбиту, а пока проходит корректировка, на Земле случаются всякие природные катастрофы. Внимание, включаю микрогравитатор кабины лифта, в центре станции притяжение отсутствует, – проинформировала управляющая программа искусственного саморазвивающегося интеллекта.
Алекс воспользовался защищенной локальной сетью и передал, чтобы Антон с Никой были предельно внимательны, но вести себя нужно естественно, переговоры только по локальной сети, а у искусственного интеллекта спросил:
– Связь с нашими космическими аппаратами не прервется за стенами лифта?
– Не беспокойтесь, каналы связи стабильны и поддерживаются в высшем приоритете.
– Спасибо, – поблагодарил Алекс.
– Скафандры можете не активировать, атмосфера земная – подготовлена к вашему прибытию.
Двери лифта открылись, в проёме дверей сверкал и переливался всеми цветами радуги шар. Они шагнули вперед и взлетели.
«Гравитации нет!» – вспомнил Алекс.
– Гравитацию два G! – крикнул Алекс, тут же включилась гравитация, и они спланировали на пол. Двери лифта закрылись, возникло чувство отрезанности от всей вселенной, только канал связи с кораблями напоминал о ее существовании. Огляделись – огромный зал сверкал какой-то неестественной чистотой.
– Это шлюзовой зал, система заканчивает проводить вашу санитарную обработку, управляющие центры стерильны, дыхания человека здесь не ощущалось миллиарды лет, – проинформировала их система. – Процедура обработки завершена, прошу проследовать по бегущей стрелке.
На полу загорелась изумрудная пульсирующая стрелка, убегающая вглубь зала. Минут пять шли по стрелке и чувствовали себя не очень уютно, – давила неизвестность и полная зависимость от хозяев. Наконец, подошли к прозрачной кабине, – обыкновенной, похожей на телефонную будку, только шире, – двери открылись.
  
– Прошу входить, лифт доставит вас в управляющие центры и единый центр управления, к этому моменту вы прошли все проверки, предусмотренные программой, больше проверок не будет.
Лифт опустился вниз и через некоторое время остановился, его створки разошлись в стороны, кабина лифта раскрылась, как лепестки цветка, и слилась с переливающимся перламутром полом. Друзья оказались стоящими посредине огромного помещения с изысканным декором. Зазвучала тихая мелодия, перед ними вспыхнуло огромное изображение трехметрового человека с мужественными, аристократичными чертами лица, атлетически сложенного, его голова была увенчана совершенно белой пышной шевелюрой. Одежда состояла из серебристого облегающего комбинезона, на груди переливалась цепь с огромным сверкающим камнем.